Фантастика 2026-101 - Виталий Конторщиков

Она кивнула и открыла один из шкафов у стены. Достала небольшой кристалл — размером с грецкий орех, прозрачный, с лёгким голубоватым оттенком. Пустой накопитель. Заготовка для артефакта, способная принять и сохранить готовую магическую сигнатуру техники.

Я взял кристалл в руку. Закрыл глаза.

Сосредоточился и направил каплю энергии из Печати Пустоты в кристалл. Ту часть себя, которая защищала от энергии хаоса, которая стабилизировала её, превращала из разрушительной силы в управляемый инструмент.

Кристалл потеплел в ладони. Внутри него закрутилась крошечная спираль тёмной энергии.

[Защита передана]

[Заряд артефакта: 1 из 1]

[Текущее количество носителей: 16/25]

— Готово, — я протянул кристалл матери. — Поднеси к одной из капсул. К тому, кто на ранней стадии трансформации. И активируй.

Она взяла кристалл осторожно, двумя пальцами, и посмотрела на меня. В глазах читался профессиональный интерес и даже азарт.

— Ты уверен? — уточнила она.

— Да. В худшем случае ничего не произойдёт.

Она подошла к ближайшей капсуле. Затем активировала специальный шлюз на стенке капсулы и вложила кристалл внутрь. Крышка шлюза закрылась.

Несколько секунд ничего не происходило.

А потом кристалл вспыхнул.

Тёмная спираль внутри него развернулась, выпустила тонкие нити энергии, которые потянулись к обращённому. Коснулись его и начали впитываться. Медленно, осторожно.

Чёрная дымка вокруг существа дрогнула. Прожилки на коже начали бледнеть. Когти на пальцах стали укорачиваться. И даже глаза стали человеческими — осмысленными.

Трансформация пошла в обратную сторону.

— Работает, — прошептала мать. — Это… это работает и без твоего участия.

— Если артефакт сработал автономно, — Крылов подал голос, — значит, технически возможно наладить массовое производство. Обеспечить каждый оперативный отряд.

Мать покачала головой.

— Над этим ведётся работа, генерал. Но процесс стабилизации энергии хаоса крайне непростой. То, что делает Глеб, пока уникально. Повторить искусственно… мы только на стадии понимания самого механизма. До массового производства пройдут месяцы. Если не годы.

Я молча смотрел, как существо в капсуле снова становилось человеком. Как чёрная дымка рассеивалась, как проступали черты лица — мужчина, лет сорок, с залысинами и разбитой губой. Он дышал. Моргал. Смотрел на нас сквозь стекло и не понимал, где находится.

Крылов стоял рядом, скрестив руки на груди. И я видел, как расширились его зрачки. Генерал, который повидал всякое, смотрел на капсулу так, будто видел чудо.

Впрочем, может, так оно и было. В жизни это и правда выглядит эффектнее, чем в отчётах. Он даже перестал допытывать мою мать насчёт ускорения работы над хаосом.

— Сможешь повторить с другими? — спросила мать, указывая на двух оставшихся.

— Да. Но уже не через артефакты, с их помощью я уже проверил, что хотел. Сделаю напрямую.

Я подошёл ко второй капсуле. Внутри — тоже обращённый, но стадия трансформации была более поздней. Концентрация хаоса по данным матери — 76%.

Положил ладонь на стекло. Сосредоточился.

Печать Пустоты отозвалась. И я направил поток стабилизирующей энергии через стекло капсулы. Энергия прошла сквозь армированное стекло и достигла обращённого.

Процесс начался медленнее, чем с артефактом. Чёрная масса сопротивлялась. Энергия хаоса внутри этого существа была плотнее, агрессивнее. Поздняя стадия, как-никак. Чем дальше зашла трансформация, тем сложнее её обратить.

Чёрная масса вскоре начала отступать. Проступили контуры тела — руки, ноги, торс. Потом — лицо. Мужское, худое, с запавшими щеками.

Готово. Ещё один.

[Защита передана]

[Текущее количество носителей: 17/25]

Кстати, я заметил, что если сам не знаю имён, кому передаю защиту, то их и Система не называет. Что, впрочем, логично.

Я отступил от капсулы. А мать молча указала на дальнюю секцию лаборатории. Там стояла ещё одна капсула, отделённая от остальных дополнительной перегородкой. Видимо, этот обращённый считался особенно нестабильным.

— Концентрация хаоса 85 процентов. На грани, — тревожно предупредила мать.

— Все равно попробую.

Я подошёл и положил ладонь на стекло. Направил энергию Печати к обращённому.

Процесс пошёл медленнее, чем с предыдущим. Но чёрная дымка рассеивалась слоями, как шелуха. Проступали контуры. Плечи. Шея. Волосы.

Длинные волосы. Знакомое лицо.

— Маша?

Девушка за стеклом посмотрела на меня мутными, ничего не понимающими глазами. Но это была она.

[Защита передана]

[Носитель: Ларионова Мария Вячеславовна]

[Текущее количество носителей: 18/25]

Как она здесь оказалась?..

Глава 17

— Ты её знаешь? — с любопытством спросила мать.

— Да. Это моя однокурсница из пространственного класса, — я подошёл ближе к колбе. — Её зовут Мария.

Внутри прозрачной жидкости Маша парила с открытыми глазами. Лицо бледное, но спокойное, будто на всё ещё спит. Волосы распустились и колыхались в растворе, как водоросли.

— Так… Как она здесь оказалась? Я же помню, что её эвакуировали одной из первых.

— Не столь важно, как она здесь оказалась, — нервно проговорил Крылов, уже доставая телефон. — Важно то, что она тут.

Генерал побледнел. Ну ещё бы! В лабораторию к моей матери попал не обычный Пожиратель: внутри него оказалась дочь президента Российской Федерации.

Вслух это, понятное дело, никто произносить не стал. Но по лицу Крылова было видно, что он уже прикидывает масштабы последствий. И судя по тому, как дёрнулся его глаз, масштабы эти ему совсем не нравились.

— Вы сообщите куда надо? — уточнил я.

— Да, уже этим занимаюсь.

Крылов приложил телефон к уху и вышел из лаборатории. Понятно, что разговор не для наших ушей. Президенту о таком докладывают лично и по защищённой линии. И скорее всего, Крылов сейчас сообщит кому-то из его приближённых.

— Как её нашли? — повторил я вопрос, обращаясь к матери.

Она проверила показания на мониторе, прежде чем ответить.

— Вчера в Подмосковье открылся разлом. Оттуда вылетели десять обращённых. Троих удалось поймать. Все они сейчас здесь.

Это была плохая новость. Учитель не перестаёт посылать своих охотников за Дарами.

Тем временем взгляд у Маши за стеклом прояснился. Веки дрогнули, зрачки сфокусировались.

Она увидела меня. Потом осознала, что парит голая в какой-то жидкости, в стеклянной колбе. И начала стучать по стеклу. Сначала ладонью, потом кулаком.

Я приложил палец к губам.

— Тише. Всё хорошо, — произнёс одними губами, потому что без специального оборудования звук туда не проникал.

Не подействовало. Маша замолотила сильнее. «Выпустите меня!», — я прочитал по её губам.

Мать подошла к динамику, который позволял передавать звук внутрь колбы.

— Меня зовут Анна Евгеньевна. Вы были заражены энергией хаоса. Мы отпустим вас после некоторых тестов. Нужно удостовериться, что угрозы больше нет.