Современная зарубежная фантастика-4 - Тэмсин Мьюир

бойцы вышли через туннель из дома Айт в жанлунское метро. К тому времени Кобены тоже начали охоту. Айт Маду искали все Зеленые кости города, но через час она сама вернулась в поместье и как ни в чем не бывало прошла в свой кабинет. Там ее и нашли Горные.

– Говорят, она не пыталась сбежать и не сопротивлялась, – сказал Лотт.

– Естественно, – кивнула Шаэ.

Айт Мада ни за что не покинула бы Жанлун как обычный преступник и не стала бы бесцельно терять время на борьбу. Узнав, что ее племянник и Коулы живы, она сдалась, понимая, что проиграла финал.

Благодаря Хило. Потому что старые тигры хорошо знают друг друга.

Анден спустился по лестнице. Он был бледным и выглядел постаревшим, с темными кругами под глазами.

– Я сделал все, что мог. Остановил кровотечение, поставил капельницу, стабилизировал температуру и давление. Он принял тонну обезболивающих. – Анден потер лицо ладонью и посмотрел на заплаканных родственников. – Он протянет еще несколько часов, может, до утра. Одна пуля прошла через позвоночник, а другие разорвали внутренние органы. Сейчас он в сознании, но это ненадолго.

Анден сел рядом с Цзируей на диван и закрыл лицо руками.

Шаэ пошла проведать брата. Вен и Нико сидели по обе стороны его кровати. Все тело Хило было замотано бинтами. На неестественно белой коже ключиц ярко выделялись строчки нефритовых камней. Коснувшись плеча Хило, Шаэ чуть не отпрыгнула от потрясения, настолько сильно изменилась его аура – гладкая, яркая река превратилась в мрачный ручеек. Однако его глаза были открыты, а взгляд осмысленный.

– Дайте мне поговорить с Шелестом минутку наедине, – сказал он жене и племяннику.

Когда Вен и Нико ушли, Шаэ села у изголовья кровати. В голове роились тысячи слов, полностью закупорив горло.

– Ато жив? – спросил Колосс.

Шаэ кивнула и рассказала ему все, что знала.

– Айт шепнула все наши имена. Она ушла в отставку и передала власть Кобенам, только чтобы их одурачить. Чтобы одурачить меня.

Хило слабо улыбнулся:

– Но у нее ничего не вышло. С ней покончено. Это была ее последняя попытка, и в конце концов она до меня добралась. Но не до всех нас. Вот что важно. – Он облизал губы. Его глаза слегка остекленели, но сверкнули, когда Хило пристально посмотрел на Шаэ. – Ты должна помочь Нико. Помочь ему стать лучше. Как Колоссу и как человеку. Помоги ему, как помогала мне.

– Ты же знаешь, что помогу, – ответила Шаэ.

Хило закрыл глаза. Шаэ приложила ладонь к его груди и слушала его тяжелое дыхание.

– Хочешь передать что-нибудь Лану? – спросил он.

Шаэ покачала головой и наклонилась над ним.

– Пожалуйста, не говори так, Хило, – прошептала она. – Я этого не вынесу. Не представляю, как я останусь одна.

– Ты не одна.

Снаружи послышался шум. Поначалу Шаэ не поняла, что это гул огромной толпы. Она подошла к окну и раздвинула шторы. Лотт Цзин открыл ворота поместья Коулов и впустил Зеленых костей клана, теперь сотни людей стояли на подъездной дорожке.

Шаэ увидела всю семью Цзуэнов, Хами Туму и его сына Яку, Маика Цама. Рядом с Фином Снайпером и Хейцзо, Первым Кулаком Белых крыс, стояли Терун Бин и Барышники. Там был и ее муж с дочерью. Вун обнял Тию за плечи, и оба смотрели на Лотта Цзина, забравшегося на крышу «Княгини империи» перед домом. Когда Штырь поднял руку, голоса всех воинов клана слились в раскатистый крик:

– Клан – наша кровь, а Колосс – его повелитель!

Люди не расходились всю ночь. Время от времени их голоса спонтанно сливались в хор, и они выкрикивали клятву верности. Вен, Нико и Анден вернулись в комнату Хило.

– Почему вы такие мрачные? – сказал он. – Анден постарался на славу, больше ничего не болит.

Он немного поговорил с ними, продиктовал Шаэ письмо к матери, настаивая, что не стоит будить хрупкую старую женщину, причинив ей еще больше страданий. Затем пошутил, что и впрямь – чем сильнее ты веришь в богов, тем ближе к ним становишься, и лично он с нетерпением ждет встречи с Рю. Потом Хило напомнил о том, чего они добились и сколько раз выживали наперекор всему.

– Вообще-то я везунчик, – сказал он.

Он уверял, что постарается продержаться до приезда Цзаи, но в конце концов потерял сознание, не выпуская руки Вен. Другие члены семьи оставили их вдвоем. Шаэ села рядом с Анденом, положив голову ему на плечо, и схватила за левую руку, чтобы воспользоваться его нефритом. Впервые за многие годы она спокойно воспринимала нефрит и пыталась до самого конца Чуять ауру Хило. Когда над Жанлуном занимался рассвет, нефритовая аура Хило угасла.

Через несколько часов из спальни вышла Вен, с головы до пят одетая в белое. Она молча спустилась в сад, где они когда-то поженились, и села под вишней во дворе, чтобы оплакать своего мужа.

Глава 62

Колосс Кекона

первые недели

Когда Цзая узнала, что ее отца ранили в перестрелке и он долго не протянет, она вскочила на мотоцикл и всю ночь мчалась по шоссе К-1. Поездка заняла десять часов, и она опоздала. У ворот поместья ее встретили кузен Цам и дядя Анден и сообщили, что отец умер от ран два часа назад.

Цзая влетела в дом, вопя от горя и ярости. В гостиной она наткнулась на Нико, он сидел, склонив голову, и совещался со Штырем и Шелестом.

– Почему ты ничего не сделал? – возмутилась она. – Я вызову сюда двадцать моих Ножиков и лично займусь Айт и Иве. Я искромсаю их на куски!

– Нет, – отрезал Нико. – Горные уже сами этим занялись. Подождем, пока с этим разберутся Кобены.

– И что, мы будем просто сидеть сложа руки, предоставив все этим идиотам? – спросила Цзая у Лотта.

– Нико-цзен теперь Колосс, – напомнил ей Штырь. – Решать ему.

– Нико обменялся клятвами в дружбе с Ато, и мы не можем ничего сделать, пока не узнаем мнение Горных. Айт Мада хотела убить всех нас, но ее самое наглое преступление – предательство собственного племянника, после того как она назвала его наследником. Если мы что-то и предпримем, ты получишь приказ от Штыря.

Цзая уже открыла рот, собираясь возразить, но Шаэ сурово одернула ее:

– Ты же Кулак, веди себя достойно.

Цзая расплакалась и набросилась на свою тетю с обвинениями:

– Папа погиб по твоей вине! Это ты убедила его пойти на встречу. Ты могла бы убить Айт много лет назад, когда тебе выпала такая возможность. Ты всегда размягчалась