Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

— Значит, эльфы умеют ненавидеть друг друга?

— Разумеется. Не менее страстно, чем любить. — Нилан кивнул на коридор. Пойдем, я размещу тебя со всеми удобствами, что тут есть.

Софи отоспалась в маленькой комнатке на жестковатой койке, приняла душ в крохотном закутке, что заменял тут ванну. Быт был устроен скромно, по-походному. Койка и душ. Даже шкафа для вещей и того не было, эльфы явно не жили тут постоянно.

Вечером Софи отважилась выйти в общую комнату. Она проголодалась. К ее разочарованию, Нилана не было видно, зато за столом сидел и чертил что-то на большом листе бумаги Кайране Шедар. Он был в светлой футболке с коротким рукавом. Софи впервые увидела его запястья — по ним тянулась вязь татуировок — листья, надписи на эльфийском, узоры.

Софи открыла было рот, чтобы заговорить и тут же прикусила язык. В конце концов, перед ней был Кайране, он должен был начать разговор, если ему угодно. А если не угодно, так Софи не расстроится ни капли.

Она прошла мимо молча, дошла до соседней комнаты, где нашлась кофеварка, крохотный холодильник и пара кухонных шкафов. Могла или нет брать отсюда съестное, Софи не знала, поэтому ограничилась чашкой кофе. Вернулась к столу и села напротив Шедара. Он отодвинул свой рисунок. Софи увидела на нем план какого-то здания, похоже, он чертил его по памяти.

Шедар замер и сжал кулаки.

— Твои слова были справедливы. Как и упреки, — процедил он так неохотно, словно ждал, что слова таки не соскользнут с его губ. Софи размешала сахар ложечкой. — Я должен чтить выбор Линара, даже если он глуп и принесет лишь горести и ему и народу.

— Это что, извинения? — не поверила она. Наверное, два дня назад, она не стала бы его мучить, понимая как тяжело ему и это-то сказать. Но сегодня ей было удивительно безразличны чьи-либо чувства и удобство, тем более Шедара Макидарского.

Он посмотрел на нее с откровенной неприязнью и вдруг резко поднялся. Стул со скрипом отъехал назад.

Шедар, глядя на нее с вызовом, приложил большой палец к переносице и отрывисто провел до кончика носа.

— Я прошу прощения за оскорбления нанесенные госпоже сердца Шахране, — процедил он. Приложил руку к груди и невнятно качнул головой, видимо изображая поклон.

— М... Спасибо. — Софи усмехнулась. — Я тоже прошу прощения, что плеснула тебе в лицо кофе.

— Полагаю, по твоему мнению, я это заслужил. Я сдержу слова, пока ты госпожа его сердца. Не думаю, что это продлится долго, — он придвинул стул и снова взял в руки карандаш.

Софи только вздохнула. Госпожа сердца, ханти, смертная. Все это сейчас навевало на нее сон. Она давно не знала кто она такая. Хотелось быть просто самой собой, но для эльфов это ровнялось приблудившейся дворняге. Софи откинулась на спинку стула и прикрыла глаза, попивая кофе. Как же она устала от этих эльфийских ярлыков. Устала подстраиваться под их высокие требования, слушать снова и снова насколько она, человек, недостойна презираемого всем народом сына ханти, Шахране Сиршаллена.

— Я не госпожа его сердца, — вздохнула Софи. — Эльф не выменял бы свою госпожу на месть. Так что можешь снова плеваться в меня ядом. Но предупреждаю, терпеть я не намерена, — она отсалютовала ему чашкой с кофе.

— Будь мы в Макидаре…

— Но мы не в Макидаре.

— Я и здесь могу лишить тебя жизни.

— Ну можешь, и что? — Софи пригубила кофе. — И кто тогда спасет твоего друга Шахране?

— Ты не спасешь его. Я знаю, чего ты желаешь, — он смотрел на нее с презрением, полностью уверенный в своих словах. Софи недоуменно нахмурилась. — Надеешься снискать милости людей.

— Вот как?

— Ищешь их защиты, притворяясь, что желаешь спасти Линара. Предашь нас, как только окажешься в их руках. Линьяр глуп и наивен, но я — нет.

— У него имя есть, — прохладно заметила Софи.

— Он лишился его, когда предал законы и Кайране Эльтана.

— Но Кайране Эльтан зовет его по имени, разве нет? Чем же тебе оно не угодило?

— Он был последним из его перстов. Последним, кому Кайране Сиршаллена отдал эту честь. И так он отблагодарил его — предал. Грязь под ногами заслуживает большего почтения.

— Ясно. — Софи раздраженно вздохнула. — А у тебя сколько перстов? — спросила она.

Шедар заледенел.

— Двое.

— Отчего так мало? Некого взять? Никто не жаждет? — Софи прекрасно помнила урок Нилана. У Шедара, позднорожденного, уже было двое эльфов, которые были готовы отдать за него жизнь, и насмехаться над этим было, разумеется, глупо. Но Софи все равно язвила. Не могла себя остановить.

Он бросил на нее взгляд, полный презрения и вернулся к рисунку.

Какое-то время они молчали. Софи допила кофе и спросила:

— Что ты рисуешь?

— Зачем тебе знать?

— Интересно.

Шедар вызывающе выпрямился. Даже сидя он был заметно выше, чуть не на голову. Софи чувствовала всей кожей его физическое превосходство и от этого еще больше кипела.

— Это план здания. Сегодня я нашел его в архивах. Уносить или снимать копии запрещено, но мне достаточно лишь увидеть. Я ничего не забываю, — сказал он с особым ударением. Софи поняла, что он имеет в виду ее выступление с кофе. Она безразлично пожала плечами.

— Я тоже не жалуюсь на память, Кайране. Помнится, вы хотели взять меня как ханти. Интересно, Линару это покажется забавной шуткой?

— Я бы никогда не взял такую ханти как ты, — он скривился.

— Черт! — цокнула языком Софи. — Придется все-таки остаться с Шахране. А ведь ты обещал мне денег втрое больше. Ноль умножить на три, сколько это? — ерничала Софи. — Кажется, целое состояние уплыло прямо из-под носа, — вздохнула она.

Шедар сжал карандаш так, что тот затрещал в его руке.

— Твой язык излишне смел, смертная.

— Разве он говорит неправду, эльф?

Карандаш в его руке все же сломался. Шедар медленно поднялся.

Софи беззаботно глядела на него снизу вверх.

— Я вас оскорбила, Кайране? Чем?

— Я принес тебе извинения. Это и так больше чем заслуживает такая, как ты...

Сзади пикнул замок и кто-то стал спускаться по лестнице. Нилан застал их в