Тени во времени - Кристофер Руоккио

Мужчины и женщины в командном пункте остановились, когда мы вчетвером вошли, Лин тяжело опирался на трость. Он как-то признался мне, что из-за повреждений костей, полученных на Беренике, настоящая гравитация стала для него тяжким бременем, что он предпочитает оставаться на борту кораблей, где медленное действие подавляющих полей, имитирующих гравитацию, не причиняет боли. Я слышал, как при каждом осторожном шаге он с шипением выдыхал воздух сквозь зубы, и пожалел его.

Я сам был стар, чувствовал медленное угасание времени, измену моего израненного тела. Как он мог видеть меня таким, каким я стал, и не надеяться, не желать для себя того же, что было у меня? Те, кто проповедовал возрождение Земли, верили — или утверждали, что верят — что ее возвращение ознаменует и возрождение человечества. Конец болезням. Страданиям. Смерти.

Для Капеллы все это было лицемерием. Выдумкой, сотканной из лжи и грез, чтобы утешить израненную вселенную. Но для истинно верующих? Я был кем-то другим. Доказательством сбывшихся пророчеств. Они видели во мне доказательство лжи Капеллы, веря, что я их спаситель. Сын Земли, Избранный, Возрожденный.

Полусмертный.

Но я был чем-то другим. Я и есть нечто иное.

«Лорд Марло», — обратилась стратиг Амата Ремпел. Она сняла офицерский берет, ее темные волосы, тронутые сединой, были собраны в узел на затылке. Шинель висела на плечах, как плащ. «Стратиг проинформировал вас о ситуации?»

Я перевел взгляд с нее на остальных: Копаркара и Бартоша, сэра Грея и Тора Ксантиппа. Полсотни менее значительных деятелей: логофеты и младшие офицеры, разведчики и схоласты — ходили по помещению, переходя от одного проекционного стола к другому, шепчась между собой, чтобы не отвлекать высокопоставленных лордов и офицеров от их работы. Я отметил не только присутствующих солланских офицеров, но и наших союзников. Сатта Кулл Вхад Квасир, гранд-адмирал Тавроси, стоял во главе их, лысый, как всегда, с гордо выставленным на показ клановым сайлашем. Зуб какого-то неизвестного существа пронзал мочку его вытянутого уха, а взгляд был жестким и холодным. Рядом с ним стоял Пеон из Тару, король дриад. Я чуть не пропустил Тенно, правителя Юшухито, императора Ничибоцу, этнарха ниппонцев, настолько неброским было его черно-белое одеяние. И там был Александр, сидящий на краю центрального голографического стола.

«Три дня?» — спросил я, приподняв брови и обратив внимание на Александра.

Но ответил Сатта Кулл, его звучный голос звучал насмешливо, язвительно, резко. «А еще нас называют колдунами», — сказал он. «А ты кто? Якша, йотун или сумасшедший?»

Я не улыбнулся, спросив ровным тоном: «Якша — это разновидность демона, не так ли?»

Лицо Кулла застыло, на нем появилась жесткая улыбка. «Ты считаешь себя мудрым. Именно твое опоздание стоило нам этой возможности».

«Мое опоздание?» — переспросил я. «Мое?» Мой взгляд снова встретился с Александром. Принц смотрел на меня, странно напряженный. «Если бы не Оганнес Дору, я бы прибыл сюда сразу».

«Это тот человек, которого ты убил?» — спросил гранд-адмирал. «Тот, у которого был ngearthing».

«Деймон, да», — ответил я.

«Деймон», — рассмеялся Кулл. «Ты носишь новое лицо и говоришь «деймон». Знаешь, я должен поблагодарить тебя. Ты разоблачил гниль, hraesnabot — как бы это сказать?»

«Лицемерие», — подсказал я, сохраняя невозмутимое выражение лица. Этот человек являлся тавроси. Он мог вспомнить каждый факт, с которым когда-либо сталкивался. Он знал значение этого слова.

«Лицемерие!» — вскричал Сатта Кулл. «Именно. Ты лишил свой народ опоры. Пусть после этого нас попробуют назвать демониаками!» Он снова рассмеялся.

«Вы закончили, сэр?» — спросил король Пеон, его рыжие волосы и борода напоминали лишайник. «У нас есть гораздо более насущные проблемы, чем эти... пререкания».

Гранд-адмирал флота Тавроси имел благородство выглядеть смущенным, устрашенный презрением короля деревьев. «Вы не ошибаетесь», — сказал он наконец. «Но должны признать, что это сочно».

Король Пеон отмахнулся от его слов.

«Хватит об этом», — произнес сэр Грей Райнхарт, постучав костяшками пальцев по краю голографического стола. «Мы теряем время. Сьельсины в движении».

Рядом с ним Тор Ксантипп вставил: «Прошло почти столетие с момента их последнего нападения. Девяносто семь лет с Дакары...»

Ксантипп продолжил: «Мы должны предположить, что они накапливали силы».

«Мы тоже», — сказал стратиг Копаркар, подойдя к голографическому столу. На экране отображалась карта космоса, столб света проецировался со стола на равноценную по размеру поверхность на потолке, как два совпадающих зуба.

Тор Ксантипп кивнул стратигу в знак согласия. «Мы блуждаем в потемках. Только после прибытия лорда Марло с экстрасоларианской картой мы смогли узнать местонахождение врага. У нас мало данных, кроме количества кораблей-миров, оснащенных телеграфами Воргоссоса. Вполне возможно, что часть того, чем занимался враг, — это строительство новых кораблей. Скорее всего, не кораблей-миров. По нашим самым точным оценкам, строительство звездолета 12 класса занимает несколько столетий — это огромный масштаб строительства... но мы должны быть готовы к тому, что большая часть задержки является результатом новой волны строительства. Напоминаю всем присутствующим, что хотя разведданные, предоставленные лордом Марло и операцией «Иконоборец», являются благом, не имеющим аналогов в нашем предыдущем опыте... они не отслеживают все корабли врага. Только их самые большие и старые. Поскольку телеграфы соединяют только их ключевые корабли, их флоты должны оставаться вблизи них, чтобы общаться через галактическое пространство. Поэтому то, что мы видим, хотя и не является исчерпывающим, представляет собой почти всю мощь сьельсинов».

Операция «Иконоборец», подумал я. Не знал, что штурму Воргоссоса было дано собственное название.

«Sono shouko wa?» — спросил тихий голос.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, кто это сказал и на каком языке.

«Его Императорское Величество спрашивает, как вы можете быть в этом уверены», — произнес одетый в черное слуга, стоявший рядом с сидящим ниппонским императором.

Сэр Грей Райнхарт ответил: «Сьельсины не обладают техническими возможностями для самостоятельного производства квантовых телеграфов».

«Sore wa sou kamo shiremasen ga», — ответил японский император после того, как его слуга перевел ответ сэра Грея. «Ekisutorasorarian kara mo enjo o ukete imasu. Kono . . . minosu to iu no . . . Mou teki no tame ni sara ni denshin o kouchiku shita no de wan ai no deshou ka? Waraware ni wa mienai nijiteki na nettowaaku?»

«Его Императорское Величество напоминает совету, что у Сьельсинов есть экстрасоларианские союзники. Не мог ли МИНОС построить дополнительные телеграфы для их флота?»

Амата Ремпел вставила: «Он прав. Кораблей может быть больше, чем мы думаем».

«Их нет», — заявил я, делая шаг вперед. «На карте Сагары указано тысяча шестьсот сорок