Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

древних городских стен погруженным в людской муравейник, полный гостей из самых дальних закоулков Империи. Тишина, покой и лес были для него чем-то новым и недружелюбным. Тем не менее бард старался освоиться в новой действительности – привычным себе, ироничным способом.

– Какой ужас, Эдвин. – Клара, однако, явно развеселилась. – Может, ты знаешь, когда они закончат?

– Ох, опасаюсь, что много времени понадобится, чтоб смыть всю грязь с нашего дорогого Магнуса.

– Что ж, я могу и подождать.

– Да, конечно, можешь подождать, как обычно, но…

– Да?

– Солнце уже почти в зените, времени на подготовку к пиру все меньше. А эти громилы наверняка будут там сидеть еще долго. – В голосе Эдвина появилась лишь чуть-чуть наигранная нотка сожаления. – А поскольку потом у них не будет ни патруля, ни других дел, будут просто крутиться по двору и неприлично… – тут он понизил голос, – подглядывать.

– И так вышло, что ты конечно же знаешь способ, как этого избежать? – подключился к разговору Натаниэль.

– Точно. – Трубадур обернулся и указал на украшающий центр озера остров. – На северной стороне этого островка есть небольшая бухточка. Она хорошо прикрыта деревьями и кустами, как с воды, так и с суши. К тому же там обычно лежит тень, а это будет весьма кстати для твоей уже поврежденной солнцем кожи.

– Спасибо, Эдвин, прекрасная идея! Кассандра, отправляемся на остров, – заявила Клара, прерывая попытки той выбраться из гигантской для нее рубашки. – Матильда, а ты… Впрочем, не важно.

Матильда по своей привычке без всяких признаков замешательства уже сбросила одежду и как раз брала разбег, чтоб прыгнуть в озеро с мостков. Для всех присутствующих мужчин бег этот представлял немалую эстетическую ценность.

– Само собой, я абсолютно уверен, что наш князь не позволит дамам грести самим, – продолжал свои рассуждения Эдвин.

– Само собой, – подтвердил Натаниэль.

– Прекрасно. – Бард уже начал было поворачиваться в сторону Люциуса, как вдруг изобразил, что о чем-то вспомнил. – Я так думаю, что, скорей всего, не совсем уместно будет, чтобы молодой аристократ находился на острове один на один с двумя, не побоюсь этого слова, нагими феминами. Безусловно, никто не приписывает столь благородной личности, как наш князь, неких низких или подлых намерений, но тем не менее было бы лучше, если б отправился с вами кто-то еще. Некая персона с незапятнанной репутацией. Например… – остановил он взгляд на Монахе, – наш благородный командир рекрутов.

Как Натаниэль, так и стоящий в нескольких метрах дальше Дункан, оказались захвачены врасплох. Тем временем Клара отреагировала мгновенно, как бы не замечая ничего необычного в этом предложении.

– Великолепная мысль. С двумя такими отважными и умелыми воинами мы обе будем чувствовать себя намного безопасней. И будем весьма рады компании по дороге. А вы, в свою очередь, сможете отдохнуть, чередуясь на веслах.

Оба упомянутых юноши в безукоризненных выражениях поблагодарили за оказанную им честь и отправились готовить лодку.

– У тебя в этом представлении был какой-то дальний замысел или просто тебе нравится смотреть, как они друг другу глотки рвут? – спросила Клара шепотом.

– Пока не знаю. Но раз уж зашел разговор, то удивляет меня, госпожа, с какой целью ты мне помогла?

– Разве я тебе помогла?

– Ну, не помешала, – уточнил Эдвин. – И эта фраза о безопасности в обществе двух столь достойных воинов… Я чуть не прослезился от умиления.

Клара, впрочем, в ответ лишь загадочно усмехнулась и вместе с Кассандрой направилась к лодке.

Через несколько минут все четверо были уже в дороге на остров. Эдвин и Люциус с берега махали вслед.

– Не пойму я их, – заметила Матильда, глядя на удаляющуюся лодку. – «Купаться в уединении», ишь ты. Нас пятнадцать человек в хате было, и все спали на одном полу, и в речке вместе плавали, и никто не стыдился голым бегать.

– Ну что сказать, не все родом из таких чарующе декадентских мест, как ты.

– Слы-ышь! – Матильда резко вынырнула из воды. – Ты мой дом не оскорбляй тут учеными словами, а не то точно врежу. А ты чего там опять от меня взгляд отводишь? Тебя спрашиваю, Монах!

Люциус упорно старался не отрывать взгляд от земли.

– Я… Ну просто это неприлично…

– О, еще один.

– Отстань от него, бедолага просто не видел никогда небось столь богато одаренной фемины. В монастыре таких вряд ли много было.

– Вообще не было, – помешкав, признал Люциус. – И вообще на острове. Ну и… Я вообще впервые женщину увидел в порту. Месяца два назад.

– Дед всегда говорил, что церковники все долбанутые, – с уверенностью заявил Ульгар.

– Ну так-то да, это объясняет, почему с ними так тяжело общаться, – признал Эдвин. – Но, постой, это что же значит? Что наша прекрасная Матильда – это твой первый контакт с женщиной, так сказать, неглиже?

Люциус неохотно кивнул, чувствуя, как щеки его пылают.

– Че?

– Говорю, бабы голой он в жизни не видел, – пояснил Шутник.

– А-а… Ну, теперь мне и правда как-то неловко стало, – ответила Матильда, скрещивая руки на груди.

– Не грусти, малыш, могло быть и хуже. – Бард перешел на поучающий тон. – Первая женщина, которую я увидел обнаженной, до сих пор преследует меня в кошмарах…

– Обожди, – прервал его Ульгар. – Это что же выходит, он никогда и не трахался?

– Да, дорогой мой варварский друг, – подтвердил Шутник. – Тот факт, что он никогда не видел раздетой женщины, да и с одетыми-то разговаривать не больно умеет, безошибочно говорит о том, что никогда не трахался… Ну разве что содомским способом.

Люциус каким-то чудом сумел покраснеть еще сильнее.

– Господи, нет. Очевидно, что…

– Ну я так, уточняю для верности. В моих краях содомия считается признаком хорошего тона.

– Правда?

– Нет.

– Что еще за содомия чертова? – поинтересовался Ульгар.

– Это когда чувак трахается с другим чуваком, – пояснила Матильда.

– Что они трахают?

– Друг друга.

– Что, курва?! – После первого шока Ульгар обвел присутствующих мужчин подозрительным взглядом. – Чертовы южане. У нас за такое на месте яйца отрубают.

– Непоколебимые моральные принципы против девиаций, – отметил Эдвин. – А некоторые еще нам говорят, что север варварская страна.

В его тоне не слышалось ни малейшей иронии:

– Однако, возвращаясь к теме разговора, наш дорогой Люциус фактически никогда и ни с кем. Но не стоит огорчаться, перед нами пиршество. Вино, песни, вино, женщины и вино. А такой расклад дает надежду.

– В смысле? – Люциус вдруг стал похож на звереныша, попавшего в ловушку. – Не надо, я…

– Для этого и нужны друзья, – провозгласил Шутник, красноречиво бросив взгляд на Магнуса.

Великан с минуту присматривался к происходящему со скучающим видом.

– Бриана, – наконец провозгласил он.

– Отличный выбор, – одобрил Эдвин. – Смекаешь,