Фантастика 2025-62 - Ринат Искандэрович Мусин

Я тоже приоделся в магазине готового платья, чтобы чуток замаскироваться (ох, и выскажет же мне Брейгель…). Надел шляпу, тёплый плащ и приличные кожаные перчатки. Сунув руки в карманы, надвинув шляпу пониже и опустив голову, двигался за Николкой.

Нужный кабак был близко. Николка зашёл туда первым, я — через пару минут. Спросил обед и графинчик. Уселся в тёмном углу.

Николка, напротив, сиял в самом центре зала. Очень скоро у него появились собутыльники, которым он радостно заливал какую-то дичь о своём благосостоянии, прихлёбывая пиво.

— Но это ещё что! — услышал я. — Скоро я натуральным образом разбогатею.

— Ты-то? — расхохоталась компания.

Похоже, Николку они знали не понаслышке.

— Я, а то кто ж! Днями вот думаю заскочить в императорский дворец…

Компания буквально громыхнула хохотом. Чтобы их превозмочь, Николке приходилось кричать:

— А вот посмотрите, посмотрите! Кто ещё последним посмеётся-то! У меня, между прочим, такие сведения есть, за которые государыня червонцев отсыпет — за всю жизнь не истратить! Я, может, о заговоре знаю. Да-да, вот так: заговор у государыни за спиной зреет, и только я один могу на заговорщика показать! Мы-то с ним встречались, он себя и выдал. А после убить меня хотел. Ха! Николку Кривонога не убьёшь! У меня такие амулеты есть, что никакая смерть не возьмёт!

Я обратил внимание на двух прилично одетых джентльменов за столиком у окна. Один был пожилой, лысый и усатый, постоянно что-то бубнил. Второй — помоложе, лет тридцати, наверное, без усов и с волосами. Да и весом раза в два меньше. Вот он, не обращая внимания на собеседника, с огромным любопытством прислушивался к разглагольствованиям Николки.

Ну ясно, наш человек. Не знаю уж, под каким видом его откомандировали в этот кабак, но её величество обещала, что всё будет тонко и изящно, комар носа не подточит. Всё происходящее должно им сейчас восприниматься как нативный контент, а не как навязчивая реклама. Коей оно по факту является. К тому же — чистый кликбейт, налюбилово: мы понятия не имеем, кто таков этот министр. Но очень надеемся, что он теперь раскроется.

Глава 13

— Я уже сейчас, не поверите, в гостинице живу, — продолжал трепаться Николка. — Да не в какой-нибудь, а в Пале-Рояль! А уж когда меня государыня озолотит, собственный особняк куплю. Говорю вам, друзья мои, пошла светлая полоса! Всю жизнь ждал — и вот, дождался! Ну, теперь уж до самой смерти нуждаться не буду. Шутка ли — правительственный заговор. Да меня, может, министром назначат! Хе-хе, да-да, министром. Отчего бы и не назначить, нужен же будет министр.

Я поморщился. Этого мы не репетировали, это Николка уже отсебятину погнал. Но, впрочем, ладно. Пока в образе — норм.

Встреча у двух джентльменов подошла к концу. Они попрощались, и тот, что помоложе, бросая взгляды на Николку, двинулся к выходу. Я, удовлетворённо кивнув, взялся за еду. Крючок проглочен. Осталось дождаться, пока по дворцу поползут слухи и достигнут ушей Министра.

Дожидаться, пока Николка вспомнит, что мы здесь, вообще-то, по делу, пришлось довольно долго. Наконец, вспомнил, соизволил украдкой взглянуть на меня.

Я указал взглядом на выход. Николка поскучнел и посмотрел на недопитую кружку. Я категорически поднялся. Николка вздохнул, в несколько глотков прикончил кружку и объявил:

— Увы, друзья мои, теперь я должен удалиться. И рад бы остаться, но влекут неотложные государственные дела… Эй, любезный! — он поманил мальчишку, натирающего полы. — Поймай-ка мне извозчика до гостиницы Пале-Рояль!

Пацан бросился к двери. Я вышел вслед за ним. Немного пройдя по улице, свернул в безлюдный переулок. И перенёсся Знаком в Пале-Рояль.

Не успел осмотреться в номере, где разместил Николку, как меня захлестнуло верёвочной петлёй. Руки намертво притянуло к бокам.

— Стой, где стоишь, тварь! — на плечи мне с двух сторон опустились могучие руки.

— Тоже рад вас видеть, мужики, — кивнул я.

Попробовал применить Знак Перемещения. Не работает. Отлично.

— Ох, — сказал Демид. — Извиняй, Владимир! Не разглядели, что это ты.

Его подручный ослабил петлю. Я выбрался. Кивнул:

— Да ничего. Не насмерть же раздавили. Хорошо работаете, молодцы!

Довольные Демид и его подручный, дюжий парень-охотник, приосанились.

Третий персонаж, появившийся на сцене, поклонился.

— Рад вас приветствовать, Владимир Всеволодович.

— Угу. Давно не виделись.

Я ещё раз придирчиво осмотрел номер, подготовленный для Николки. Две комнаты, спальня и гостиная, очень удобно. Из прихожей попадаешь в гостиную. А из спальни в ту же гостиную легко и свободно попадает тот, кто тебя поджидает.

Я очень надеялся, что в этот раз Министр явится самолично. Вряд ли доверит кому-то ещё вытягивание из Николки информации — что именно тот знает, а о чём просто натрепался, дабы вымолить прощение. Попасть в номер, когда Николки там нет, ознакомиться с обстановкой, а в нужный момент перенестись амулетом наподобие троекуровского — дело не хитрое. На месте Министра я бы Николку из номера изъял, перетащил тем же амулетом в тихое укромное место, и там уже допрашивал без шума и пыли. Исполнить изъятие Николки можно буквально в считанные секунды, поэтому операцию я подготовил тщательно.

В стене гостиной, противоположной спальне, находилась ещё одна дверь. Она вела в другую спальню, номер когда-то состоял из трёх комнат, но этой не повезло. Плохо прогревалась, зимой постояльцы жаловались на холод и сырость. Устав выслушивать жалобы, владелец гостиницы велел смежную дверь запереть и сдавать номер как двухкомнатный. Дверь замаскировали большим зеркалом, в запертой спальне устроили кладовку, где хранили всякий хлам. По моему распоряжению хлам выкинули, его место заняли Демид с подручным и мой новый знакомый.

Никита Григорьевич Разумовский, тот хлыщ, что провожал меня к государыне. Он оказался мало того, что охотником, ещё и князем. Единственным, обладающим Силой, в своём чрезвычайно разветвленном и влиятельном роду. Охотник среди дворянских детей — вообще случай редкий, в светском обществе рассматриваемый как нечто не вполне приличное. Аристократу махать мечом наравне с простолюдинами — фи! Такого рода способностями не принято было хвастаться.

Но Никита Григорьевич оказался парнем дальновидным. В великосветских гостиных он свой талант не светил, но и забивать на него не стал. Почувствовав Силу, уговорил папашу нанять учителя из охотников, потихоньку осваивался. И когда у власти оказалась нынешняя государыня, охотничьему племени очевидно благоволящая, предстал пред светлые очи и