"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

двигались плавно, точно дирижёр перед невидимым оркестром. С каждым движением спираль света становилась плотнее, глубже, вгрызаясь в каналы мальчишки, перестраивая их, закручивая по новой, идеальной траектории. На миг в воздухе проступили силуэты — призрачные очертания древних символов, старше самой империи. Они кружили над Максом, словно благословляя, и таяли, оставляя после себя лишь слабое свечение.

Чернов Азимут, что провели весь ритуал затаив дыхание, внезапно вздрогнули и переглянулись, стоило древним рунам исчезнуть.

Последний всплеск света — яркий, почти ослепительный — прошёлся по комнате и угас. Руны на полу потухли одна за другой, оставив лишь лёгкий дымок и запах озона. Призмы остановились. Макс лежал неподвижно, грудь его мерно поднималась.

Трое магов одновременно шагнули ближе.

Эскулап первым опустился на колено рядом с мальчишкой. Осторожно снял иглы-метки, вытер ему лоб влажной тканью и тихо спросил, чуть дрогнувшим голосом:

— Макс… как ты себя чувствуешь?

Макс медленно открыл глаза. Несколько секунд просто моргал, глядя в потолок, потом сел, потянулся так, что хрустнули кости, и с совершенно будничным, слегка недовольным видом заявил:

— Все еще хочу есть!

В комнате повисла тишина на целых три секунды.

А потом Эскулап расхохотался — громко, раскатисто, от души. Азимут фыркнул и отвернулся, пряча улыбку. Чернов только покачал головой, но уголки его губ дрогнули.

— Миша, это был не простой ритуал, да? — спросил Константин, глянув наЭскулапа. — Я видел древние руны.

— Ну-у-у-у… Скажем так — восстановленный мной древний ритуал, — неуверенно произнес мужчина, нагнувшись и подхватив призмы. — Моя копия древнего ритуала «Истины», ну или если хочешь — вольная его трактовка.

— А ты его уже проверял? — осторожно уточнил Чернов.

— Было дело. Два раза. Один раз на уголовнике, второй… сейчас.

— Я правильно понял, — вмешался Рожков. — Ты сейчас пользовался этим ритуалом второй раз?

— Да, но он действительно эффективнее, да и с помощью обычных ритуалов каналы так не провернуть, — смутился Эскулап. — Выгнуть, поправить — да, но не завернуть по спирали. Такая свобода действий только у…

— Ты мог угробить мальчишку, — зыркнул на него Азимут.

— В отличие от тебя, — глянул на него целитель. — Я умею считать и читать древние руны.

Тут его взгляд скосился на Макса, что сидел на краю алтаря и шмыгал носом.

— У тебя ведь все в порядке? Попробуй создать… Искру, которую я тебе показывал.

Мальчишка пожал плечами, поднял руку, но тут же замер и скривил рожу, сузив глаза.

— а… а… АПЧХИ! — выдал он.

В этот же момент, ботинок на его левой ноге мигнул яркой белой вспышкой и исчез, а с лестницы послышался звон посуды.

— Эскулап… — строго глянул на Михаила Чернов.

— Накосячил, придурок, — буркнул Азимут.

— Это… это не… — растерянно пробормотал целитель. — Это какая-то…

— Э! — глянул на ногу с дырявым носком Макс. — А где… где ботинок⁈

* * *

О, сколько мы тогда высказали Мише…

Вы бы знали!

Что произошло? Если в целом, то все прошло по плану.

Мы сняли слепок с каналов в руках Макса. Причем брали срез в нескольких местах. В локте, плече, предплечье и финальный, на выходе. У нас все получилось. Один оборот на руку и на выходе ровный круг. Что же до исчезновения обуви, то…

У нас, спасибо древним рунам и знаниям Эскулапа, появился побочный эффект.

Называется он «Спонтанное неосознанное заклинание по стабильному эмоциональному принципу». Ну, или просто синдром Галкина.

Каждый раз, когда Макс пугался, забывался или просто на пустом месте задумывался, его левый ботинок отправлялся… Куда угодно. По сути, этот эффект был не столько магической природы, сколько… Психологической, но сути это не меняло.

Да, будь первым заклинанием Макса какой-нибудь светляк, было бы меньше проблем, но первым заклинанием, сформулировавшим его каналы была… Телепортация.

И уж не знаю, как это получилось, но на момент его первых потуг, больший выход силы был как раз через левую ногу.

И вуаля!

Теперь мы имеем спонтанный перенос левого ботинка с ноги Макса куда угодно в радиусе тридцати метров.

Сказать, что я был расстроен?

Ничего не сказать.

Ладно хоть Эскулап признал ошибку и принялся обследовать Макса вдоль и поперек. Нет, без вмешательств, на счет чего я его сразу предупредил, но вывод у него был один.

Он настаивал на том, что у Макса изначально была предрасположенность к этому синдрому. Изменение каналов и закручивание их нарушило поток, что и стало триггером для проявления синдрома Галкина.

Да, дамы и господа.

Великолепный, прекрасный и один из самых спорных магов империи получил прозвище не за то, что его левый ботинок был на половину из золотого сплава! Он получил его за то, что до конца своих дней, его ботинок непроизвольно… Отправлялся куда угодно.

Как вам такая правда, о великом и несравненном Максе?

Боги, я честно пытался все исправить.

Мы запретили применять ему магию, почти на неделю. Мы строили теории, пытались как-то решить этот вопрос. Даже отправляли Эскулапа в столичную библиотеку, а Макс…

Макса мы заперли в доме, чтобы он чего-нибудь не учудил.

А он…

Он продолжал рассказывать фотографии чем его кормили, как ему надоело сидеть дома и…

Я заметил это на третий день.

Искры, за забором. Та ребятня приходила к нашему дому и размахивала артефактами, которые Макс собрал, раскидывая искры.

Они думали, что его наказали. Что он теперь сидит под домашним арестом за ту выходку. Вот и приходили под окна, чтобы помахать ему искрами и подбодрить.

Хм…

Наверное, это были его первые друзья.

Сергей Вишневский

Макс "Полботинка"2

Глава 1

Этот блок я бы начал с того, что…

Давайте говорить откровенно.

Макс, пусть он и был связан со мной клятвой ученика, постепенно начал заводиться.

По началу он канючил, приставал с вопросами, но после трех успешных попыток заставить его читать книги, быстро понял всю тщетность такой тактики.

Затем он в тихую попытался что-то делать силой, за что я впервые за долгое время применил к нему силу нашей клятвы. Сидеть не мог неделю.

Однако его это не остановило.

Да, парень зарылся в книги по ритуалистике и артефакторике. Прочитал все, что у нас было, а затем начал творить.

Причем силы он своей не вкладывал ни капли. Его источником силы стал… Эскулап!

Да, он садился с ним