Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Понял, — кивнул Грачев и принялся протирать стойку.

Пока ходил за курткой, тетя Маша пожарила яичницу и разогрела пару колбасок, я накрыл тарелку крышкой и отправился в оружейный магазин. Подошел к задней двери, постучал, и почти сразу потемнел глазок. Затем послышался лязг засова, Мила открыла дверь и спросила:

— Да, Слава?

— Ты к нам не заходишь, — протянул я ей блюдо, — вот, решил не дать умереть тебе с голоду.

— Да я только встала! — рассмеялась шатенка. — Не стоило!

Она отступила, освобождая проход, но я проходить в дом не стал и произнес:

— Коля говорил, могу его пикапом воспользоваться. Не знаешь, где ключи?

— Сейчас найду! — Мила унесла блюдо, пару минут спустя вернулась и протянула ключи от автомобиля и гаража. — Держи.

— Спасибо! Тарелку можешь не заносить, верну ключи и сам заберу.

— Хорошо!

Мила закрыла дверь, я отправился к превращенной в гараж арке. Отпер замок, распахнул дверь, забрался в машину. Посидел, привыкая к габаритам, но особо это не помогло, и выехал на улицу без уверенности, что не соберу все окрестные столбы.

Но нет, обошлось. Оставив пикап прогреваться, я сходил за "Шершнем" и бросил его на пассажирское сиденье. Хоть Гордеев и ворчал по поводу жезла "свинцовых ос", называя бестолковой игрушкой, имелись у него и сильные стороны. Невысокая точность компенсировалась отменной скорострельностью и вместительной банкой на шестьдесят шаров. Не стоило забывать и о кристаллах, которые при попадании в защитное поле отводящего пули амулета переполнялись энергией и взрывались. Не слишком сильно взрывались и далеко не всегда — в зависимости от модели амулета детонировали от одного до пяти шаров из каждого десятка, — но это было лучше, чем ничего.

Да и привычней мне с карабином, пусть и коротким, чем с пистолетом. Пистолет — это на крайний случай или куда карабина с собой не взять. Например — в банк.

Поэтому когда выбрался из припаркованного перед отделением "Центрального городского банка" пикапа, жезл "свинцовых ос" остался за сиденьем, а вот сумочка с "таурусом" болталась на плече. Охранник не обратил на нее никакого внимания.

Я предъявил к оплате накопившиеся за последние дни чеки и оформил зачисление на счет мелочи из кассы, а потом, пользуясь оказией, заскочил в госпиталь навестить Ирину.

Уж лучше бы не ездил — у заведующего отделением внезапно оказалось окно в расписании, и подруга немедленно потащила меня на прием.

Высокий худой дядька с татуировкой "Хирург" на левой кисти внимательно выслушал обратившуюся за помощью коллегу и возжелал увидеть мои таблетки, но я только плечами пожал:

— Не вожу с собой, знаете ли.

— А приобрели где?

— У ведьм, — выдал я версию, уже озвученную ранее Ирине.

— Ах у ведьм! — покачал головой врач и повел меня проверять внутреннюю энергетику на каком-то невероятного вида аппарате.

Выглядел тот как обрезок уложенной на пол трубы метрового диаметра с установленной внутри тележкой на колесах. В просверленные насквозь стенки были вставлены датчики граненого горного хрусталя, провода от них уходили к здоровенному стеклянному шару с масляной жидкостью внутри.

Внутрь полагалось забираться в одних трусах, поэтому я избавился от одежды, цепочки с крестиком и отводящего пули амулета и только после этого улегся на каталку. Заведующий отделением сноровисто поместил меня внутрь и приказал:

— Закройте глаза и не шевелитесь.

Я послушался, и вскоре раздалось едва уловимое гудение, кожу защипали легкие уколы магической энергии, а через смеженные веки пробились отблески разноцветных огней. Пару минут спустя жужжание смолкло, и до меня отчетливо донесся жизнерадостный голос врача:

— Ирина Сергеевна, как вы и говорили — просто в клочья!

Ирина выкатила каталку из трубы, я уселся на ней, ежась от прохладцы, и обратился к врачу:

— И чему вы так радуетесь?

Заведующий отделением оторвался от шара, содержимое которого переливалось всеми цветами радуги, и спокойно пояснил:

— Радуюсь, что вы все еще с нами!

— Вот спасибо, — пробормотал я, одеваясь.

— А если серьезно, — вздохнул врач, — могу констатировать, что прием "Лазаря" никаким образом на вашей внутренней энергетике не сказался.

Я мог бы сказать это и без всяких процедур, но вежливо улыбнулся и поблагодарил врача:

— Спасибо.

— Могу поинтересоваться, что вызвало столь разрушительный эффект? — спросил тогда доктор.

— Заклинание, — не стал я вдаваться в конкретику.

— На алхимической основе, полагаю? Вероятно, в модификации Братства?

— Именно так, — подтвердил я, изрядно удивленный точностью диагноза. — Как вы узнали?

— Опыт! — в свою очередь не стал раскрывать профессиональных секретов заведующий отделением.

— Какие будут рекомендации? — уточнила Ирина.

— Ничего не меняйте, — посоветовал врач, потом задумался и покачал головой: — Хотя… Внутренняя энергетика достаточно стабильная, если не собираетесь за городские стены, можете понемногу начать уменьшать дозировку лекарств. Только учтите — скоро Лазурное Солнце взойдет, так что без фанатизма. Просто понаблюдайте за эффектом.

— Благодарю за совет, — кивнул я. — Понаблюдаю.

Рекомендация была не лишена смысла, тем более что Бородулин в свое время составил несколько схем приема пилюль в зависимости от самочувствия. Я предпочитал для верности пить все подряд, но почему бы и не провести эксперимент? Без фанатизма если?

Мы попрощались с заведующим отделением и вышли в коридор, там я обнял Ирину, поцеловал и спросил:

— Сегодня ко мне, наблюдать за эффектом?

— Нет, — со смехом отстранилась та. — Завтра и послезавтра в первую смену. А там… понаблюдаем, если будешь себя хорошо вести.

Я проводил подругу до кабинета, вышел на улицу и поднял воротник. С самого утра дул сильный северный ветер, заметно похолодало, в куртке без свитера стало как-то совсем уже зябко. Не зря пикап взял.

Подняв воротник, я поспешил к оставленному за оградой автомобилю и вдруг обратил внимание на пристальные взгляды стоявших у ворот сестер из отряда самообороны. Пялились они на меня так мрачно, словно я задолжал им денег, а потом просто развернулись и отправились патрулировать территорию.

Я с облегчением перевел дух, забрался в пикап и покатил прочь. Вспомнился рассказ Николая о неприятностях с ведьмами, и по спине побежал холодок. Уж лучше пешком по морозу прогуляться, чем по ошибке под раздачу попасть. Автомобиль у Гордеева видный, жахнут магией — никакой чарофон не поможет.

Но — пронесло. До дома доехал нормально, а на самом подъезде к особняку, вывернув с Красного проспекта на подъездную дорогу, я заметил шагавшую к бару фигуру в меховой шапке, тулупе и собачьих унтах.

Опустив боковое стекло со стороны пассажирского сиденья, я сбросил скорость и окликнул охранника Бородулина:

— Семен! Скажи, что ты пиво идешь пить!

Лымарь перелез через наваленный на обочине снег к пикапу и забрался на сиденье.

— Нет, — ожидаемо разочаровал он меня,