Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

Изо всех сил я ломанулся вперед, вытаскивая ноги из глубокого снега. Выстрелы захлопали справа от меня, где были Платон с Дмитрием, но за них я не очень беспокоился, Дмитрий боец опытный, в СОБРе пятнадцать лет отслужил, да и Платона я в стрельбе понатаскал.

— Коля, держи!

Саня безнадежно застрял в снегу сзади, слишком далеко в поле взял, и сейчас он кинул мне деревянный шар, хитро оплетенный медной проволокой.

Поймать одной рукой его не получилось. Отлетев от руки, шар упал в снег, но погрузился неглубко. Я присел за ним, и в этот момент мой противник вновь подскочил над сугробом, уже чуть левее, и дважды выстрелил, но неточно, намного выше, даже браслет не сработал, а я выстрелил в ответ и тоже не попал, пуля разнесла большой ком заледенелого снега, лежащий на сугробе. А затем я подобрал шар, сломал большим пальцем тонкую деревянную пластинку и метнул "тоскунца" туда, откуда противник пытался вести огонь.

Странная тусклая серая вспышка, показавшая, что амулет сработал, а затем противник заорал что-то невнятное. А я изо всех сил рванул прямо к дороге, грудью на сугроб, пытаясь попасть туда до того, как действие "тоскунца" иссякнет, на ходу добивая магазин карабина до полного, вталкивая одну "обманку" за другой.

На том месте, откуда в меня стреляли, поднялся целый фонтан снега, выбитый очередным амулетом Сани. Прикрывает, нормально. Я добрался до гребня снежного вала, упал на него животом и просто съехал на дорогу. И точно так же навстречу мне с противоположной стороны съехал человек в белом полушубке и вязаной шапке, с… укороченным "марлином" в руках. Покрытым рунами. Из моего магазина.

Противник дернул рычагом, и тот ударился в землю — стрельбы из положения лежа он явно не тренировал. У меня же патрон был уже дослан, я просто выстрелил в него, увидев синеватую вспышку, и мужик в полушубке в испуге замер, хотя в него и не попало, в тот же момент на гребень сугроба выбрался Дмитрий и пальнул из своего "рема" вниз, в спину моему противнику, и амулет у того уже не работал. Он лишь дернулся, а потом уронил голову в снег.

— Еще?

— Минус два! — крикнул Дмитрий.

Я вскочил на колено, направив свой карабин в сторону грузовика, и увидел там человека, лежащего на дороге в позе младенца. А потом еще и услышал, что тот тихо скулит и подвывает.

— Не трусись, у тебя амулет, это ментальное доминирование, — прохрипел вскарабкавшийся на снежный вал Саня. — Вяжите его, пока не отпустило.

Сразу "вязать" я все же не побежал. Залег и контролировал пространство у грузовика и под ним, до тех пор пока Дмитрий с Платоном не прошли целиной вокруг и не вышли с тыла. И лишь затем продвинулся вперед сам.

— И ты, Брут, — сказал я, ногой отталкивая "браунинг" десятого колибра от скрюченного человека, который начал приходить в себя и испуганно оглядываться по сторонам. Доберусь до магазина и точно скажу, кто это такие, если этот ушлепок мне раньше все не расскажет. Хотя расскажет, я думаю.

Дмитрий осмотрел грузовик, сказал:

— Чисто!

Четверо их было. Четверых я у грузовика тогда и увидел. Для нормально организованной засады достаточно. Если бы они не переиграли, не развернули грузовик, то я бы их ни в чем и не заподозрил. Сломались и сломались, мы еще и помочь попытались бы. А от выстрела в упор, к слову, никакой амулет не спасает.

Пленного — сухощавого мужика лет тридцати — быстро связали и обыскали, вытащив удостоверение личности нового образца, здоровенный охотничий нож с какими-то рунами и всякую мелочовку. Оставив его под охраной Платона и Сани, мы с Дмитрием побежали обратно к "сабербену", который так и был закрыт серой пеленой, перегородившей дорогу. И когда мы проскочили сквозь нее, я лишь выругался — радиатор был пробит, тосол вытек на дорогу, в лобовом две огромные дыры, водительская дверь прострелена. И правое переднее спущено.

— Твою мать! — высказался я от всей души. — Твою бога душу мать!

— Да ладно, грузовик вообще целый, — напомнил мне Дмитрий. — Просто подцепим.

— Подцепим-то подцепим, но грузовик чужой, а "субур" мой, понимаешь? — вздохнул я. — И я его люблю.

— Да починишь, — хмыкнул он. — И грузовик заберем.

— Это вряд ли.

— Чего вряд ли? Напали на патруль при исполнении. Можешь там договориться?

Я посмотрел на него задумчиво. Ну да, если нападать на представителей власти, тот же Патруль, то конфискуется все. В казну, правда, конфискуется, но это дело десятое. Как-то я еще не привык к тому, что все мы здесь с какими-то ксивами.

Дальше я завел грузовик, на котором не оказалось ни единой царапины, и задом сдал его к поврежденному внедорожнику. Жесткая сцепка у меня в багажнике есть, я без нее никуда, так что подцепили "сабербен" мы быстро, после того как запаску поставили. Перевел коробку в "нейтраль", потом содержимое багажника в кузов перебросили. Туда же загрузили трупы, собрав с них все, что можно было собрать. Из четырех стволов два оказались моими, патроны к ним тоже. Хорошо, что я противоамулетные никому не продаю, так что били в нас "обманками". Если бы не алхимические амулеты — нам было бы намного хуже. Обманка из "браунинга" с одного выстрела "Драконью чешую" вышибает.

А вот от моего противоамулетного браслет не спасет — все равно рванет в поле действия.

Остался пленный, который сидел возле грузовика и уже стучал зубами от холода. Я присел возле него, посмотрел в глаза, затем спросил:

— На Тему Жилина работаешь?

Тот лишь часто закивал. Похоже, что действие "тоскунца" до конца не отошло, его не только и не столько от холода, сколько от страха трясет.

— Что сделать поручили? Давай, колись, все равно убивать тебя не будем.

— П-п-прик-к-каз б-был з-завалить в-всех, — вытолкнул он через посиневшие губы. — А в-вчера г-говорили, что т-т-только нап-пугать надо. А в-вечером Т-т-тема прибежал и грит: "П-план м-меняется, валим всех".

— Понял. Подробности потом расскажешь. Эй, разворачиваемся и дуем в Волчий Лог.

— А-а?.. — озадаченно посмотрел на меня Платон.

— Этого на хранение надо сдать, — я пнул слегка пленного, — там кутузка есть.

— Можно в Лудино договориться, на хрена время терять?

— Мы же Патрулем представляемся, к тому же трупы на опознанку сдадим. Какое Лудино? Нам там покажут Патруль. Да пару часов потеряем, не больше, мы недалеко отъехали. Больше проболтаем.

— Давай вы сперва меня скинете, а потом езжайте. Хрен ли вам? У вас времени аж до завтра.