Кровь Тала - Софья Шиманская

Кагана будут отбивать наступление Корвина на Белом Кряже, я мог бы вывести большую часть войск. Сейчас в лучшем случае половину. У нас будет одна попытка, мы не сможем позволить себе длительную осаду, потому что Тенхо не упустит случая ударить мне в спину.

– Ему тоже выгодно падение Эдеса, – сказал Луций, – вряд ли он станет…

– Хочешь рискнуть?

Луций молча покачал головой.

– А я напомню, – встрял Милош, – что нашего полководца Даллах увел в Эдес возиться с отребьем.

Луций сдержал взвившееся раздражение и холодно взглянул на него.

– Ты бы предпочел оставить отребье без контроля и слить восстание, которое уже переключило на себя основные легионы?

– Мне плевать на твое восстание, Даллах, – процедил Милош, – было плевать, пока ты не вовлек в него талорские общины, и теперь это стало проблемой Айлана.

– Рост Мертвых Земель – это общая проблема.

– Скверна растет годами, а ты хочешь рискнуть десятками тысяч талорцев за раз!

Орхо громко щелкнул пальцами. Угли в жаровне перед ним коротко вспыхнули белым.

– Уймись, Милош, – велел он. – Вести войска я могу сам.

Милош тяжело выдохнул и встряхнулся. Его пальцы нашли на столе трубку. Он принялся крутить ее в руках, но закурить не посмел.

– Я не оспариваю твои способности, Аэд, – сказал он с подчеркнутым смирением. – Но я знаю, что люди боятся идти в бой под твоим началом. Армия, у которой трясутся коленки при виде собственного полководца, битву не выиграет.

– Дело не только в страхе, – добавил Луций, бездумно расчерчивая на пустом листе пергамента орнамент. – Мы оба – отдельные боевые единицы, равные по силе как минимум легиону. Отсиживаться в тылу или сдерживать собственную силу, возглавляя наступление, – попросту нерационально. Мы должны действовать как отдельные фланги. – Луций повернулся к Милошу и вскинул бровь. – Серьезно, у вас всего один полководец?

Милош бросил на Орхо мрачный взгляд.

– Нет. Но других нойонов из Истреда мы привлечь не можем.

– Потому что… – Луций покачал кисточкой, ожидая объяснений.

Милош молчал. Смотрел на хана. Орхо неопределенно махнул рукой.

– Политика. Не обращай внимания. Такие же дрязги, как в вашем Сенате. – Он усмехнулся и вздохнул. – Впрочем, какой смысл обсуждать полководца для армии, которой почти нет.

– Сколько человек нам нужно? – спросил Луций.

– По нашим данным, в Йорде около восьмидесяти тысяч легионеров и полторы тысячи боевых магов. Выигрышный расклад для нас – пять легионеров на одного талорца. Талорцев брать больше неоткуда. Обычных людей потребуется… – Орхо задумался.

– Еще тысяч сорок, – посчитал в уме Луций, – я взял соотношение войны с Андрой. Андрийцы не маги, но какой-то период они побеждали. С поправкой на то, что Йорд – это свалка необученных новобранцев и безмозглого командования… их все равно слишком много. Талорцев точно больше нет?

– Почти все бойцы служат Тенхо, – ответил Орхо, – они любят войну, а он дает им войну. Я даю им только скучное патрулирование границ. Конечно, любой талорец воин, но…

– Но мы не будем собирать армию из пахарей ради твоей прихоти, Даллах, – отрезал Милош, – ты уже пустил на фарш эдесскую бедноту. Я не позволю принести в жертву твоим амбициям еще и этих людей.

Луций прикрыл глаза.

Взять бы этого ублюдка за шкирку, как котенка, и с размаху ткнуть мордой в роскошный стол перед ним. В этот самый стол, заваленный протоколами переговоров с Зеном. Заставить Милоша вдоволь налюбоваться плодами «прихотей» Даллаха. Вдавливать его в каждую страницу – медленно, по пунктам, перечитывая, что именно Луций принес Пыльному Яру. Давить, пока замерзшая кожа неблагодарного сокола не начнет сыпаться под пальцами.

Если бы от этого был хоть какой-то толк. Если бы все это были игры, в которых победа в одной дисциплине перекрывает поражение в другой.

Если бы Милош не был до отвращения, до скрежета зубов прав.

– Я этого и не предлагал, – равнодушно сказал Луций.

– Милош, закончи с договорами, – велел Орхо, – чем дольше ты заставляешь Тамару ждать, тем дороже мне встанет аренда.

– Аэд, даже не вздумай… – зашипел было сокол, но Орхо остановил его одним тяжелым взглядом. Милош замолк, сглотнув остаток фразы. Он медленно собрал документы, поднялся и, коротко поклонившись хану, направился прочь из зала.

Когда он ушел, Орхо поднялся, пересел к Луцию и бесцеремонно вытащил кинжал из его перевязи. Извлек из кармана яблоко, принялся молча чистить его.

Луций прислонился к нему. Подтянув колени к груди, он уткнулся лицом в пропахший пеплом и травой кафтан. По случаю переговоров Орхо в кои-то веки оделся прилично. Луций сопел в плечо Орхо, наблюдая за тем, как двигаются его руки.

– Мы можем все отложить. Вывезем талорские общины из Эдеса и просто…

Слова встали в горле, как репей. Ничего не было просто. Он выбирал, чьими жизнями заплатить. Кого подставить: эдесскую бедноту, которую сам зажег, сам толкнул в бой, или талорские отряды, которых втягивал в заведомо проигрышную войну. Спутницей власти оказалась оглушающая беспомощность. Нож, приставленный к горлу. Сковывающий ужас за последствия каждого решения. За каждой победой – поражение. За каждым «да» – обязательное «но».

Луций зажмурился. Плакать не хотелось. Хотелось уснуть – и проснуться когда-нибудь потом, когда все решится как-то само по себе.

– Помнишь, в Эдесе ты спрашивал, почему я не хочу возвращаться на север? – Орхо протянул ему кусочек очищенного яблока на кончике ножа. – Я сказал, что однажды поймешь.

Луций невесело усмехнулся и подцепил кусочек зубами. Яблоко было сладким, по-летнему сочным. Эдесский урожай, сохраненный Печатью Харона. Такие Орхо чистил Луцию в Эдесе, а он ел, возясь с бумагами.

Сейчас бы в Тиришар. Снять мансарду в Сарейте, чтобы окна выходили на базар. Орхо устроил бы там какое-нибудь прибыльное дельце на грани приличий. Луций бы… составлял свод законов для Пыльного Яра, например. Дело полезное, нужное. А если он ошибется – никто не погибнет. Если разозлится и вспыхнет инеем – пострадает только бумага. Пергамент дешев. Всегда можно начать заново.

– В Эдесе восстание, – сказал Орхо, – в таких условиях Сенат точно отзовет империй у Гая Корвина. Наступление на Белый Кряж отменят. Нет смысла откладывать, потому что момента лучше уже не будет. Если мы остановимся сейчас, восстание подавят, Эдес забьется в свою раковину и нас ждут годы паритета. Ты сам сказал, Мертвая Земля – это общая проблема. Это не твоя прихоть, Эдера.

Луций покачал головой.

– Это моя ошибка.

Орхо сочувственно похлопал его по руке.

– Не расстраивайся. Первый государственный переворот у всех немного неловкий.

Луций смерил его взглядом и поджал губы.

– И кончается раньше времени, – пробормотал он, не сдержавшись, и спрятал лицо в руках, сотрясаясь от беззвучного