Зажмурься и прыгай - Юлия Стешенко

— Что? — вид у Збышека был потрепанный и уставший, но вполне довольный. — Привет. Это пирожками пахнет?

— Да, пирожками. Но не в том дело. Отвезешь меня к пани Масальской?

— К Масальской? — Збышек, сунувшийся на заднее сиденье за сумкой, выпрямился так резко, что тюкнулся головой, и огорченно почесал затылок. — Ты же вроде закончила с Масальской. Разве нет?

— Закончила. Просто… — Яся замялась, не решаясь сказать правду — и не решаясь соврать. — Я… Ну… Я забыла одну штуку сделать.

Это ведь правда. В некотором смысле. Яся не проверила комнату на следы магического воздействия. Хотя могла бы — если бы вовремя сообразила.

— Что не доделала? — подозрительно прищурился Збышек.

Черт. Не прокатило.

Все еще оставался вариант сказать правду… Но тогда Збышек точно откажется помогать. Даже, наверное, ругаться станет. Придется ссориться, что-то доказывать, может, такси вызывать… А в итоге окажется, что никакой магии не было. А вся нервотрепка — результат ее, Яси упрямства. И эгоизма.

— Я сделала ей один отвар, но он долго настаивался, почти неделю, поэтому в прошлый раз я его не отдала. А сейчас как-то глупо выбрасывать. Силу я уже потратила, да и человеку какая-никакая, а помощь. Я бесплатно отдам, ты не думай! — под пристальным взглядом Збышека Яся начала нервничать. — Просто отдам, спрошу, как здоровье, и сразу уйду.

— Я могу сам отвезти. Чтобы претензий потом не было, — предложил выход Збышек. Яся досадливо поморщилась. Разумных причин отказываться не было. Но… Если разумных причин нет — можно использовать неразумные.

— Не надо. Я хочу сама съездить. Посмотреть, как там Масальская. Я же ее лечила — и бросила.

— Твоя гиперответственность меня пугает, — Збышек наконец достал сумку и забросил ее на плечо. — Мы прямо сейчас поедем? Или можно поесть?

— Можно, конечно, заходи! Я сейчас толченку с беконом тебе подогрею. Сколько яиц, два или три?

— А сколько картошки? — растерялся Збышек. — Три, наверное. Я жрать хочу, как медведь после спячки. Эти мелкие засранцы весь мой обед стрескали.

— Дети? Съели твой обед? — Яся так растерялась, что даже забыла о Масальской. — А зачем ты отдал им свой обед?

— Да как-то так получилось, — развел руками Збышек. — У нас стихийный пикник образовался, пришлось еду на общий стол выкладывать. А Юзеф только хлеб с сахаром принес, ну, я и съел его.

— Не поняла, — покачала головой Яся.

— Да чего непонятного? Если бы я этот кретинский хлеб не съел, Юзеф сам бы его жевал. А нормальную еду взять постеснялся бы. Вот и пришлось сказать, что я с детства такое люблю — типа ностальгия и все дела.

— А Юзеф — это?.. — вопросительно подняла брови Яся.

— Это Лесь. Лет шесть назад, — ухмыльнулся Збышек. — Та еще заноза в заднице. Теперь я понимаю, почему учителя его терпеть не могли.

— А по-моему, Лесь милый, — Яся, напластав бекон, выложила его на горячую сковороду. Тонкие прожилки сала тут же зашипели, растеклись растопленным жиром, на глазах обретая матовую прозрачность. Рядом с беконом Яся вывалила остатки начинки и разбила три яйца — не глазуньей, болтушкой, так, как нравится Збышеку.

— Милый? Лесь? — Збышек, подставив руки под струю воды, старательно погонял в ладонях розовый обмылок, распространяя по кухне аромат химической земляники. — Да с ним общаться, как с ежом обниматься.

— Ежи тоже милые, — пожала плечами Яся. — А Лесь к тому же умный. Не понимаю, что учителям не нравилось.

Лесь действительно был умный. И внимательный. И много читал. И по-настоящему вникал в те предметы, которыми интересовался. С домашкой, конечно, все было плохо — что при его жизни совершенно естественно. Да и контрольные Лесь сдавал ужасно неаккуратные. Яся видела его работы — написанные стремительным неровным почерком, почерканные, с помарками и описками. Но Лесь ведь старался! Он искал ответы — и находил их! Нельзя ставить форму выше содержания!

Вытащив из шкафа тарелку, Яся выложила на нее потемневшие полоски бекона, рядом — двумя аккуратными горками картошку и яичницу, поперчила и посыпала зеленью.

— Готово. Ешь.

Збышек задумчиво повертел в руках вилку.

— Знаешь… Еще вчера я бы с тобой согласился. Насчет Леся. А теперь… Представь, что ты каждый день должна… ну, скажем, ходить из дома в школу. Все время. Постоянно. У тебя есть две дороги — скучная, но удобная, и кривая, вся в ямах, колдобинах, злые собаки из подворотен выскакивают. Но красиво. Иногда. Местами. Ты какую выберешь?

— Лесь — не дорога! Мы о живых людях говорим вообще-то!

— Так учителя тоже люди. Вообще-то. Я же человек. И когда я представляю Леся в своей группе — мне под стол залезть хочется. Серьезно.

Яся села напротив. Подперев подбородок кулаком, она наблюдала, как Збышек стремительно сметает с тарелки толченку с яичницей, помогая себе корочкой хлеба.

— Ты же с этим мальчиком поладил. С Юзефом. Даже еду свою ему отдал.

— Поладил… — грустно вздохнул Збышек. — Но если бы мне не приходилось изобретать способы втереться в доверие к мелкому поганцу, жизнь была бы намного проще.

— И если бы не пришлось везти меня к Масальской.

— И это тоже, — не стал отпираться Збышек. — Но что поделать. Другой работы у меня нет, другой семьи тоже, — он улыбнулся и подмигнул. — Если ты собираешься переодеться — самое время начинать. Я сейчас кофе выпью, и можем выдвигаться.

Яся окинула себя придирчивым взглядом. Юбку можно оставить, нормальная, в общем, юбка, а вот блузку точно придется сменить. Взбежав по лестнице, она вытащила из шкафа первое, что под руку подвернулось — главное, чтобы без масляных пятен и мукой не присыпано. Первым подвернувшимся оказалась розовая блузочка с рукавами-фонариками — совсем детская, Яся давно хотела ее выбросить, но как-то не складывалось.

Ну вот и пригодилась блузочка.

Торопливо натянув ее через голову, Яся застегнула пуговки, пригладила расческой волосы и взяла баночку с настойкой. Самой обычной, приготовленной сегодня же утром для пани Врубельской — та тоже мучилась почками. Ну, ничего. Для пани Врубельской Яся еще одну порцию сделает. А эта нужнее в другом месте.

Сунув баночку в сумку, Яся спустилась на кухню. Збышек, устало сгорбившись над столом, медленно цедил остывающий кофе. Яся ощутила укол совести. Человек только что с работы вернулся, ему отдохнуть нужно, а не за руль садиться. Ну зачем она сходу на Збышека с этой просьбой напрыгнула? Можно ведь было до вечера подождать…

Нет. Нельзя. Потому что вечером вернется Лесь — а Леся уговорить намного труднее.

— Все! Я готова, — солнечно улыбнувшись, Яся погладила Збышека по плечу в безмолвном извинении. И почувствовала, как широкая ладонь накрывает ее