Зажмурься и прыгай - Юлия Стешенко

— Туда и обратно, — Збышек, запрокинув голову, поглядел на нее снизу вверх.

— Туда и обратно, — Яся, наклонившись, чмокнула его в губы.

Потому что это не ложь. Она действительно не собиралась задерживаться. Просто зайти в дом, быстренько заглянуть под кровать и сразу уйти.

Это совсем не сложно.

Яся убеждала себя в этом всю дорогу, и даже почти убедила. А потому улыбнулась служанке наивно и жизнерадостно.

— Даруся! Здравствуй. А я к пани Масальской пришла. Можно войти?

— Здравствуйте, паненка, — на полном лице Даруси отразилось удивление. — А младшая пани сказали, что вы больше не будете приходить.

— Да, я не собиралась. Но вспомнила, что забыла кое-что важное…

Вспомнила, что забыла. Боже, какая чушь. Яся поморщилась, но тут же вернула на лицо улыбку.

— Ты меня пропустишь?

— Простите, паненка, не могу, — с сожалением покачала головой Даруся. — Приказано никого не впускать. Но я позову пани Зосю! Вы все ей объясните.

Даруся исчезла за дверью. Оставшись на крыльце, словно какая-то бедная просительница, Яся неловко переступила с ноги на ногу.

Хотя почему просительница? Как детектив! Или, допустим, секретный агент. Если для выполнения миссии нужно немного постоять на крыльце, то отчего же не постоять?

Когда дверь распахнулась, Яся уже не испытывала колебаний и неловкости. Потому что секретные агенты не колеблются!

— Паненка Гурская? — Зося поглядела на нее с недоумением. — Но вы же сказали…

— Да-да, я помню. Добрый день, — запоздало вспомнила о хороших манерах Яся. — Да, я сказала, что больше не буду лечить пани Масальскую. Но я совсем забыла про настойку. Она довольно дорогая, здесь редкие травы, еще из прадедушкиных запасов, к тому же я влила в нее много силы… В прошлый раз она не была готова, некоторым препаратам нужна выдержка, чтобы достичь предельной концентрации… Впрочем, это технические детали, вам, наверное, не интересно. Просто тогда я забыла, а сегодня зашла в кабинет, открыла шкаф и увидела баночку… Думаю, я должна вам ее отдать. Ведь вы ее уже оплатили, с моей стороны было бы совершенно бесчестно…

Яся выдернула из сумки баночку, как пистолет — и пани Зося протянула руку.

Черт! Черт-черт-черт-черт-черт!

— Ну, если мы оплатили… Тогда, конечно, давайте. Благодарю вас за труды. Приехать в такую даль только из-за настойки…

Зося поглядела на Ясю, как на блаженную, но той было уже все равно. Потому что в словах Зоси мелькнул шанс! Тот самый шанс, который бездарно упустила сама Яся, когда достала баночку на крыльце. Там, где можно ее забрать, не пропуская гостью в дом.

— Да, действительно, ехать было далековато. Но раз уж я здесь — может, я в последний раз осмотрю пани Масальскую? Совершенно бесплатно, разумеется, просто в качестве дружеской услуги. Пани Масальская была так добра ко мне.

— Добра? Пани Масальская? — скептически выгнула черную бровь Зося.

— Она, конечно, сложный человек, — неопределенно двинула плечом Яся. — Но пани Масальская всегда проявляла понимание и терпение. Я ведь совсем неопытная ведьма, для меня очень важна поддержка. Так могу я?..

— Да-да, конечно. Проходите, — Зося отступила назад, пропуская Ясю в дом. — Я провожу.

Снова поднимаясь по знакомой лестнице, Яся с ужасом осознала, что попасть сюда — не единственная проблема. А вдруг Зося не захочет уходить из комнаты? Не станет же Яся при ней обыск проводить. А вдруг пани Масальская откажется от осмотра? Вспыльчивая, болезненно-обидчивая, она может Ясю и на порог не пустить. А вдруг…

Вопросы врезались в сознание один за другим, под этой стремительной бомбардировкой свежеобретенная уверенность трещала и осыпалась.

Когда Зося подошла наконец к двери, Яся смогла только улыбнуться, судорожно сжимая ручки сумки.

Зося коротко постучала, дождалась невнятного: «Кого там черт принес?» и заглянула в комнату.

— К вам паненка Гурская. Пришла справиться о вашем здоровье.

— Гурская? Ну так пускай заходит! — тут же откликнулась пани Масальская, и Яся с трудом удержалась от вздоха облегчения.

Как минимум один страх оказался бессмысленным плодом фантазии.

И второй — тоже.

Когда Яся перешагнула порог, дверь со щелчком захлопнулась. Зося не горела желанием проводить время в обществе свекрови. А в Ясе, судя по всему, не сомневалась.

А может, ей просто нечего было скрывать. Может, все подозрения Яси беспочвенны, и Масальская действительно больна. Да, болезнь странная — но разве Ясиного опыта хватит, чтобы оценить степень этой странности?

— Как вы себя чувствуете, пани Масальская? — щебетала Яся, почти не вдумываясь в то, что говорит. — Надеюсь, получше. Я вам настойку принесла, довольно мощную. По столовой ложке три раза в день после еды. И во время приступов, если вдруг такое случится. Как отеки? Как давление? Дайте-ка я вас осмотрю в последний раз.

Она провела руками по рыхлому телу, автоматически считывая все те же вспышки темного липкого нездоровья — в почках, в мочевом пузыре, в легких, в сердце. Немножко подправила тут, немножко там — а почему нет? Все равно же приехала, почему не помочь человеку.

А потом задела бедром стул, сбивая с него сумочку. И развернулась, ударом пятки загнав ее под кровать.

— Ой! — Яся потерла бок, изображая боль от ушиба. — Как это я ухитрилась? Одну минуту…

Опустившись на четвереньки, она сунулась в душный сумрак. Под кроватью было чисто — ну еще бы, у пани-то Масальской. И очень пусто. Ни тапочек, ни завалившихся в щель конфет, ни потерянных карандашей. Ни сигилей.

А какая стройная теория была! Яся даже разочарование почувствовала, но быстренько одернула себя. Если никто не пытается убить пожилую женщину магией — это же хорошо! Это просто замечательно!

На всякий случай она огляделась, но плинтус и стена тоже сверкали чистотой. Дальше оставаться под кроватью было бессмысленно, и Яся, подцепив отлетевшую в угол сумочку, неловко попятилась.

— Ой!

Она врезалась затылком в бортик, подняла голову — и увидела.

Сигил был нарисован на днище кровати — ажурные меловые линии струились по деревянным рейкам, по перекрестьям металлических ребер. Линии, знаки, эллинские закорючки и аршакская вязь сплетались, расходились и снова сплетались, переливаясь гранями силы.

Магия все-таки была. И была она в комнате.

Глава 36 Збышек. Два года назад

Оставлять тут машину было страшно. Воображение сразу рисовало свинченные дворники, снятые зеркала — и чем черт не шутит, может, даже колеса. Збышек обернулся, еще раз окидывая взглядом пейзаж — низкие лачужки-мазанки, крытые кое-где шифером, но по большей части рубероидом, угрюмые и облезлые. Крохотные оконца угрюмо щурились на пыльную грунтовку, поросшую лебедой вдоль покосившихся заборов.

— Не знала, что в городе такие места есть, — Яська растерянно