Принцесса с сюрпризом - это я! - Наталья Овчар

— А как её убрать? — косясь сверху вниз на приникшую к нему красавицу, которая второй рукой беззастенчиво путешествовала по бедру, потихоньку добираясь до сокровенного.

Я научила Бериса включать и выключать игрушку, и мы отправились праздновать днюху в облюбованный братом дом наслаждений. Туда и сама с некоторых пор начала заходить, чтобы избавляться хоть иногда от изматывающих душу и тело последствий участившихся эротических сновидений с присутствием «подарочка богов», лицо которого всё так же скрывалось неизвестными силами.

Кроме изначальных, в заведении работали обычные юноши и молодые мужчины. Не все же из истинных женщин, разведясь или овдовев, снова вступали в брак. Некоторые из них посещали подобные учреждения «здоровья для», если по каким-то причинам не заводили сердечного друга среди свободных от семейных уз мужчин. Были даже дамы, которые ходили «налево» и при живом супруге. Разумеется, они всячески маскировались. Разнообразие фасонов одежды позволяли соблюдать инкогнито, закутавшись в драпированную ткань от макушки до пят, а чтобы клиентки чувствовали себя полностью защищёнными от случайного узнавания, выбранному ими обслуживающему персоналу завязывали глаза. Мы же с братом предпочитали накладывать на лица иллюзию.

На первое посещение подобного заведения решалась долго — всё же я девушка, у которой в прошлой жизни с единственным мужчиной не сложилось, а опыт интимных отношений оказался вообще коротким. Наверное, из-за моей зажатости бывший парень ушёл к более раскрепощённой и опытной девице. Не знаю. И вспоминать не хочу.

Берис, едва лишь намекнула стать проводником, дико возмутился и наотрез отказался, не слушая никаких доводов, ведь «тыжеграсия»! Пришлось обращаться к учителю. Ну а что такого? Ознакомившись с медицинскими трактатами асков, я имела сносное представление о различиях между мужскими органами изначальных, истинных мужчин-асков и женщин, но схематичные рисунки и живое тело — это совсем разные вещи. Мне же надо удовлетворить зуд познания? Как заниматься конструированием, если не видеть исходник? Этим и убедила, хотя ещё одну причину не стала раскрывать. Разговор завела, когда Киристи не было поблизости — решила поберечь нервы «боевой подруги» Корвеля.

Проф сначала сильно удивился моему желанию, а затем со скрипом согласился сопроводить, потому что о подобном поступке члена правящей семьи знать никто не должен. И это случилось только после того, как я пригрозила пойти туда самостоятельно, взяв для охраны одного из мужчин-слуг.

— Только один раз. Ради науки, — сдался Астольер и принялся за инструктаж.

Оба под иллюзией, я, разумеется, в мужской одежде, подъехали к заведению, тормознув на улице экипаж, запряжённый клыкастиком с рогом в специальной защите, что обеспечивала безопасность пассажиров и прохожих. Хорргов без подавителя воли запрещалось использовать внутри столицы, но никто не застрахован от случайностей.

Учитель специально выбрал время, когда переночевавшие посетители уже ушли, а время наплыва основной массы клиентов ещё не наступило. Персонал работал посменно, поэтому всегда имелись свободные и готовые к работе изначальные и парни.

Встретили нас радушно. Корвель явно здесь бывал ни единожды и поздоровался с хозяином дома как со старым знакомым, представив меня как дальнего родственника, приехавшего в столицу из глубинки.

В удобный и, можно сказать, роскошный номер, куда нас провели, вошли пятеро изначальных. В глазах зарябило от ярких тряпочек на телах, что практически ничего не скрывали. «Девушки» с загадочными улыбками принялись чуть ли не с порога грациозно перетекать из одной эффектной позы в другую, постреливая глазками разной интенсивности сиреневого колера. Длинные волосы, полностью распущенные или частично собранные в замысловатые композиции из тонких косичек и закреплённых прядей, похожих формой на лепестки экзотических цветов, представляли весь основной цветовой спектр — от снежно-белого до угольно-чёрного. Формы тела тоже были на любой вкус, но всё равно не дотягивали до идеальных пропорций древней статуи богини, поразившей меня при первом посещении храма. Раса явно вырождалась.

Я растерянно посмотрела на учителя. Проф задумчиво обозревал цветник и одобрительно покачивал головой.

— Вот эти, — определился он, жестом указывая на огненновласую и брюнетку.

У рыжей грудь была самой большой, если можно так выразиться — примерно двоечка. У чёрненявенькой практически отсутствовала. Корвель выбрал две крайности, потому что органы ниже от экватора у «девочек» имели объёмы в соотношении примерно восемьдесят на двадцать и двадцать на восемьдесят соответственно.

Хозяин, получив оплату, вышел, пожелав приятного отдыха, и увёл отбракованных, а оставшиеся поступью крадущихся к добыче кошек направились к нам. Я слегка попятилась от такого напора.

— О, не бойся, — промурлыкала «пышногрудая», раздевая меня взглядом. — Ты, видимо, ещё никогда…

— Так. Стоять, — негромко произнёс Корвель, но таким тоном, что бойцы сексуального фронта тут же замерли на месте и послушно застыли в ожидании указаний клиентов. — Мы здесь не для удовлетворения телесных нужд.

В общем, в течение оплаченного времени я довольно подробно изучила внешнее строение тел этой удивительной расы и даже потренировалась с накладыванием иллюзии на подэкваторную зону, чтобы никакие лишние детали более не мешали брату расслабляться как следует.

У меня возник план, как убедить Бериса в следующий раз взять меня с собой. Учителя же поблагодарила за экскурсию и продуктивный урок, как только покинули стены заведения, хотя учебные пособия были предоставлены им не в полном объёме. Хотелось это исправить.

В отличие от олиев, у которых магический потенциал определялся по интенсивности окраски шевелюры, у асков развилась способность видения внешних и внутренних потоков, а также размера магического источника. Наставник научил меня этому в первую очередь, ибо такое умение — основа основ знаний местных магов.

Мы с маниакальным упорством пытались соединить несоединимое — магические составляющие иллюзорного органа и нервную систему живого тела. Экспериментировали пока на себе. Очень осторожно. Корвель желал получить полностью чувствительную руку, а я — возможность перевоплощения в любой образ, причём такого качества исполнения, чтобы было не подкопаться.

Основой будущей матрицы выбрала фигуру и лицо отчима с поправкой на особенности своей расы-прикрытия и возраст, вспоминая в деталях его фотографии в возрасте примерно после девятнадцати лет. Работа выматывала, но чем больше я отдавала магии, тем больше становился объём источника.

Все наработки сохраняла в артефакте-перстне, что изготовили мне по просьбе в мастерской, где подвизался Берис. Его художественные навыки значительно улучшились. Брат с удовольствием перерисовывал готовые образцы, набивая руку и глазомер, а я радовалась его успехам как своим собственным. Ну и собственным тоже радовалась. Матрица становилась всё более подробной и натуралистичной. Единственной