Отморозок 10 - Андрей Владимирович Поповский

этим — воинственно кивнула Вика — Мой дед и отец посвятили себя службе Родине и страна высоко оценила их заслуги. Но это не отменяет равенства всех членов общества и одинакового доступа к благам. И, будет вам известно, в институт я поступила и закончила его не по протекции, а самостоятельно.

Редактор подошел к окну и некоторое время молча смотрел вниз, на вечернюю улицу.

— Полно вам, не обижайтесь на старика. Я ведь хорошо знаю ваши способности, и все это не в укор вам сказал. Вы умная девушка, Вика. Очень умная. И талантливая. Именно поэтому я вам сейчас скажу то, что не сказал бы другим.

Он обернулся.

— Не надо бежать впереди паровоза.

— То есть, нужно по прежнему молчать?

— Нет. Нужно писать и выявлять недостатки присущие, кстати, любому обществу. Но при этом, нужно понимать меру.

Он взял со стола один из листов, внимательно просмотрел содержимое и хмыкнув сказал.

— Вот это место, про закрытые магазины ЦК — уберите.

— Почему?

— Потому, что такую информацию выпускать пока еще нельзя.

— Но это правда.

— Я знаю. — кивнул Семен Аркадьевич.

Он положил лист обратно.

— Сейчас время очень странное. Многие решили, что можно говорить вообще все. Но старая система еще никуда не делась. И люди, которые сидят наверху, тоже никуда не делись. Сегодня тебе позволят выпустить эту статью, а завтра тебя же и сделают крайней. И не только тебя, а весь журнал.

Вика помолчала.

— Значит, опять писать полуправду?

— Нет. Просто немного сократить статью, и убрать отдельные пассажи. В целом — ваш материал интересный и острый, на тему дня, но местами, там уже перебор с критикой.

Редактор устало улыбнулся.

— Вы слишком молоды, чтобы понимать одну вещь. Бичуя свои, и на самом деле имеющие место недостатки, страну разрушить легко. А вот собрать обратно — почти невозможно.

— А если она уже гниет?

Вика смотрела на Семена Аркадьевича с открытым вызовом

— Тогда тем более нужно действовать аккуратно. — Семен Аркадьевич снова тяжело вздохнул — Если вы хотите вылечить, а не убить больного, его нужно лечить, а не кромсать ножом прямо по живому.

Он посмотрел на часы.

— Ладно. Поздно уже. Подумайте над тем, что я сказал. Материал хороший. Очень хороший. Но я бы сделал его чуть мягче.

Когда дверь за ним закрылась, Вика еще несколько секунд сидела неподвижно. Потом раздраженно собрала листы в серую папку и застегнула ее на тугую резинку. Потом она выключила настольную лампу, посидела еще немного в темноте, прислушиваясь к тишине. Где то в коридоре громко хлопнула дверь. Вика встала, взяла сумочку со стула, стоявшего рядом, и громко стуча каблучками туфель по паркету, вышла из кабинета.

* * *

На улице уже темнело. Москва жила своей обычной вечерней жизнью. По улице непрерывно тек поток машин. По тротуару тек другой поток — уставшие люди спешили к метро, к остановкам, домой.

Вика вышла из здания редакции и заметила знакомую «Волгу», припаркованную у тротуара. Ивана она узнала сразу. Он стоял возле машины с большим букетом темно-красных роз и курил.

Увидев ее, сразу отбросил сигарету в сторону и улыбнулся.

— Ну здравствуй.

Несмотря на усталость и раздражение, Вика невольно улыбнулась в ответ.

— Привет! Ты чего без предупреждения?

— Хотел сюрприз сделать.

Он протянул ей цветы.

— Красивые, — тихо сказала она, с удовольствием вдыхая аромат роз.

— Ты сама красивее.

— Научился комплименты говорить? — подняла глаза на Ивана Вика и лукаво улыбнулась.

— Жизнь заставляет развиваться и двигаться дальше даже такого законченного провинциала как я.

Она рассмеялась и поправила сумочку.

— Давно приехал? — Голос девушки стал мягче.

— Часа два назад. Пока до тебя добрался — чуть с ума не сошел с этими московскими пробками.

Он внимательно посмотрел ей в лицо.

— Что-то случилось?

— Да так… работа. — махнула рукой Вика. — Не обращай внимания.

— Неприятности?

— Скорей, мелкие трудности. — немного скривилась она.

— Тогда поехали ужинать. — Улыбнулся Иван — А то у тебя сейчас такой вид, будто ты кого-то придушить хочешь.

— Есть немного. — потупилась Вика

— Ну вот. Значит, тебя точно нужно накормить. Сразу подобреешь.

* * *

Из ресторана они вышли уже ближе к ночи и сели в машину. Домой совсем ехать не хотелось. Город вокруг был такой живой. Где-то играла музыка. У метро толпилась молодежь. По дорожкам, неторопливо прогуливаясь, шли люди.

Иван выехал к набережной и остановил у машину у тротуара.

— Может, прогуляемся, чтобы немного растрясти ужин? — предложил он, посмотрев на Вику

— А давай, — легко согласилась девушка.

Они медленно шли вдоль по набережной. Вика держала Ивана под руку и время от времени поглядывала на него сбоку.

— Ты изменился. — наконец сказала она.

— Стал старым? — с улыбкой спросил Иван.

— Нет. Просто стал… как-то спокойней, что ли.

Иван усмехнулся.

— Это все возраст.

— Не кокетничай — толкнула его локтем в бок Вика — Тебе еще и тридцати нет.

— Мне иногда кажется, что все пятьдесят.

Вика тихо рассмеялась. Некоторое время они шли молча. Потом Иван вдруг сказал:

— Я в Москву теперь надолго.

Она повернула голову.

— Совсем?

— Думаю да. Хочу тут закрепиться основательно. Взять кооперативную квартиру в хорошем районе. Хватит уже мотаться ту да сюда. Здесь нужно работу налаживать, есть неплохие перспективы.

— Это от Вахо? — тихо спросила Вика.

— Да, — ответил Иван. — Он ставит меня главным. Не переживай, здесь будет все чисто. Никакого криминала.

Он немного помолчал.

— Жизнь меняется. Сейчас кто в Москве плотно закрепится — тот потом вперед уйдет.

— Практично рассуждаешь. — заметила Вика.

— А я всегда практично рассуждал.

Вика посмотрела вперед на темную воду Москвы-реки.

— Иногда мне кажется, что события несутся вскачь, и я просто не успеваю свыкнуться с изменениями. — сказала она, не смотря на Ивана

— Так и есть. — кивнул он.

— А тебя это не пугает?

— Пугает. Иногда. Но жить то все равно надо.

Они снова немного помолчали. Потом Иван неожиданно остановился. Вика сразу почувствовала, как он внутренне напрягся.

— Что такое? — спросила она

Он ответил не сразу. Мялся и явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Вика… я тебе одну вещь сказать должен. — Наконец решился Иван.

— Говори.

Иван несколько секунд смотрел куда-то в сторону.

— Я был тогда на даче.

Она сразу не поняла.

— Когда? На какой даче?

— Когда на вас напали три с половиной года назад.

Лицо Вики медленно изменилось.

— Что?

— Я был среди тех, кто напал на дачу… Ты просто меня не видела.

Наступила тишина. Неподалеку прошел речной трамвайчик, оттуда неслась веселая музыка. Донесся чей-то смех. Вика пораженно смотрела на Ивана так, будто впервые его