Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

— Аших! — выдохнула я, резко хлопая раскрытыми ладонями по земле. Каменистая почва пошла широкими трещинами, чтобы убрать с дороги монстров. — Пошли прочь! — рявкнула я и резко выпрямившись, раскинула руки в стороны, активируя мои браслеты. То самое НЗ, неприкосновенный запас, который я держала на всякий случай. Откуда-то чувствовала, что пригодятся.

Маленькие Суль, заключённые в стационарные артефакты, ярко полыхнули и осветили темноту ночи, здесь царящую.

Нечисть завизжала от боли и подалась назад, стремясь спастись от опаляющего их света, а я уверенно пошла вперёд.

«Гном мёртв», — эта фраза, переданная МаКом, заставила меня споткнуться и едва не потерять равновесие.

Сердце замерло в груди, этого не может быть! Но МаК не станет лгать своей хозяйке, а это значит… мне отчаянно захотелось завыть, солёная влага застила взор, но я, упрямо тряхнув головой, не обращая внимания на текущие слёзы, заставила себя двигаться вперёд, освещая путь огнём моих Суль, и наконец-то добралась до одиноко лежащего на холодной земле гнома — монстры отступили, стоило мне приблизиться к ним. Благодаря доспеху, тело Коли не смогли растерзать на куски.

Рухнув на колени, рыдая в голос, я подняла голову друга, бережно сняла шлем и уставилась на бледное лицо молодого, очень красивого парня.

Коли Петтер

Не может быть. Этого просто не может быть!

— Ты обещал! И за нарушение данного слова будешь жить! — зло прошептала я, слёзы вмиг высохли, а я, отчаянно зарычав, стукнула друга по груди…

Глава 53

Границ нет. Их просто нет. И я тому прямое доказательство!

Моя ладонь, сжатая в крепкий кулак, опустилась на неподвижную грудь Коли.

Перт-Вирд-Ингуз-Вирд-Тейваз-Вирд-Дагаз-Вирд-Уруз.

Руны, направленные на исцеление, закрытие ран, ускоренную регенерацию тканей и духовное обновление. Печать, придуманная мной совсем недавно, поскольку я всё же артефактор, а не целитель, и ни на ком не испытанная — не было случая, все символы я соединила с руной усиления — Вирд и закольцевала в сложное заклинание, должна была помочь.

Удар!

Ещё один!

Ещё!

Тело Коли осталось неподвижным, черты лица стремительно превращались в восковую маску — его душа с каждым мгновением всё больше теряла связь с телом.

Слёзы снова покатились по щекам и тяжёлыми каплями упали на грудь друга.

— МаК! — крикнула вслух, голос дрожал, меня колотило, — ты видишь дух Коли Петтера?

«Нет, — прошелестело в моей голове, — мне недоступен тот пласт реальности, куда улетают свежие души. Спроси через сутки, и, если Коли Петтер не отправится на перерождение, а задержится в мире живых, я его найду».

— В этом случае будет слишком… — слёзы без остановки текли по щекам, прочертив горячие дорожки, — поздно…

Я подняла голову и встретилась глазами с маленькой девочкой, которая подошла почти к самому краю обережных огней и смотрела точно на меня. В тёмных глазах ребёнка читалось столько надежды и веры в мои силы, что я, сжав ладони, проорала:

— Ну уж нет! Я не сдамся. Коли, гад ты такой, не отпущу! Ты будешь жить!

Что если моя цепочка рун недостаточно сильная? Что если рискнуть и вплести в структуру заклинания символы, обладающие противоположной энергией? Я много думала над теорией рунической магии и создала гипотезу того, как один символ, включённый в печать, резко отличающийся по назначению от остальных, может под влиянием большинства трансформироваться в нечто совсем иное. Вот только на практике доказать это не вышло. Придётся испытывать прямо здесь и сейчас.

Руны Феху, Райдо, Кеназ, Тейваз и Манназ — руны пылающего разрушающего огня. Если я вплету их в печать, то рискую испепелить тело Коли. Но он уже больше мёртв, чем жив. Тогда не всё ли равно?

Вдох-выдох.

Время замедлило свой бег, давая мне так необходимую секундную передышку, чтобы обдумать, куда именно поставить эти знаки.

Найдя приемлемое для себя построение будущей печати, вскинула руки к недосягаемому потолку, тонущему в непроглядной тьме. Огромный грот, в котором была построена столица гномов, внушал трепет и восхищение умом и трудолюбием подгорных жителей.

Короткая мольба: пусть Хеймдалль будет ко мне благосклонен! И я принялась плести печать, складывая пальцы и кисти в сложные фигуры.

Вытянуть энергию из главного источника в груди, всю до донышка, до капельки, испытывая при этом невероятные телесные муки, я тем не менее, не останавливаясь, щедро питала растущее над моей головой исцеляющее заклинание.

Магические потоки закрутились вокруг меня в тугую спираль, создавая воздушную бурю, очень похожую на самый настоящий смерч. Сейчас я растворялась в пространстве и смотрела сквозь этот мир, через иные пласты реальности прямо перед собой, а пред внутренним взором мелькали разрозненные картины моего прошлого, прошлого из обоих миров. Настоящего и возможного будущего.

Отдавая всю себя, ходила по грани, между небом и землёй, между жизнью и смертью.

Жертва, которую я должна была отдать, чтобы мой друг, которого я очень любила, жил. Радовался и был счастлив.

В самом конце на остатках сил нарисовала в воздухе руну времени — Йеру.

«Опасные игры ты затеяла, Аруна…»

Когда небывалой величины магический вихрь, созданный из моей энергии, бушевал и буквально ревел раненым зверем, оглушая всех вокруг, заставляя нежить в истерике забиться в щели, или бежать куда подальше без оглядки. Я, трясущейся правой рукой, подцепила кончик печати Йерой и толкнула созданное заклинание в сторону неподвижного Коли.

От удара колдовского тока артефактный боевой костюм, всё ещё надетый на тело гнома, разорвало на части, а сам Петтер выгнулся дугой.

А потом ещё раз и ещё раз.

Кровавые молнии покрыли всё тело лучшего друга, а я не могла ему ничем помочь, я обессиленно сидела на пыльной земле и на голом упрямстве следила за тем, к чему приведёт моё безумство.

Был шанс, что после этой ворожбы, я надолго потеряю часть своих магических сил. Всё моё тело, магоканалы и сами резервуары для хранения и переработки сырой маны ныли и «корчились» в конвульсиях. Это было больно, нестерпимо, до кровавых слёз и юшки из носа…

Сил кричать не было, только тихо хрипеть и смотреть, как тугой ком алой магии, собранный мной, нашёл выход и сейчас сияющими молниями пронзал фигуру гнома, превращая окружающую ночь в ослепительный день.

А потом, когда всё стихло, замершее тело Коли, опалённое во многих местах, с чёрной обожжённой грудью, которую ранее прикрывал мощнейший артефакт, вздрогнуло.

Грудная клетка приподнялась — парень сделал вдох, и опустилась — выдох…

Напряжение