Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

захочет, что-нибудь придумать. Пусть бывший монастырский послушник может с тем же успехом решить начать воевать с конкурентами своей фамилии, которые перевербовали одного круглощёкого капитана. Они ведь тоже никуда не делись, а семья — это святое, её надо защищать.

Глава 14

Я шёл по тренировочной площадке и мне уже даже почти не приходилось так уж старательно давить лыбу при виде некоторых сцен, вроде той, что сейчас у меня перед глазами. Я весьма солидно потратился на инвентарь и напряг мастеровых, которые сделали здесь что-то вроде качалки и сейчас Асмунд делал очередной подход, давя штангу от груди под подбадривания Герда, который его страховал:

— Давай! Ещё чуть-чуть!

— Рррааааа!!! — раздалось рычание нашего великана, который наконец полностью распрямил руки.

Весом на его спортивном снаряде можно было ввести любого качка с земли в священный трепет, всё-таки прана тут говорила своё веское слово похлеще любого допинга со спортпитом. Однако главной нашей проблемой были не сами веса грифы штанг. Они, заразы такие, мало того что были чертовски дорогими из-за цен на сталь в отличии от каменных блинов, что я и остальные вирдманы могли сотворить магией земли, так ещё и норовили погнуться! В итоге дело кончилось тем, что пришлось укреплять их магией не хуже оружия, а заодно крепко думать над формой спортивного снаряда. Мне не улыбалось в итоге получить два десятка металлических палок, которые почти невозможно будет потом нормально перековать во что-то полезное. Так что в итоге мной была тупо содрана форма местных боевых посохов, фиксация блинов же осуществлялась дополнительными элементами, которым не обязательно быть настолько прочными, чтобы просто не давать каменным кругам съезжать направо или налево.

Результатом этих и некоторых других моих усилий стало то, что сейчас я шёл по странному сосредоточию физической мощи, где здоровенные варвары жали штанги, тягали гантели и рвали жилы с гирями. Жуткое зрелище на самом деле, даром что я тут сам лью пот, стараясь не отставать от хирдманов слишком сильно. И заодно не даю им увлекаться… С соревновательным духом у ассонов всё всегда было хорошо, так что попытки помериться причиндалами на тему «кто жмёт больше» здесь являлись нормой. Однако воин это не только физическая мощь и выносливость, но так же скорость и ловкость. А потому приходилось отгонять ребят от их новых игрушек, которых ни у кого в Ассонхейме нет, заставляя заниматься всякими скучными вещами вроде тренировок с мастером Ляном.

Железнорубашечник бесил и меня, и всех прочих неимоверно, однако дело своё действительно знал туго и как боец, и как наставник. Моя мечта о том, чтобы познать всю магию этого мира продолжала осуществляться, тайны энергии духа открывались моим глазам, а навыки росли. Что же до говнистости сяньца, ему всегда можно было бросить вызов и попытаться дать по морде, что я сейчас в очередной раз собирался сделать. Стиль Ляна был весьма неплохим, но сам он был очень… «восточным» человеком. То есть свято верил, что чем стиль или духовная техника древнее, тем она лучше и совершеннее. У сяньцев оно похоже даже работало, что наводило на мысли о какой-то давней катастрофе на их континенте, после которой они восстанавливают знания, стремясь вернуться к высотам, на которых были их предки. Я же никакого пиетета перед древними не имел, веря в прогресс, а потому просто встраивал интересные приёмы и связки в то, что привычно мне, в связи с чем моё самбо как-то дрейфовало куда-то в сторону не то кикбоксинга, не то местного конг-фу. По крайней мере ударов ног у меня стало больше, а ещё я весьма зауважал навыки местных в обращении с шестами.

Только, как не трудно догадаться, крутить просто палку это не по ассонски, а грифы штанг не просто так приобрели довольно интересную форму. Собственно дойдя до той части тренировочной площадки, которая была предназначена для схваток, я как раз и начал разминаться с тяжёлым металлическим шестом, разогревая мышцы перед схваткой, пока сюда подтягивается народ. Впрочем с каждой секундой окружающая реальность сейчас волновала меня всё меньше, становясь просто фоном, за которым мой разум бесстрастно наблюдал. Тело же и дух вновь повторяли ката открытия седьмых врат. Сяньцы считали, что на позвоночник человека нанизано семь чакр, которые можно условно назвать точками соединения духа и тела. Запустить их в работу было не так уж и просто, лишь настоящие Мастера с большой буквы «М» могли воспользоваться мистической энергией мгновенно, всем остальным требовалась подготовка. К примеру чтобы мгновенно переместиться в пространстве. Или сделать свою кожу невероятно прочной. А главное настроить свой разум на нужную волну, постоянно черпая дополнительную мощь, что у меня получалось всё проще, сказывались навыки его «оледенения» для защиты от менталистов. Так что сейчас мне было абсолютно фиолетово на всё вокруг, даже если бы передо мной приземлился дракон, меня бы это не взволновало, как не взволновал и наконец пришедший Лян. Приветствия были нами произнесены дежурно, вежливые поклоны исполнены привычно, из общего ряда выбилась только попытка сяньца вывести меня из равновесия:

— Надеюсь ты готов снова проиграть, ученик.

Учеником его я был чисто формально, без всех местных заморочек, заставляющих желтолицых беспрекословно подчиняться наставникам, так что меня нельзя было вывести из духовного равновесия простым упоминанием того, что взаимоотношения у нас тут как у старшего и младшего. Но не поддеть противника ответным выпадом было бы просто не вежливо.

— Путь любого воина состоит не только из побед, если он выбирает противников под стать себе самому — безмятежно ответил я — А потому надеюсь, Сяо захватил в этот раз баклажку с водой, если вам опять понадобится промыть рот от песка, учитель.

Лян был достаточно тёртым калачом, чтобы не растерять свой собственный настрой, однако что-то в его глазах сказало мне, что сяньца пусть чуть-чуть, но удалось достать. Несмотря на все мои навыки и физическую силу, превосходящую железнорубашечника, он гораздо чаще побеждал меня, чем проигрывал. Однако и у меня бывали удачи, причём во время последней я сумел подловить противника на захват и воткнуть его лицом в песок площадки, после чего вырубил несколькими ударами по затылку. Стиль железной рубашки и энергия духа в принципе давали Ляну не только силу, но и огромную стойкость к повреждениям. Лезвие топора с рунами конечно всё ещё было более чем весомым аргументом, однако удары кулака, каждый из которых способен раздробить черепушку обычного человека в труху, мастера боевых искусств