Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

на острове. За год мы бы зачистили всех зомби, причем, я думаю, зимой все гораздо проще было бы. Они бы померзли, они ж хладнокровные. Может если не совсем, то по крайней мере медленнее бы стали.

— И?

— Нам нужно пять лет спокойной сытой жизни, — сказал я. — Запасы из больших городов, а они там остались, можешь мне поверить, я сам из Севастополя выбирался, причем уже после начала эпидемии… Они дали бы нам эти пять лет. Вот тогда у нас была бы возможность и хозяйство более-менее наладить, и детей новых нарожать. Так постепенно бы и нормальная жизнь восстановилась бы. И государство, считай, построили бы, Мансура вашего на руках бы носили. А так… Бандиты вы и уебки, уж извини. И я все сделаю, чтобы от вас ничего не осталось.

— А тебе конкретно это зачем? Я не понимаю. Ты ж не странствующий рыцарь, по тебе видно. Прагматик. Даже сейчас очень прагматично рассуждаешь.

Я промолчал. Не хотелось мне бандиту душу открывать. Только еще глоток чая сделал. Он тем временем размешал кофе обратной стороной своей вилки и тоже отхлебнул. Посмотрел на меня еще раз.

— Убили кого-то из твоих?

— Да, — ответил я. — Мы к мосту ехали. И добрались почти, пара километров осталась. Всю группу перебили. И потом еще… Жену, считай. Очень близкого человека. Считай, ради которого я и держался.

— Ну… Мне жаль, — проговорил он. Хотя особых сожалений в голосе у него слышно не было. Да и не нужна мне была его жалость. — Только, знаешь, ты вроде прекрасное будущее строить предлагаешь. А кто роды принимать будет? Как в древности, в поле рожать?

— Врачи остались. Вы, кстати говоря, несколько таких забрали к себе в цитадель.

— И ты их похоронил, бля, — кивнул он. — Под обломками.

Я почувствовал, как мое лицо окаменело. Теперь стало ясно, почему Саша так отреагировала.

Это все-таки ее коллеги, и они ей были дороги, как не крути. Она ведь переживала, что их забрали. А потом мы обстреляли крепость «Градами». Даже если там пара всего людей была.

— Ладно, — я допил уже успевший подостыть чай и поднялся. — Спать ложимся. Встаем с рассветом и двигаем дальше. Учти, я рассчитываю до обеда до Кировского добраться.

— Ладно, — пожал он плечами. — Спать так спать.

— Ты наверх иди, я тут, на диванчике расположусь.

— Без проблем.

Глава 9

Пистолет, топор, бронежилет и часть хабара я оставил в этом доме. Будет еще один тайник, к тому же в пешей доступности до базы «Воронов». Автоматами мы тоже поменялись — Семену я отдал свой «двенадцатый», свинтив перед этим глушитель, рукоятку и коллиматорный прицел. Себе забрал его «семьдесят четвертый».

Можно было тайник и где-нибудь поближе обустроить, но я, честно говоря, побоялся. Да, могут не найти, особенно его его тщательно прятать. Но могут и найти. И тогда о чем они подумают? Да о том, что диверсанты где-то рядом бродят. И тогда могут устроить шмон. Да и подозрения так или иначе на нас падут.

Ехал я уже в гражданской одежде, оставив камуфляж на базе. Если что, потом найду или сниму с трупа, а пока что лучше так.

А потом выдвинулись. И дошли примерно через четыре часа, около десяти утра.

Не могу сказать, что Кировское внушало. Нет, вокруг него построили стену из всякого хлама вроде старых машин. Стояли на въезде и два БТРа, в качестве резерва и огневых точек. Именно так, потому что их окопали, прикрыли мешками с песком. Сразу же видно, как именно собирались использовать.

И люди стояли, это тоже было видно. И на вышке на входе, и просто вокруг. Службу держали, охраняли. Нас они уже увидели, я даже заметил как чуть повернулась пушка БТРа, на всякий случай наверное.

Мы с Семеном переглянулись. Его трясло, это было заметно. Но оставалось надеяться, что он меня не сдаст, что не побежит сразе же каяться о том, что провел на базу диверсанта. Но он был у меня на крючке. Семья — это огромная сила, но одновременно и огромная слабость для любого мужчины. По крайней мере, если он ее действительно любит.

— Ну что, пошли? — спросил я.

Он ничего не ответил. И мне оставалось только двинуться вперед. И это было неправильно. Он — главный, он должен идти первым. Так что шагов через двадцать я повернулся и приказал ему все-таки пойти первым. Он и вышел вперед и пошел, хотя было видно, что колени у него дрожат.

Когда мы подошли метров на пятьдесят, в нас целились уже все. Незваные гости хуже татар. Я, если честно, никакого негатива к этой национальности не испытывал, тем более, что в последнее время мне приходилось иметь дела как с крымскими, так и с казанскими. Но пословица такая, народная мудрость, что уж поделаешь.

— Стоять! — послышался окрик. — Кто такие?

Говорил высокий мужик в военной форме. Я присмотрелся к его лицу — не может ли он быть из парней Изгоя, не может ли помнить меня. Нет, совсем незнакомый мужик, а память на лица у меня цепкая, я их легко запоминаю. Еще бы, без этого мне диверсантом на Аляске полгода не прожить точно.

— Говори, — сквозь зубы, чтобы точно не услышали, проговорил я.

— Мы… Мы из Белогорска! — крикнул Семен, но как-то совсем тихо и невнятно. — Свои!

— Чего? — не понял мужик. — Не слышу.

— Из Белогорска мы! — не выдержал уже я. — Вот этот вот — он из ваших, из «Воронов». Дошли!

— Не рыпаться тогда! Парни, стволы с них снимите. И рюкзаки на землю.

Мы оба заранее закинули оружие за спины, чтобы лишний раз не провоцировать охрану. В общем-то сейчас самый важный этап операции. Если меня на внедрении не примут, то потом все пройдет гораздо проще.

Нет, скорее всего, сейчас меня запрут в зиндане. А потом потащат на допрос. Причем, спрашивать будут раздельно, потом вместе. Но мы заранее о показаниях сговорились. Лишь бы Семен продолжил держаться проработанной линии. Тогда все должно пройти гладко — гладенько.

Еще двое бойцов, но уже не по форме, а в спортивках, подошли к нам. Один стащил автомат с моего плеча, закинул себе, быстро обшарил меня в поисках