Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

— Кошмар это все ебаный, — проговорил Тихон.

— Кошмар, — я кивнул и неожиданно для самого себя улыбнулся. Пришло в голову, как можно разрядить обстановку. — Наша жизнь это, считайте, фильм ужасов. А знаете, чем хороший фильм ужасов отличается от хуевого?

— Ну? — повернулся Богдан.

— И те, и другие нас пугают. Только в плохом фильме ужасов там кровища, расчлененка, зомби выпрыгивают внезапно. Дым, темнота, крики.

— А в хорошем? — заинтересовался вдруг Славян.

— А в хорошем в кадр медленно вползает, скажем, маленький ежик. И уже от этого можно обосраться.

Все прыснули. На удивление мне удалось разрядить обстановку.

— А ты, Серега, как сюда попал, откуда?

Я и принялся рассказывать свою легенду, особо без подробностей, чтобы было меньше шансов лишний раз проколоться. А потом перешел на то, как мы якобы грабили мертвые деревни. Добавил несколько случаев из того, что действительно со мной происходило.

И через несколько минут понял, что уже сошел за своего. Не до конца, но уже близко к этому. Они тоже стали рассказывать о себе. Как выяснилось, сами они все были из Керчи, где и работали долгое время по той же специальности. При этом к бандитам в общем-то никак не относились. Славян и Тихон раньше были автослесарями, а Богдан только успел закончить медицинское училище.

В голову пришла мысль, что из нас получилась бы неплохая команда. Слесари — люди умелые, свой санитар так вообще всегда пригодиться может. Но только вот увы, не перевербовать мне их, не станут они работать против «Воронов». Но ладно, и так полезными должны оказаться.

Потом подтянулось еще трое мужиков. Потом еще четверо. Толпа постепенно собиралась. На самом деле было видно, что большинство из них тертые жизнью. Ну так уже сколько прошло с начала локального конца света? То-то и оно, другие не выжили. Так что мне и самому спокойнее стало. С такими не пропадем, если что.

Другое дело, что до нас не донесли информации о том, что в Феодосии творится. А разведку какую-то «Вороны» наверняка провести успели, не с кондачка же они решили группу отправить? Ну ладно, надо будет, расскажут.

Команда добытчиков в одну кучу не объединилась, так и стояли группками, разговаривали. А я в очередной раз подумал о том, что не спросил, сколько денег мне положено за работу там. Вот так вот. Бабки меня интересовать, похоже, совсем перестали, потому что отвык я от их ценности. Да и в целом в найме не работал, за идею только.

Странно как-то для бывшего ЧВКшника, верно? Ну ладно, я ними ненадолго все равно. Да и хрен ли мне с их денег?

Хотя такие блага цивилизации, как свежий шашлык и жаркая банька — это, конечно, круто. Наверное, это именно та причина, по которой дикие северные варвары-викинги, шли наниматься в варанги к византийским императорам. Ну не считая огромной кучи серебра.

Прошло еще минут пять, когда двери администрации открылись, и наружу вышел мужик, тот самый военный, что меня допрашивать приходил. Он, конечно, большую часть времени только молчал и колкие комментарии отпускал, но все равно.

А еще он держал в руках кое-что. И этим кое-чем был мой рюкзак. Тот самый, с которым я приперся. Конечно, в нем ничего кроме смены белья, да кое-какой еды и совсем малости патронов не было, но уже неплохо. Если распотрошить не успели.

— Держи, — протянул он мне сумку и почему-то виновато добавил. — Пацаны покопались там, забрали что-то. Не обижайся.

— Не уважаете вы союзников, — ответил я.

Он промолчал. Посмотрел на нас, после чего сказал:

— Пошли, пацаны, оружие получать.

Повернулся и двинулся обратно. Мы же как-то сами собой построились в очередь, причем я оказался третьим в ней. Как раз среди компании мужиков, с которыми разговорился в самом начале.

Мы поднялись на второй этаж, а потом прошлись по коридору. Я по зданию администрации особо не погулял, не до того было, да и не думаю, что к этому нормально отнеслись бы, но там все было заставлено деревянными ящиками, по-военному покрашенными в цвет хаки. Да, арсенал уже похоже здесь.

На самом деле вчера вместо того чтобы отдыхать, надо было разведку провести, посмотреть, где и что находится. Но я пока что здесь на птичьих правах. Сперва закрепимся, а потом посмотрим, что и где уже.

Правда это означает только то, что миссию в Феодосии нужно выполнить успешно. И помочь «Воронам» забрать то, что им надо, из заброшенных военных частей. Само по себе это непросто, но ничего, справимся, ладно.

Военный постучался в одну из дверей, и через несколько секунд из нее вышел полный круглолицый и лысоватый мужик. Прапорщик, очевидно. Да, именно такими их и показывали в сериалах и кино. Интересно, он такой же жадный, как там, или нормальный, и нам не придется снаряжение с боем отбивать?

— Все подготовил? — спросил военный.

— Да, Гранц, — кивнул тот. — На всех, заранее.

— Ну тогда выноси, — пожал он плечами.

Тот обошел нас, ящики военные, вошел в одну из комнат, и через несколько секунд вернулся сразу с тремя автоматами. Ну, сразу видно мастера по прапорскому многоборью. Раз уж в лапы сразу три «калаша» смог схватить, значит и напиздить при случае сможет много.

Соответственно первые автоматы достались Тихону, Славяну и мне. АК-74М, с пластиковой фурнитурой. Причем, я отметил, что тот, что у Тихона, вообще разболтанный, приклад аж трясется. Как бы он не сложился сам по себе в самый важный момент.

Но на «двенадцатые» я не рассчитывал, лишь бы работало все. Мой вроде нормальный с виду.

Я встал чуть в стороне, отомкнул магазин, дернул затвор. И мне не понравилось, как он пошел — как-то слишком туго. Не бывает такого в норме. Нажал на спусковой крючок, снял крышку ствольной коробки, заглянул и увидел, что пружина проржавела.

Прапор тем временем ушел обратно и через несколько секунд вернулся с брезентовыми подсумками. Причем даже не относительно современными, камуфляжными, которые по штату к «двенадцатому» шли, а реально старыми, советскими еще.

Я вынул возвратную пружину, которая была со всех сторон покрыта рыжим налетом, поднял ее и показал прапору и Гранцу.

— Это еще что за хуйня, бля? — только и оставалось спросить мне.

Военный вопросительно уставился на прапора, тот сделал невинное лицо и проговорил:

— Да ладно тебе,