Газлайтер - Григорий Володин

Конечно, работает. Иначе я бы их не отправил в такое пекло. Мне пришлось хорошенько поработать с резонансниками. Как оказалось, Дар Резонанса не только способен разрушать объекты через диссонанс, но и усиливать их вибрациями, делая материальные предметы крепче. Идеальный дар для защиты от камнепадов.

— Тогда по коням, — командую. — Нас ещё ждут бои.

Мы с Камилой легко запрыгиваем на спину Зубастика, а Змейка и тавры мигом залетают обратно в бронемобили. Колонна рвётся вперёд, карабкаясь вверх по склону. За очередным поворотом начинается самое весёлое — оползень. Камни с грохотом сыплются вниз, угрожая преградить путь. Резонансники напряжены до предела, и я едва уловимо подправляю их мысленные импульсы, чтобы их способности сработали с максимальной эффективностью. Массы перестают смещаться, горные породы замедляют своё движение, шум стихает — кризис миновал.

— Получилось, дружина! — радостно вопит Мавра и выглядывает в окошко. — Конунг, ты видел⁈ Видел⁈

«Видел. Тише, воевода,» — отправляю ей мыслеречь. А то разоралась, как на празднике.

Конечно, лавины и оползни не сходят от громкого крика — это миф чисто киношный. Но вот сообщать финнам о нашем местоположении тоже не лучшая идея.

А сход-то, кстати, был искусственный. Придётся разобраться.

Направляю Зубастика в сторону, к верхотуре. За каменным уступом, к которому мы подлетаем сзади, обнаруживаю горстку финнов. Трое стоят, глядя вниз, и недоумевают, почему их тщательно спланированный оползень вдруг прекратился. Мы аккуратно приземляемся за камнями и наблюдаем. Рядом с ними лежат три походных рюкзака с рациями, а сама наблюдательная точка устроена довольно неплохо: спуск из грубо вырубленных в скале ступенек, железный столб с крышей и антенна — видимо, для раций. Весьма неплохой контрольный пункт для своей задачи.

— Мать твою, Яоло! Ты мастер или фломастер? — раздаётся раздражённый голос одного из финнов, без доспеха, судя по всему сканера. — Напряги свои каменные булки!

— Я потратил половину сил, Губо, — отвечает второй, облачённый в каменный панцирь. — Свалил ударом всю породу. Без понятия, что случилось. Там всех должно было накрыть!

— Может, какой-то выступ преградил дорогу? — задумчиво предположил третий, в огненном доспехе. Он, похоже, здесь просто за компанию со сканером. Диверсант-то один — каменщик. Как в анекдоте: один работник, два начальника.

«Даня, может ударим в спину?» — предлагает Камила, пригнувшись за высокий валун. Повторяя за нами, Зубастик тоже наклоняет голову и сгибает лапы.

«В спину — это хорошая идея», — усмехаюсь я. В руке быстро формируется псионический нож.

Резкий бросок — и конструкт вонзается под правую лопатку сканеру. Тот замирает, едва слышно дрожа.

— Губо, ты чего замолчал? — спрашивает его огневик, оборачиваясь. Если бы он мог слышать треск щитов, вопросов бы не задавал.

— Э-э… задумался, — сканер мотает головой, как будто возвращаясь в реальность. Он встаёт на самый край уступа и указывает под скалу. — Смотрите, вот причина!

— Что ты несёшь? Какая причина? — Яоло, каменщик, подходит ближе, наклоняясь. — Ты точно что-то видишь?

— Конечно! Встань ближе! И ты подойди! — сканер манит их обоих, как если бы нашёл что-то важное.

— Ладно, чёрт с тобой, что там? — огневик тоже склоняется над краем.

— Вот же…

«Пора, Вьюга!» — вскочив, я обрушиваю град камней на троицу.

А Камила, умничка, сразу схватывает намёк на её «воздушный» позывной и незамедлительно кастует мощный ураган.

«Есть, Мегамозг!» — весело отзывается брюнетка.

Хе, а жена у меня с юмором, не отнимешь. Школьный позывной я не слышал уже сто лет, с тех самых времён, когда мы ещё в «Юных русичах» бегали. Сейчас-то я больше «Филин», но Камила не просто так его вспомнила — это была ловкая ответка. Вьюга ведь тоже старый ник с будовских локаций.

Двойной удар пришёлся идеально вовремя. Троица, замершая на краю уступа, разом летит в пропасть, и даже крепкого, как скала, каменщика сдувает как пушинку, особенно после прилетевшего в шлем валуна.

Ну что ж, немягкой посадки, как говорится!

— Офигеть, круто ты придумал, Даня! — восхищается Камила, озорно сверкая глазами. — Надеюсь, когда-нибудь у меня тоже так мозги начнут работать.

— Конечно начнут, — усмехаюсь в ответ. — Какие твои годы.

— Те же, что и у тебя, вообще-то, — говорит она, вперив в меня свои большие тёмные глаза.

— Эм, ну да, — мямлю я.

Может, уже и пора признаться жёнам, что я попаданец? Хотя, с другой стороны, на кой им эта информация? Представьте, как отреагируют восемнадцатилетние девчонки, когда узнают, что их юный муж с голливудской улыбкой на самом деле постапокалиптический выживальщик с перепонками на левой ноге. Шары у них точно вылезут на лоб. Хотя вот Лакомка, скорее всего, воспримет это спокойно. Да альва и так догадывается о чем-то подобном.

Я не испытываю никакого желания делиться прошлым. Новый мир с его телепатией и Астралом куда интереснее. Копаться в воспоминаниях о старом мире, полном радиации и тараканьей похлёбки, нет никакого смысла.

Колонна движется вперёд, но финны не отступают — они пытаются устроить ещё три искусственных оползня. Снова отряды зачинщиков, только теперь их больше, стоят на высотах, готовые обрушить каменные лавины на наши головы. Но на этот раз я беру с собой Змейку. Она молниеносно превращает врагов в «финскую нарезку», её когти мелькают в воздухе, как лезвие мясорубки. Финны падают, даже не успев осознать, что произошло. Пару таких «сервелатов», ещё дышащих, я добавляю в свою Коллекцию. А куда их потом — в Легион или на «запчасти» — потом решу.

Опасная тропа остаётся позади. Непроходимая Скала пройдена. Мы подходим к укреплениям, из огневых точек тут же летят ракеты с минами, но полегенераторы глушат попытки артиллерии. А чтобы зря не тратить ценные артефакты, я посылаю в небо команду:

«Желточешуйчатый, твой выход!».

«Р-Р-Р-А-А-А!»

Прилетевший с моря Золотой тут же вступает в игру — огненные вспышки его дыхания обрушиваются на укрепления. Финны, лишённые полегенераторов, не могут сопротивляться. Они в панике бросают позиции и спешат укрыться в древней крепости, которая как раз и называется Акулья Падь.

— Дружина, на зачистку! — кричит Мавра, не теряя времени, и рвётся вперёд, показывая пример остальным.

Тавры, конечно, отбитые на все рога, но что мне в них нравится — воеводы и конунги всегда сражаются бок о бок со своими воинами. Правда, из-за этого их начальники долго не живут. Такая вот грустная реальность.

— Ой,