Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

Прикончив слишком уж прыткого оператора, Унтер выбрался из своего укрытия и бросился вдогонку за Ваней, который уже добежал до угла караулки и залёг там в снегу. Вертеть на бегу головой по сторонам Андрей Мартынович не забывал и, когда на середине дистанции его перехватил ослепительный росчерк молнии, отбил ту в сторону встречным энергетическим выбросом. Сработал на пределе своих невеликих способностей, а в следующий миг его прикрыл огнём Иван.

Не помогло! Вновь сверкнул электрический разряд, и на сей раз он устремился в цель не по прямой, а ломаным зигзагом, мне лишь в самый последний момент удалось прикрыть подчинённого зоной энергетической турбулентности. Молния прошла мимо, угодила в сосну и взорвала толстенный ствол, дерево покачнулось и рухнуло, едва не зацепив сучьями Унтера.

Тот пальнул куда-то в темноту, поднырнул под сосну и метнулся к срубу, вдогонку загрохотали выстрелы, а миг спустя атакующее воздействие вгрызлось в поваленное дерево и оставило в нём здоровенную дыру. Труха так и полетела!

Я высадил стволом стекло, упёр диск трофейного пистолета-пулемёта в подоконник и принялся бить короткими очередями по бараку, где засел прижавший Унтера оператор, попытался отогнать того от окна. А стоило только магазину опустеть, мотнул головой и дульные вспышки закрутились, зависли надо мной огнями стробоскопа. Поехали!

Сверхсила в противофазе потекла ледяной струйкой, резонанс до предела увеличил чувствительность, и направленный в сруб энергетический таран я отвёл в сторону чуть ли не играючи. Тот угодил в сугроб, и к макушкам сосен взметнулось облако снега.

В дверь заскочил Иван, споткнулся о порог и растянулся на полу, а вот Унтер опустился на четвереньки намеренно: по караулке палили уже решительно со всех сторон, пули залетали в окна и били по стенам, а миг спустя резкая судорога пространства и вовсе сорвала с петель и разметала в щепки дверь.

— Мать! — испуганно ругнулся Алик, скорчился в углу у печки и крикнул мне: — Командир, прикрывай!

— Не боись, прорвёмся! — успокоил его Унтер. — Ваня, автоматные патроны попусту не жги! Тут целый арсенал! Хватай! На тебе дальнее окно! Алик, держи второе!

— Да как тут держать-то? — возмутился Балаган.

— Так и держи! — рыкнул в ответ Унтер. — Это ещё цветочки!

О, да! Самое крутое впереди! Я знал это наверняка!

Состояние резонанса сделало окружающую действительность кристально прозрачной, и больше не приходилось прилагать ровным счётом никаких усилий для отслеживания силовых аномалий, теперь знание о состоянии энергетического поля билось в моей голове бессчётными всполохами озарений, будто скакала внутри черепной коробки электрическая искра.

Тут! Там! Поодаль и ближе! Со всех сторон!

Окружают! Подтягиваются к срубу!

Вызванная ночной тревогой неразбериха ещё не успела окончательно сойти на нет, но кого-то уже успели организовать командиры, а кто-то спешил на звуки стрельбы по собственной инициативе, не дожидаясь приказов. И кругом едва ли не все до одного — операторы!

В стену угодила шаровая молния, рванула, но не сумела разметать толстенные брёвна, лишь оглушила и прошила резким выбросом помех, заставила опомниться.

— Не подпускайте их! — крикнул я, вытянув из подсумка вторую гранату. — Дайте диск!

И я не кинул даже, а направленным кинетическим импульсом запулил в окно лимонку. Метил в скопление энергетических аномалий за углом соседнего барака, но чугунная болванка расплескалась брызгами расплавленного металла метров за десять до него. Наши оппоненты оказались начеку.

Зараза!

В дверь влетел и покатился по полу снаряжённый диск, я заменил им опустевший, но подлезть к окну не решился из-за усилившегося обстрела, а дальше кто-то ахнул по караулке перепадом давления.

Смещать фокусировку воздействия я умел ничуть не хуже айлийских инструкторов, поэтому хлопнуло за стеной, разметало не сруб, а отвал снега. Именно он и стал основой экрана, принявшего на себя накатившую секунду спустя волну теплового излучения. Снежинки вмиг растаяли, а клубы пара унёс прочь порыв ветра, но даже этого хватило, чтобы уберечь брёвна от воспламенения.

Я выплеснул из себя часть набранного потенциала и, задействовав технику «Двойного вдоха», окутал караулку облаком сверхсилы, принялся ронять летевшие в нас пули. Троица моих подчинённых немедленно воспользовалась моментом и открыла шквальный огонь. Я и сам присоединился к ним, полосонув из окна длинной очередью, благо диск пистолета-пулемёта вмещал в себя какое-то колоссальное количество патронов.

Едва ли мы хоть кого-то зацепили, зато заставили противника залечь и озаботиться поиском укрытий, а особо нервных ещё и отвлечься на создание кинетических экранов. Впрочем, запаниковали далеко не все. Характер многих энергетических возмущений стал более острым и глубоким, операторы начали один за другим входить в резонанс, и это нам ничего хорошего не сулило.

— Лезут! — донёсся вдруг истошный крик Алика.

Я сосредоточился на его направлении и сразу ощутил искажение, создаваемое кинетическим экраном. Под прикрытием щита от соседнего барака выдвинулось сразу несколько операторов, Балаган шибанул по ним помехами и открыл огонь из пистолета-пулемёта. Выброс энергетической турбулентности нарушил стабильность защиты, мигнула и погасла одна из отслеживаемых ясновидением аномалий, часто-часто замигала другая. И всё — уже отходят!

Добить бы, но стало не до того: резко подскочила сила тяжести, кровля сруба заскрипела, труба обрушилась, пришлось отвлечься и выставить жёсткий блок. Я уподобился удерживавшему на плечах небеса Атланту, рассеянная в пространстве сверхсила вмиг улетучилась, по стенам вновь застучали пули. В гравитационную аномалию полноводной рекой хлынула энергия, но к этому времени я уже отследил вектор воздействия и рывком сместил его. Отработанный ещё в комендатуре приём не подвёл, незримый пресс ушёл в сторону и снёс сразу несколько сосен.

К срубу устремилась искрящаяся от залитой в неё энергии конструкция, я перехватил её точечным уколом сверхсилы в противофазе, и — рвануло! Ударная волна вынесла оконную раму и бросила меня на стену, а помехи едва не вышибли из резонанса, во рту появился привкус крови, в ушах зазвенело.

Вспышка!

Кто-то из операторов умудрился нацелить плазменный луч точнехонько в выбитое окно, в лицо повеяло лютым жаром, и, прежде чем я успел искривить энергетическое жало, в комнате вспыхнул пожар, завоняло палёной плотью. В обычной обстановке погасить побежавшее по стене пламя не составило бы никакого труда, но — куда там! Не разорваться же!

Созданная мной линза уплотнённого ионизированного воздуха искривила плазменный луч, тот мазнул по брёвнам и ушёл в сторону, а миг спустя осадившие нас операторы разом направили в караулку два десятка шаровых молний. Угрозу они представляли несравненно большую, нежели начинающийся пожар, и я разом сжёг изрядную часть потенциала, перетряхнул пространство помехами, окружил нас зоной энергетической