"Инженер Петра Великого". Компиляция. Книги 1-15 - Виктор Гросов

Орлов сперва ни в какую — лекарь не велел, да и Брюс приказал беречься пуще глаза. Но я уперся рогом.

— Да пойми ты, Василий Семеныч, это ж важно! Если диверсия — следы ж заметут! А если я сам лопухнулся — так надо понять, где именно, чтоб снова в такое же дерьмо не вляпаться! Мне туда позарез надо!

Поручик вздохнул тяжко, помялся и махнул рукой.

— Ладно, Петр. Пошли. Только гляди, недолго там. Состояние твое еще то… сам знаешь.

Поковыляли мы к этому сарайчику на отшибе. Картина маслом: дверь вынесена взрывом, крыша дырой светит. Внутри — все вверх дном, разгром полный. Стены черные от копоти, верстак в щепки, склянки битые, железки какие-то валяются… И вонища гарью до сих пор стоит, аж в горле першит. Орлов на пороге остался, а я, шатаясь от слабости и дурноты, шагнул внутрь.

Начал носом водить, все внимательно разглядывать. Вот тут я стоял… Пол усыпан мелкими черепками от тигля глиняного, где я эту гремучую смесь, видать, и бодяжил перед последним шагом. Осторожно поднял несколько самых крупных осколков. Пригляделся к одному… Ба! На внутренней стороне какой-то белый порошок прилип, налет такой… там его и близко быть не должно! Что за хрень? Неужто… бертолетка? Или что-то из той же оперы, окислитель мощный, который я в глаза не видел и уж точно не использовал? Я ж ее не сыпал! У меня селитра обычная была, проверенная сто раз! Если кто-то эту дрянь мне в банки подмешал, то взрыв был просто вопросом времени! Вот это уже зацепка серьезная.

Потом нашел огрызки того самого пятого запала, что у меня в руках и бабахнул. Разнесло его в мелкую крошку, конечно. Но один кусок гильзы металлической как-то уцелел, побольше других. Поднял, от копоти оттер пальцем. И вижу — царапина! Свежая, глубокая, будто гвоздем кто продрал! Как раз там, где пороховой замедлитель был запрессован. На кой-черт? Ответ один напрашивался: чтобы пороховую эту лепешку внутри повредить, нарушить ее плотность, создать там пустоту. А это при поджиге — пиши пропало! Резкий скачок скорости горения, переход в детонацию — и бабах! Вся трубка взлетает на воздух!

Ну вот и все встало на свои места! Ясно как божий день. Чистая диверсия. Продуманная, подлая. Кто-то в сарай мой пролез (когда? ночью? пока я на заводе вкалывал?), подсыпал мне в банку с селитрой этой отравы. А для верности — еще и запал поковырял, в маленькую бомбочку его превратил. Расчет простой как три копейки: чиркну запалом — и меня либо на куски разнесет, либо калекой сделает на всю оставшуюся. А свалят все на мою же криворукость да на работу с «дьявольскими» составами. Чисто сработано, сволочи.

Но кто, Карл?

Кто? Кто ко мне в сарай мог залезть без палева? Кто имел доступ? И главное — кто в этой химии чертовой шарит настолько, чтобы реактивы знать и подменять? Или это просто пешка какая-то тупая сделала, что велели, не вникая в суть? Вопросов — вагон, ответов — ноль. Одно ясно — вражина мой умен, безжалостен и трется где-то совсем рядом.

Аккуратно собрал свои находки — черепок с белым налетом, гильзу царапаную. Вышел из сарая к Орлову.

— Ну что, Петр? Нарыл чего? — спросил он с тревогой в голосе.

— Нарыл, Василий Семеныч, — я показал ему свои трофеи. — Вот это, — ткнул пальцем в белый налет, — этой дряни тут и близко быть не должно. Штука помощнее селитры будет, уверен. А вот это, — показал царапину на гильзе, — сделано, чтоб рвануло как следует. Это не случайность. Меня убить хотели. Опять.

Орлов взял улики, повертел в руках, лицо аж окаменело.

— Твари… — процедил он сквозь зубы. — Ну, теперь хоть что-то у нас есть. Доказательства. Кривые, конечно, косвенные, но есть. Надо срочно графу докладывать. Пусть знает, с какими гадами мы тут дело имеем.

У меня скоро уже паранойя начнется. Кому это все нужно? Кто за мной так усердно охотится?

Орлов тут тянуть резину не стал. Сразу понял, что моя шкура (а заодно и его карьера, которая теперь от моих успехов зависела) висит на волоске. Моментально снарядил самого быстрого гонца прямиком к Брюсу. В пакет сунул свой подробный рапорт о взрыве, мои выкладки насчет диверсии и, самое главное, — улики: черепок тигля с этой белой дрянью и покореженный кусок запала с царапиной. От себя поручик приписал слезную просьбу графу вмешаться лично и прислать своих людей для расследования, потому как местному начальству в лице Шлаттера веры нет.

Ответ от Брюса прилетел на удивление быстро, уже через пару дней, и тоже с нарочным. Граф много не расписывал. Из письма сквозило крайнее неудовольствие тем бардаком, что творится на стратегическом заводе. Мне приказывал беречь себя «пуще зеницы ока», потому как работа моя «зело важна для Государя и Отечества». Сообщал, что мои подозрения насчет диверсии принял к сведению и уже спустил своих ищеек — велено начать тайное расследование прямо тут, на Охте. Имен, конечно, не назвал (и правильно, меньше знаешь — крепче спишь), но четко дал понять: его люди уже здесь, на заводе, и будут работать тихо, вычислять предателей и шпионов. Мне же граф строго-настрого приказал сосредоточиться на работе, но ухо держать востро и обо всем подозрительном немедля сообщать ему через Орлова. И главное — никакой самодеятельности! Самому никуда не лезть, в сыщика не играть — это дело обученных этому людей.

От этого письма немного отлегло. Значит, не один я тут барахтаюсь. Граф не бросил, понял всю серьезность и запустил маховик настоящего расследования. Появилась надежда, что этих гадов-диверсантов и тех, кто за ними стоит, все-таки изловят и прищучат. Кто они, эти «доверенные люди» Брюса, его «глаза и уши»? Хрен его знает. Могли быть кто угодно: тихий писарь в конторе, солдатик из охраны, которого ты и не замечаешь, или даже какой-нибудь мастер, с которым ты каждый день за руку здороваешься. Теперь на всех по-другому смотреть приходилось, поневоле гадая: а не он ли? Паранойя — штука заразная.

Но расследование расследованием, оно дело небыстрое, а работать-то надо сейчас. Прямо тут, зная, что где-то рядом шныряет вражина, готовый в любой момент подлянку устроить.

Значит, выход один — работать еще лучше, еще быстрее, еще точнее. Надо было кровь из носу доводить до ума сверлилки, гнать композитные стволы, гранаты, картечь. Форсировать перестройку