Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

из кухни после того, как уронила кастрюлю. Аннабель накрывала на стол. Изабелла приглядывала за выпечкой. Интересно, они всегда будут так суетиться или только в конфетно-букетный период? Ох, если через годик-другой начнут меня пилить всей толпой, просто сбегу, аха-ха! На лет двадцать. Скажу — уснул, прикиньте! Думаю, они захотят меня убить.

После ужина у нас была ТА ЕЩЁ ночка перед войной. Все вместе, как в последний раз. Ладно, может и не сбегу, если будут также старательно ублажать, сам себе завидовал.

…

И вот, настал шестой день. Раннее-ранее утро. Около четырёх часов, в общем та ещё рань.

Стою во дворе поместья. Серые простецкие брюки, прошедшие битву девятилетней давности в Долине Костей. Белая просторная рубаха, на ней кожаный панцирь, тот же самый. Чёрный плащ с капюшоном, да старые сапоги. Из нового — слева кинжал, подаренный герцогиней Натальей, да, она с какого-то хрена завалила меня подарками, мол для лучшего зятя и всё таком духе, записок тьма-тьмущая. И кинжал и дорогущие браслеты. Корнелия рвала и метала, ну, а я чё? Ничё, взял только один кинжальчик. Ну, а меч уже от самой Корнелии. Не хотела от маменьки отставать, хе-х. Меч — хороший, качественный, короткий, как раз чтобы проще было маневрировать в узких коридорах крепости. Иными словами, всё было готово к прыжку.

Все мои дамочки вместе с Магнусом стояли рядом — провожали. Ведь для начала — я прыгну один в Далянь. Ну, а как доберусь до крепости, то открою пространственный портал, при чём не только для своих, но и для кучи персонала с провиантом и медикаментами, что должен прислать Император в поместье к шести утра.

Сам план безумен, но и предельно прост.

Прыгаю в порт Далянь, к контурной метке на ящике, который месяц плыл на британском торговом корабле. Если корабль дошёл — окажусь в порту. Если утонул — всплыву посреди океана, выматерюсь и прыгну обратно либо попытаюсь добраться до берега, а там уже и рукой будет подать. Ну, может, задержусь на день-другой, о чём я также предупредил.

Если всё же окажусь в Даляне, то у меня два десятка болтов в колчане, и каждый с контурной печатью пространственного прыжка. Стреляю — тот летит на десять километров, прыгаю к месту падения, подбираю, снова стреляю. Можно сказать, доберусь до крепости с ветерком. Самый странный ленивый Лорд Поднебесной, ага. Китайцы бы так и прозвали. Арбалет мне вернули, кстати, так я его снова подшаманил, учитывая свои новые возможности.

Но вернусь к плану. Итак, как только окажусь у крепости — погляжу на обстановку. Если та пала — придётся продумывать план, как вытравлять «гостей», ещё и учитывать, будут ли среди них пленные имперцы. Если же — гарнизон ещё держится, то действовать по обстоятельствам. Так или иначе — придётся проникнуть внутрь через осаду и поставить полноценный пространственный контур. Якорь, к которому сможет прыгнуть наше подкрепление. Как только контур будет установлен, прыгаю обратно в Петербург, в поместье, где все уже ждут и активирую масштабный контур. Как-то так.

— Ладно, я погнал. Не скучайте.

Щёлкаю пальцами, и меня втягивает в воронку.

— Э⁈ — прифигела Ингрид.

— Любимый⁈ — хлопала фиолетовыми глазами Корнелия.

— Он, что, вот так просто ушёл, даже не попрощавшись⁈ — возмутилась Фрея.

— В его стиле. — хмыкнула Аннабель.

— Ушёл по-английски, — в очередной раз был в восторге Магнус.

— Мой Король, — вздохнула Изабелла.

Ненормальному Практику же предстояло сделать невозможное и пробить дорогу остальным…

Отшельник Извращённый

Ненормальный практик 10

Глава 1

Восточный фронт. Долина Хуньце. У границы Российской Империи.

По узкой трещинке камня, что не шире мизинца, медленными толчками стекала кровь. Собиралась в крошечную лужицу у сапога имперского солдата, переливалась через край и уходила вниз, к следующей трещине. Солдат этого не видел, просто считал болты в колчане.

Семь.

Он пересчитывал их уже третий раз, будто от это их станет больше. Увы. Чуда не произошло. Пересохшие губы шептали бубнёж, окровавленные пальцы нащупывали оперение. Слева кричали, справа полыхало всё эфирным пламенем, под ногами вздрагивал камень от каждого артиллерийского прилёта, а он всё считал. Семь болтов. Семь жизней, если повезёт попасть. Или ни одной, если не повезёт совсем.

Крепость «Крепкий Орех» умирала вокруг него мучительной агонией зверя, загнанного в угол, которому пустили кровь и теперь час за часом, отрывали по куску. Небо над долиной затянуло густым эфирным дымом. Горела людская плоть, горели стены, сама земля русская. Южная стена была разбита в крошево, каменные прорехи почернели от бомбёжки. Имперский защитный барьер больше не поддерживал твердыню сплошным сияющим куполом, ведь запасы кристаллов иссякли, последние заряды истощились. Теперь барьер вспыхивал лишь короткими всполохами, отбивая самые тяжёлые эфирные залпы осадных пушек, и тут же гас, экономя жалкие остатки энергии. А в образовавшиеся бреши непрерывным потоком лилась вражеская китайская пехота. На стенах уже вторые сутки кипела рукопашная. Вспышки эфира магистров и мастеров сияли на всех этажах. Изможденные недельным голодом имперцы дрались уже не за победу, даже не за выживание, а лишь бы забрать с собой как можно больше врагов. Сдаваться нельзя. Только смерть, своя или вражеская.

* * *

В полутора километрах от всей этой бойни, на высоком холме, обдуваемом прохладным ветром, было спокойно и умиротворённо. Ни грязи, ни суеты. На идеально расчищенной площадке, застеленной шёлковыми коврами, был установлен низкий каменный столик. На нём — доска для игры в Го и изящный фарфоровый сервиз, над коим исходил аромат горного чая.

За столиком восседали двое. Третий же — на коленях, чуть поодаль.

Три Лорда-эфироправа. Элита азиатского альянса. Монстры, способные в одиночку стереть «Крепкий Орех» с лица земли, но предпочитающие наблюдать за тем, как стотысячная армия делает это за них. Иначе зачем стоило кормить все эти рты?

Лорд Шэнь — главнокомандующий первым китайским корпусом изящно подцепил двумя пальцами чёрный камень. Густые смоляные волосы струились до самых плеч, спадая на белые шёлковые одежды с золотой вышивкой драконов. На вид ему нельзя было дать больше тридцати пяти. Лицо без изъяна, кожа гладкая, как нефрит. Особые эфирные пилюли, секрет которых хранился