Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– …по большей части заброшенного и разваливающегося… – вставил Эдвин.

– …Драконьего Логова. В котором живет сам Император. А мы знакомы с одной корчмы, тут, на Границе.

– Ага, корчмы с серьезными проблемами насчет крыс.

– Я всегда хотел повидать столицу.

– Ничего там нет интересного, – заверил Эдвин. – Старые стены, рассыпающиеся дворцы и повсюду соборы. То ли дело Вольные Города Запада.

– Хватает же у тебя совести оскорблять Империю, стоя перед воротами лагеря Имперского Легиона.

– Да можно подумать, среди этого сброда, кроме тебя, есть хоть кто-то, кто видел своими глазами Центральные Территории.

– Есть… наш центурион, – ответил Велин после краткого раздумья. – Он, впрочем, родом из Самнии, а это почти уже Спорные Земли, но все же еще Империя. Я так понимаю, вы приехали с ним поговорить.

– Вижу, что военная дисциплина не погасила твой разум. Но не переживай, для тебя тоже найдем время. Вам ведь тут какие-то увольнения дают, да? Потому что местным остро не хватает урока настоящей музыки.

– Думаю, для коллеги по профессии всегда найду время. – Их собеседник усмехнулся и кликнул стоящего поблизости солдата, чтобы тот проводил гостей в палатку командира.

* * *

– Центурион Агревиус Эритус, – представился статный мужчина с уставной короткой стрижкой, ожидаемо переломанным носом и выражением лица, говорящим о том, что на службе он никогда не улыбается.

– Я Эдвин, а это Люциус. Мы прибыли из местной командории Серой Стражи.

– Да, ваш командир, Олаф, описал своих подчиненных. Какова цель вашего визита?

– Честно сказать, у нас есть несколько вопросов относительно ваших людей. Ничего необычного, но просто хотим знать, кто прибыл на нашу землю.

– Это земля Империи, – поправил легионер. – Присаживайтесь. Что конкретно хотите узнать?

Они уселись на небольшие деревянные табуреты; Люциус вынул из сумки приборы для письма и начал записывать.

– Начнем с такого вопроса. Сколько из ваших людей происходят с Границы?

– Восемьдесят шесть человек из девяноста двух, которыми я распоряжаюсь. Почти все, кроме меня, были приняты в наши ряды здесь, на Границе.

– По вашим данным, никто из них не имел ранее дел с магией?

– По моим данным никто. Хотя я сомневаюсь, что кто-либо из них стал бы подобным хвалиться. Есть подозрения, что в моем отряде имеются чернокнижники?

– Разумеется, нет. Это просто стандартные вопросы, – успокоил офицера Эдвин. – На чем мы остановились? Ах да. Кто-либо из них попросил о переводе именно в этот район?

– Да, один. По имени Велин.

– Ха, интересно. Видимо, скучал больше, чем я думал.

– Виноват, не расслышал?

– Нет, просто мысли вслух. Вас раздражают мысли вслух?

– Меня раздражает этот разговор. И я уверен, что рекруты Серой Стражи не имеют власти над центурионами Имперского Легиона. Так что, парень, ты либо сейчас говоришь мне, чего вам надо, либо я прикажу вас пинками гнать из лагеря.

– Парень? Я извиняюсь, я по возрасту являюсь старшим членом Ордена в этих местах… Ну то есть, не считая полноправных членов Ордена. Я бы еще понял, если б вы назвали парнем его, – указал на Люциуса, – или Дункана, или… Извините, я снова сбился с темы, моя вина. Так вот, вы слыхали об Одноглазом Вульфе? Иногда зовут его еще Красный Волк или Одноглазый Волк. В общем, много там всякого с волком…

– Разумеется, слышал. Все слышали.

– Прекрасно, это облегчит дело. Так вот, ситуация выглядит следующим образом. Вы можете разговаривать со мной и чувствовать определенное раздражение – а можете разговаривать с ним и чувствовать кое-что значительно похуже. Понимаете меня?

– Не имею привычки бояться досужих баек, – твердо заявил Агревиус, но видно было, что офицер сразу скис. – Тем не менее присутствие подобной… персоны могло бы негативно отразиться на моральном состоянии моих людей. Поэтому я выслушаю ваши вопросы, но сразу внесу ясность. Ты мне не нравишься, не нравишься с того самого момента, когда о тебе Олаф рассказал. Ты заносчивый пижон из Вольных Городов, считаешь себя лучше всех вокруг, хотя и дня честно не работал. Может, твои товарищи и позволяют себя обмануть, считая тебя забавным, но, по мне, в тебе обаяния как в куче дерьма. Понимаешь меня?

– Как нельзя яснее. Хотя должен признать, что у людей обычно уходит больше времени, чтобы настолько идеально вычислить мою истинную сущность. Вижу, господин офицер в людях разбирается.

– Если б ты был моим подчиненным, быстро бы запел по-другому.

– Возможно. А также, возможно, неделю на задницу не смог бы сесть. От всей этой солдатской мужской дружбы.

Зубы легионера явственно скрипнули.

– Задавай свои вопросы, получай ответы и уматывай из моего лагеря.

– Согласно вашей профессиональной оценке, кто из ваших людей более всего подходит на роль убийцы Серого Плаща?

Храм Господа был одним из немногих зданий в Новой Сребрнице, которые сохранились в почти не поврежденном состоянии со времен расцвета Империи. Серые гранитные стены вздымались на высоту нескольких метров, увенчиваясь стрельчатой крышей. Высоко расположенные, округлые окна заполняли цветные витражи с изображением солнечного креста. Мощные дубовые двери были окованы железом, делая храм самым защищенным местом во всем селе.

Магнус и Натаниэль привязали коней невдалеке от здания.

– Как ты думаешь, стоит попросить у него совета? – спросил великан.

– У Господа?

– У отца Норберта.

– У священника? Нет. Точно нет.

– Он заслуживает доверия.

– Мой брат – высокопоставленный священник в иерархии церкви Господа… Поверь мне, они не заслуживают доверия.

– Может, у вас, на Центральных Территориях. Но отец Норберт…

– Он, между прочим, как раз и может быть убийцей в розыске. Ты забыл главную причину, по которой мы сюда прибыли?

– Да ну, не может быть!

– А почему нет? Все отлично сходится. Более того, жрец Господа – отличное прикрытие для беглеца. Даже здесь, на Границе, они пользуются доверием, и мало кто осмелится поднять на него руку.

– Когда мы с ним повстречались, его как раз из города изгоняли.

– Так вот именно, изгоняли. По твоим рассказам, это город, который живет работорговлей. А он проводил время, крича на площади и мешая им вести дела, а меж тем местные терпели его неделями, а потом просто велели уехать. Если б не был священником, то однажды просто сам оказался бы в одной из клеток для рабов.

– Ну хорошо, значит, не будем просить у него совета. Есть какие-то идеи получше?

– Лучше, чем признаваться в убийстве незнакомцу? Конечно.

– Тогда я тебя слушаю.

– Ну я же не сказал, что у меня уже есть такая идея. То бишь, дай мне время. Давно ли это я тут занимаюсь планированием?

– Да ты все время говоришь, что самый умный среди нас.