Роанна. Тяжесть Короны - Виктор Постоенко

А еще раньше, со слов бритта, там уже обосновались в нескольких факториях лузитанские губернаторы. Ну как же, в моем прошлом маленькая Португалия держала в свое время в цепких руках пол мира, включая Бразилию, Мозамбик, Анголу, Гвинею в Африке, Макао, остров Тимор, даже Цейлон (в нашем случае Сингал).

И эти губернаторы ведут агрессивную политику по стравливании местных султанов и королей. Оказывая то одному, то второму помощь артиллерией своих кораблей. И требуя оплаты со всех судов, проходящих проливами между крупными островами Архипелага, не зависимо от их флага.

Состава флота лузитанцев там бритт не знал, но то что один линейный корабль там есть, он знал точно. То, что у них флот не самый слабый среди держав Старого Света, он тоже рассказал. Вот еще одна проблема вырисовывается, вернее, противник и конкурент.

Харди обещал бритту оставить его в живых и свое обещание выполнил. Отправив его на жительство в Жемчужный монастырь, где уже проживали взятый три года назад на севере мидийский граф со своим слугой, те еще псевдомонахи. Я тоже слово держу. Если вторая сторона сама его не нарушает.

В один из дней пригласила к себе командира Эллийского полка принца Эммана. К моему удивлению он не сильно удивился, когда я его спросила, как он смотрит на то, чтобы взять в жены младшую сестру Императора Эмирану. Родители ему давно говорили, что пора жениться. Породниться с герцогами Харраскими не получилось, видимо так распорядилась судьба.

— Может оно и к лучшему, Ваше Величество. Илара мне очень нравилась, но я всегда чувствовал, что морально она меня старше, и иной раз не знал, как себя с нею вести. А сама Эрания об этом знает?

— Пока нет, ты же знаешь, на каком положении она жила из-за старых законов. Думаю, Император сам с нею еще не говорил, раз я первая, кто задал тебе такой вопрос.

— Давайте я сам к ней подойду и поговорю

— Нет, вот этого как раз делать не надо. Женщины такие существа, которых вам, мужчинам, иной раз не понять. Поэтому сначала с нею переговорю я, даже не Император как брат, а именно я. Она завтра утром будет как всегда у меня.

На том и остановились. Завтра, после утренних занятий, я с нею и переговорю. Но то что сам Эмман не против, это уже половина дела. Я думала, что его уговорить будет труднее. Вечером обсудили это с Райаном. Он тоже удивился, что принц Эллийский так легко сдался.

Но я напомнила, что с Иларой они были знакомы всего неделю, и даже за тот короткий срок он почувствовал ее превосходство. И еще неизвестно, как бы это аукнулось в дальнейшем. Хотя Илара была очень умной и тактичной женщиной. Ну что случилось того уже не изменить.

Эмирана приняла новость еще спокойнее, только спросила, о ком идет речь. Принца она знала, видела не раз во время развода дворцовых караулов. На мой вопрос, может ли он к ней подойти, она кивнула головой.

— Ваше Величество, я уже давно думала, что мне придется выходить замуж не так как другим женщинам. Хотя и большинство из них становятся женами по желанию их семей. А принц Эмман мне нравится давно, на него приятно смотреть.

После утреннего похода к Императрице и в Институт я зашла в расположение Эллийского гвардейского полка. Принц выслушал меня с улыбкой. Письмо родителям он уже послал, пусть обрадуются. И пообещал вот прямо сейчас пойти в Институт и представиться своей будущей невесте. На девушку он уже посмотрел со стороны, да и как она могла не понравиться.

От принца я завернула к Императорской канцелярии, где рядом с кабинетом Императора было выделено помещение для работы графу Хьюзу. Поняв, что я пришла не просто так, он попросил чиновников покинуть кабинет, так как у него с Ее Величеством будет секретный разговор.

Я дала ему почитать письмо от мастера Довера по поводу корабельного винта. Прочитав внимательно и посмотрев рисунки, граф поднял голову и вопросительно на меня посмотрел.

— Ваше Величество, он правильно опасается вибрации. Я даже больше скажу, она будет, поэтому в том мире первые машины располагали в корме кораблей, переделанных из парусников. Для того, чтобы ее убрать, необходимы предметы, называемые подшипниками. И каучук или резина.

После чего мы больше часа просидели, я смотрела как он рисовал и писал пояснения для мастеров. Сделать подшипники в небольшом количестве они смогут, но с развитием техники нужно думать об их массовом производстве. И разных видов, от самых маленьких до больших, как сейчас. А для этого необходимо создание специальных станков.

— Ваше Величество, но как вы объясните мастерам, откуда у вас эти записи?

— Очень просто. Скажу не задавайте вопросы откуда они у меня, все это будет считаться вашим изобретением. Ну и предупрежу, что головой ответят если что. А как по-иному. Туманно конечно намекну что есть один необычный человек. Кстати из чего этот ваш резин делают мы не договорили?

— Его получают из сока бразильского дерева гевея. Потом его обрабатывают и получают каучук или резину. Она нужна как прокладка при креплении к корпусу, будет принимать на себя вибрацию. Она очень эластична.

— Погодите, у нас на юге и особенно на лиссарских островах есть целые рощи деревьев, которые местные называют рампанг. Они тоже берут сок этих деревьев, смазывают им обувь и плащи, которые становятся водонепроницаемыми. А если добавить в сок рампанга лимонный сок, то он густеет так, что местные делают из него упругие мячи для игр. Это не оно?

— Очень похоже, и в моем мире кстати больше каучука стали привозить именно с этих краев. Надо проверить. Если в сок гевеи добавить серу и хорошо нагреть, потом высушить, то и получится резина нужных нам форм.

В конце беседы мы перешли плавненько к вопросу о начале железного судостроения. Сначала я терпеливо выслушала лекцию о превосходстве такого судостроения над тем что у нас сейчас, когда корабли строятся из дерева.

На мой вопрос что для этого необходимо, он ответил, что