Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

к мостику, как периметр обороны. Ким, пилот АКП, шел бодро, его глаза горели азартом первопроходца. «Дети, играющие с огнем, которого не видят», — подумал Звягинцев с той же горечью.

Мостик «Олимп» встретил их еще большей тишиной и полумраком. Лишь консоли светились мягким синим и зеленым, как светлячки в пещере. Центральный экран показывал все ту же усыпанную кратерами Цереру и бездну. Ни иллюминаторов. Только камеры, их взгляд — холодный и бездушный.

— Капитан на мостике, — произнес Звягинцев, его голос прозвучал громче, чем хотелось, в этой поглощающей звук черноте. — Занимайте посты. Пилот Келлер — главный контроль. Пилот Ким — дублер, навигационное резервирование. Офицер связи Диалло — коммуникационный узел. Офицер данных Такахаши — анализ, сенсоры.

Он опустился в кресло капитана. Материал, холодный и упругий, подался под ним без единого скрипа. «Трон для дурака», — мелькнуло вдруг. Последующие часы слились в монотонную какофонию докладов и синтетического голоса ГЕЛИОСа.

— Системы жизнеобеспечения: номинальные циклы. Атмосфера стабильна. — Десаи, его голос по связи был спокоен, как течение реки.

— Энергетический контур: баланс 100%. Резервные банки заряжены. Аджеи доволен. — Аджеи, с легким акцентом, звучал почти радостно. Его детище работало.

— Двигательный массив ВКН-1: предстартовая диагностика завершена. Параметры в зеленой зоне. Готов к зажиганию. — Нильссон, его отчет был сухим и точным, как техническое руководство. Трепет сквозился лишь в легкой дрожи голоса.

— Навигационные системы онлайн. Курс на точку скачка у Юпитера установлен. — Ким.

— Внешние сенсоры: чисто. Радиационный фон в норме. Гравитационные аномалии отсутствуют. — Такахаши.

Его голос был ровным, как поверхность озера в безветрие. Ни тени волнения, только сбор данных.

— Связь с ЦУП Цереры: устойчивая. Последние пакеты данных приняты. Готовы к разрыву по вашему приказу. — Диалло старалась, чтобы голос не дрогнул.

На ее консоли мигала иконка Земли — последняя открытая связь с домом.

— Оружейные системы… — начал было Звягинцев, но запнулся.

Формально, «Светлячок» был исследовательским судном, но его инстинкты требовали проверить клыки. — … законсервированы. Статус: деактивированы.

Он закончил фразу, поймав на себе быстрый, оценивающий взгляд Келлер. Она кивнула почти незаметно. «Значит, не только я думаю о зубах волка в этой овечьей шкуре».

Тиканье часов в углу экрана отсчитывало последние минуты. T-MINUS 00:10:00. T-MINUS 00:05:00. На центральном экране появилось лицо Директора ЦИКПа — Сергея Викторовича Мелихова. Официальное, чуть усталое, но излучающее уверенность. Фон — ликующие толпы на каком-то земном космодроме, флаги всех блоков реяли под искусственным ветром.

— Экипаж «Светлячка», — голос Директора звучал четко, проникая в каждую каюту, в каждый уголок корабля. — Человечество затаило дыхание. Вы — наши глаза и руки, протянутые к системе Тау Кита! К неизведанным мирам, к возможности ответа на вечный вопрос: одиноки ли мы? Верьте в свои силы, в мощь корабля, в единство цели! Удачи! Разрешаю старт! Земля с вами!

Рев толпы в динамиках. На мостике — мертвая тишина. Келлер сжала штурвалы. Ким глубоко вдохнул. Диалло закрыла глаза на долю секунды, мысленно отпуская голубую точку Земли. Такахаши ни на миг не отрывал взгляда от потоков данных.

— ГЕЛИОС, — приказал Звягинцев, его собственный голос показался ему чужим. — Отстыковка. Отход на безопасную дистанцию. Зажигание ВКН-1 по установленному курсу.

— Подтверждаю, капитан, — отозвался ИИ. — Стыковочные захваты отключены. Тяги ориентации: импульс.

Корабль дрогнул едва заметно. На экране внешней камеры верфи Цереры начали медленно уплывать в сторону.

— Безопасная дистанция достигнута, — доложил Ким.

— ВКН-1: готов к зажиганию, — подтвердил Нильссон по инженерному каналу, голос сдавленным шепотом.

Звягинцев посмотрел на экран. На бесконечное пространство впереди.

— Зажигание.

Сначала — тишина. Глубокая, всепоглощающая. Потом — не грохот, не рев. Низкий, мощный, живой гул, исходивший не откуда-то извне, а из самых костей корабля. Он наполнил черный корпус, заставив вибрировать сталь. На экране позади «Светлячка» пространство исказилось, словно гигантская линза сфокусировала свет далеких звезд в ослепительную точку. И из этой точки хлынул поток чистой, неистовой энергии. Сине-золотые «вены» на корме «Светлячка» вспыхнули яростным, неземным светом. Корабль рванул вперед с чудовищной силой. Искусственная гравитация взвыла протестом, компенсируя невероятные 6.8G пикового ускорения. Даже с 70% компенсации, гигантская рука вдавила всех в кресла, заставив сжаться диафрагмы, налиться свинцом веки. Церера превратилась в пылинку и исчезла за считанные минуты. Солнце сжалось до желтой булавочной головки. Звезды растянулись в тонкие, дрожащие нити.

— Импульс стабилен! — крикнул Нильссон, его голос пробился сквозь гул и давящую тяжесть. — Ускорение 6.8G! Компенсация — 70%! Курс… идеален! Переход на крейсерское ускорение через десять минут!

— Подтверждаем устойчивую связь с ЦУП Цереры, — доложила Диалло, стараясь дышать ровно под давлением. Иконка Земли на ее консоли горела стабильно.

— Хорошо, — Звягинцев выдавил сквозь стиснутые зубы. Оставалось только ждать. Ждать и притворяться.

Семь дней после старта

Дни слились в рутину, отмеряемую сменами вахт, ровным гулом двигателя на крейсерском ускорении 2G и бескрайней чернотой за стенами. «Светлячок» был идеальной машиной — тихой, эффективной, предсказуемой. Эта предсказуемость была обманчивым успокоением. Звягинцев видел, как напряжение медленно накапливается под поверхностью. Карпов все чаще шутил с черным юмором. Диалло замирала у коммуникационной панели, пальцы машинально перебирая амулет, слушая привычные, но все более далекие голоса с Цереры. Келлер и Арики патрулировали отсеки с подозрительной тщательностью. Даже Ван дер Вегт казался чуть более ригидным.

Чип «Совершенно Секретно» ждал. Ждал точки невозврата. Она наступила за несколько часов до Нептуна.

Звягинцев был в своей каюте, просматривая скучные отчеты о расходе реактивов, когда на его личный, зашифрованный комлинк пришел пакет. Не просто шифровка. Пакет с грифом «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО ТОЛЬКО ДЛЯ КАПИТАНА. ВСКРЫТЬ НЕМЕДЛЕННО». Сердце ёкнуло. Он ввел длинный, сложный код, выданный перед отлетом. Экран погас, затем засветился строчками сухого, безжалостного текста. Он читал. Сначала медленно, потом быстрее, впитывая каждое слово, как удар.

Истинная цель: Звезда Тигардена. Природа Артефакта: Предупреждение о технологически превосходящей враждебной цивилизации («Враги»). Предполагаемая близость угрозы: Высокая. Маневры: Гравитационный маневр у Нептуна для маскировки истинного курса. Последующая серия скрытных «рывков». Связь: ПОЛНОЕ РАДИОМОЛЧАНИЕ после маневра. Только прием шифропакетов «Эхо» по расписанию. ВСЕ публичные каналы ЗАПРЕЩЕНЫ. Запрет на разглашение: До особого приказа или подтверждения угрозы. Объявить экипажу ПОСЛЕ маневра.

Далее была предоставленная основная информация по расшифровке послания на Артефакте, а также само послание. Звягинцев откинулся в кресле. Каменное лицо. В ушах гудело. «Не шумите… Они рядом…» Слова Стелы обрели жуткую конкретность. Весь пафос старта, надежды на