Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Тау Кита… Дымовая завеса. Их послали не искать братьев. Их послали выследить убийц. Или стать их следующей жертвой. Он сглотнул ком в горле. Точка невозврата пройдена, надо действовать.

Несколько часов спустя. Мостик

Голубая ледяная громада Нептуна медленно заполняла центральный экран мостика. Траектория «Светлячка» была рассчитана так, что корабль пронесется в опасной близости от верхних слоев атмосферы гиганта, используя его гравитацию как пращу. Основной курс уже был близок к нужному — требовалась лишь минимальная коррекция для первого изменения курса на истинный вектор к Тигардену. Атмосфера на мостике была деловой, сосредоточенной. Никто, кроме Звягинцева, не знал, что это не просто научный пролет — это первый шаг в тень.

— Приближаемся к перицентру, — доложил Ким. — Гравитационное поле стабильное. Турбулентность в верхних слоях в пределах расчетной модели. Коррекция курса потребуется минимальная.

— Пилот Келлер, контроль, — приказал Звягинцев. Его собственный голос звучал спокойно, как сталь. — Обеспечить точность выхода. Офицер данных Такахаши, непрерывный мониторинг гравитационных возмущений и сенсоров на предмет аномалий. Офицер связи Диалло, подготовить СТАНДАРТНЫЙ отчет для ЦИКПа о «плановом гравиметрическом сканировании Нептуна» и «продолжении курса на Тау Кита». Передать СРАЗУ ПОСЛЕ выхода из зоны максимального влияния. — Он снова подчеркнул «стандартный» и ложную цель. Диалло кивнула, ее пальцы привычно заскользили по интерфейсу. Рутина.

— Инженерный отсек, статус ВКН-1 и систем компенсации?

— Ван дер Вегт на связи. Двигатель в режиме ожидания коррекции. Компенсаторы работают в расчетном режиме, нагрузка стабильна. Нильссон контролирует энергобаланс. Готовы.

Маневр был элегантным и почти незаметным. «Светлячок», как тень, скользнул вдоль гравитационного склона Нептуна. Гигантская голубая планета, окутанная вихрями, на миг заполнила все экраны — холодный, безмолвный страж порога. Короткий, ювелирно рассчитанный импульс маневровых двигателей (не главного ВКН-1!) — легкий толчок, едва ощутимый даже при сниженной компенсации — и корабль, получив нужный «пинок», чисто вышел на новую, истинную траекторию. Прочь от Солнца. Прочь от лжи. Первый маневр к Тигардену.

— Стандартный отчет для ЦИКПа передан, — Диалло нажала клавишу отправки, отправляя последнюю ложь к далекой Земле. Иконка связи все еще горела зеленым.

— Системы стабильны. Компенсация нагрузки в норме, — подтвердил Ван дер Вегт.

— Маневр завершен, — доложила Келлер, ее голос был ровным, но взгляд — острым. Она чувствовала неестественную точность этого маневра, его стратегическую значимость, выходящую за рамки научного пролета. — Капитан, у нас отклонение от курса!

Наступил момент. Звягинцев встал. Его лицо было непроницаемой маской. Пришло время «Тишины».

— ГЕЛИОС, — его голос, низкий и не допускающий возражений, разрезал привычный гул систем. — Протокол «Тишина». АКТИВАЦИЯ. Немедленно. Полное и безоговорочное отключение ВСЕХ внешних каналов связи. Шифрованные маяки «Эхо» — перевести в режим ТОЛЬКО ПРИЕМА по строгому расписанию. Активно глушить ЛЮБЫЕ входящие сигналы, не соответствующие криптографическому протоколу «Эхо». Эфир — мертв. Никаких исходящих сигналов. Отслеживание курса корабля на тебе до новых указаний.

— Выполняю, капитан. Протокол «Тишина» активирован, — ответил ГЕЛИОС без тени эмоций. На консолях Диалло и Такахаши индикаторы открытой связи разом погасли. Зеленый свет, символизирующий связь с домом, сменился на мертвенно-серый значок замка. Гул систем остался, но тишина на мостике стала вдруг звенящей, тяжелой, как свинцовый саван. Связь с Землей была не прервана — она была уничтожена приказом.

Келлер мгновенно развернула кресло, ее глаза — ледяные клинки — впились в Звягинцева. Ким замер, его рука зависла над консолью, уставившись на погасший экран связи. Диалло вскрикнула — короткий, сдавленный звук удивления и ужаса. Ее рука с белыми костяшками сжала амулет так, что деревянное Древо Жизни впилось в ладонь. «Что⁈ Нет! Почему⁈» — кричало ее перекошенное лицо. Такахаши лишь медленно перевел взгляд с экрана на Звягинцева, его лицо было бесстрастной маской, но в глазах мелькнул холодный, аналитический интерес — словно он получил самый важный, пугающий набор данных за всю миссию.

— Офицер связи, — Звягинцев посмотрел прямо на Диалло, игнорируя остальные взгляды, прожигавшие его. — Объявите по общему каналу. Весь экипаж. Немедленно. В кают-компанию. Капитан оглашает новые стратегические вводные миссии. СРОЧНО.

Диалло кивнула, движение было резким, почти судорожным. Ее голос, когда она заговорила в общий канал, звучал сдавленно, срываясь:

— В-внимание всему экипажу! Н-немедленно проследовать в кают-компанию! Капитан оглашает… новые стратегические вводные! Немедленно! Повторяю: Незамедлительный сбор в кают-компании!

Звягинцев шагнул к выходу с мостика, ощущая на спине волну немого шока, страха и непонимания. Чип «Совершенно Секретно» жгло в кармане, как уголь. Пришло время бросить правду, как гранату, в центр их иллюзий. Путь назад был отрезан. Впереди — только Тигарден, Враги и безмолвная, подслушивающая Бездна. Тишина началась.

* * *

Кают-компания «Светлячка» поглощала свет и звук. Вдоль длинного стола из композита «Ночная Тень» стояли или сидели восемнадцать человек. Воздух был густым от недоверия и натянутого ожидания. Внезапное радиомолчание и приказ Звягинцева были тревожным сбоем в рутине, требующим объяснения.

Звягинцев стоял во главе стола, руки за спиной, поза — выверенная стойка «смирно». Лицо — непроницаемая маска офицера спецназа, принявшего приказ. Ни тени сомнения, только холодная сосредоточенность. Он окинул взглядом экипаж.

Келлер сидела прямо, взгляд — ледяной, аналитический сканер, направленный на капитана. Ее пальцы сложены перед собой — ни дрожи, ни барабанного боя. Диалло побледна, но держится. Амулет сжат в кулаке на коленях, скрытый от глаз. Взгляд прикован к Звягинцеву, в нем — немой вопрос и тревога за мир, а не истерика.

Такахаши откинулся в кресле, пальцы сложены домиком у подбородка. Его светоотражающие очки скрывали глаза, но поза излучала интенсивный, холодный интерес. Карпов прислонился к стене, руки в карманах. Уголки губ подрагивали в намеке на привычную усмешку.

Ван дер Вегт сидел по струнке, лицо — маска вежливого недоумения. Его пальцы лежали ровно на столе — не было нервного перебирания. Ийер и Рао обменялись краткими, понимающими взглядами. Философ наклонил голову, готовясь к анализу. Лингвистка смотрела на Звягинцева как на шифр.

Остальные сохраняли выдержку. Напряжение было, но контролируемое. Туре смотрела на Звягинцева с вызовом. Тишину нарушал лишь гул систем.

Звягинцев сделал шаг вперед. Звук сапога — четкий, как выстрел.

— Экипаж «Светлячка», — голос был ровным, лишенным эмоций, голосом доклада. — В соответствии со специальным приказом ЦИКП, отныне и до особого распоряжения, вводится режим абсолютного радиомолчания. Любая несанкционированная передача в эфир квалифицируется как тяжкое нарушение устава и измена. Это — не предмет обсуждения. Это — приказ. Основа — обеспечение скрытности миссии.

Пауза. Ни возмущения, только внимательные взгляды. Келлер чуть сузила