Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

— А мы точно пришли в Розу Заката, старший брат? — раздался чей-то молодой и нарочито громкий голос.

— Младший брат, я тоже чувствую тут запах вони, — второй голос был куда более грубый. В целом, мне было плевать, но они выбили меня из моих мыслей, я поднял взгляд и увидел трех парней, достаточно богато одетых. «Мажорчики обыкновенные, тот здоровяк, похоже, самый главный из этих уродов. В целом, плевать», — мелькнуло в моей голове и я плеснул себе в пиалу еще каплю великолепного фруктового вина.

— Так это, похоже, испортил воздух щенок из семьи Ву, как только увидел тебя, брат Бао! — третий голос больше напоминал шакала, такое же мерзкое потявкивание и истерический тон. Похоже, эти выродки решили нарваться именно на меня, ну, посмотрим, что они сделают. Я внутренне усмехнулся, давайте, узкоглазые макаки, покажите класс лаовайю (чужаку/иностранцу). Вот только вопрос, а не тот ли это Бао, который уже один раз отправил на больничную койку это тело? Если тот, то его ожидает большой сюрприз.

— Освободи место старшему братцу Бао, ты, недоразумение, — все еще частично погруженный в свои мысли, я пропустил, как невысокий, но очень крепкий парень с волосами, собранными в хвост, оказался возле моего стола и пристально посмотрел мне в глаза. Видя, что я игнорирую его реплику и спокойно пью вино из пиалы, он схватил меня за руку со словами:

— Бегом, жалкая дворняга! Или мой кулак выбьет твои зубы, а я помочусь на тебя, — он начал наматывать мой рукав на кулак. «Парень, а вот так делать не стоило! Ненавижу угрозы!».

Я не знаю, кем был Ву Ян до того, как я вселился в его тело, но я Ян Воронов. Чемпион в среднем весе по вале-тудо, и никто не имеет право угрожать мне безнаказанно. Реакция у придурка была на высоте, чашка сливового вина летела ему в лицо, а он ушел с линии атаки ровно туда, куда я хотел. Подхват ноги, и его разбалансированное тело начало заваливаться на бок, а во мне вспыхнула та самая ярость, которая вела меня в боях, заставляя сметать соперников одного за другим.

Словно в замедленной съемке, я совершаю рывок вперед и мой левый локоть крошит его нос, а правая рука, словно отбойный молоток, наносит три удара в голову, прежде чем его тело рухнуло на пол. Бум. На рефлексах мой ботинок опускается на его челюсть вертикально вниз, пяткой кроша зубы. У нас этот удар назывался стопм — от английского топтать. «Кажется, я чуток перестарался». Звук удара по бездыханному телу прервал магию, и время вернулось в свои законные права. На меня одновременно рванули и здоровяк, и «шакал». Первому под ноги улетел стул, заставляя его замедлиться, а голова второго встретилась с недопитым кувшинчиком вина, разлетевшимся на мелкие осколки. На моих губах расплылся оскал. Как же мне этого не хватало! Страх и стресс, загнанные в самую глубину моего существа, наконец-то выплеснулись, и я почувствовал себя наконец-то свободным. «Спасибо вам, уроды!» Ничто не помогает от стресса так, как демоны, сидящие у тебя внутри, отпущенные погулять. «Как же ты прав», — раздалось в моей голове, но мысль прервал крик «мажорчика».

— Тебе хана, ублюдок! — здоровяк, похоже, всерьез думал, что меня испугает его жуткая гримаса и «опасная» стойка а-ля крутой шаолиньский монах тужится на одинокой скале. Подшаг вперед, и мой лоукик врезается в его голень.

— Боли нет, — читая вслух мантру, я взрываюсь серией ударов руками, постоянно смещаясь, эта туша отрастила мускулы и научилась махать руками, но у него нет ни чувства дистанции, ни контроля противника.

— Смерти нет, — прямой удар ногой в грудь останавливает это недоразумение, у которого нет никакой серьезной техники, все эти дикие замахи и колхозные удары работают лишь в деревенских промоушенах а-ля «Вася против Пети за чекушку водки». Господи, да его уделают даже новички.

— Есть лишь путь, — удар кулака проходит в считанных миллиметрах от моего лица, «дружок бэкфист локтем — одна из моих коронок». Тело само скручивается, и в затылок этому тупице влетает мой локоть, заставляя его шататься в нокдауне. «Посмотрим, насколько ты крепок!»

— Есть лишь моя воля, — прыжок с ударом колена срубает его, словно топор дерево, а по моему затылку расползается жуткая боль.

Повернувшись, я увидел «шакала», которой вернул мне должок, разбив об голову кувшин, вот только в его руке уже блестит нож, а я поплыл. Мерзкая улыбочка на губах у этой мрази расплылась, когда он рванул на меня, замахиваясь ножом, чтобы в следующее мгновение отлететь в сторону, как тряпичная кукла. Передо мной стояла красивая женщина лет сорока, сжимающая в руках сложенный зонт, которая только что была в другом конце зала.

— В моем заведении запрещены любые драки, — она повернулась и указала на меня зонтом. — Ты ударил первый, значит, ты и виноват.

Я сел на стул и, не обращая внимания на владелицу, вылил себе на голову кувшин с водой, чтобы хоть немного прояснить голову.

— Прекрасная госпожа Куанг, — я сидя попытался поклониться владелице заведения, а это не могла быть никто иная, но в глазах начало кружиться. — По факту, вот тот, — я указал ногой на подпевалу, вырубленного первым, — схватив мой рукав, начал атаку первым. И моя честь не позволила оставить этот бесчестный поступок безнаказанным.

— Ян! — в зал словно вихрь влетел дед. — ТЫ как? — его руки засияли голубым цветом, а губы шептали:

— Легкое рассечение на голове, переутомление, ушиб головы. Мальчик мой! Как ты сумел победить Бао и его прихвостней?

— Бэй! Твой внук устроил драку в моем заведении, — начала было женщина, но озверевший старик заткнул ее одним словом.

— Куанг, — в голосе деда был металл. Осанка старика выглядела так, будто он проглотил лом. — В любом месте, в любое время я готов принять секундантов твоего дяди и пусть суд Чести рассудит, кто прав, — руки старика выглядели, будто он сжимает свое любимое гуаньдао. — Мой внук защищался, если в твоем заведении гостям не могут обеспечить защиту, то у Розы Заката настали тяжелые времена.

— Бэй, ты забываешься! — голос владелицы звенел от возмущения.

— Девочка, — голос господина Бэя стал тихим, как шепот, и острым, как отточенная сталь. — Это ты забываешься, ты остановила этого жалкого ублюдка лишь потому, что знаешь, стоит вам еще раз напасть на моего внука и старик Кровавый вихрь вырежет всю вашу семейку, прежде чем кто-то из вас успеет пикнуть, —