Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

всегда было сражаться, а не управлять, — он осушил пиалу и тут же налил еще. — Почему ты напал на Бао? — его тяжелый взгляд сверлил мою переносицу. Ну да, ну да, вот прям сейчас проникнусь твоим тяжелым взглядом и скажу, что это я во всем виноват.

— Я напал? — мое лицо выражало крайнюю степень удивления. — Я всего лишь защищал свою честь и честь семьи Ву, — мои слова прервал оглушительный хохот деда и губернатора.

— Прости, мой мальчик, — произнес дед, отсмеявшись, — ты не в курсе, но именно так твой отец оправдывался, когда впервые серьезно избил нескольких бойцов семьи Дайфан.

— Сын своего отца и внук своего деда. А теперь серьезно, почему ты атаковал? Ты же всегда был книжником и не любил драки, тихий, спокойный мальчик, а сейчас ты ощущаешься как тигр, запертый в клетку, готовый в любой момент атаковать, — понимая, что отвечать все равно придется, я посмотрел на деда, и тот кивнул.

— Я стал другим Яном, — вот тебе правда, старик. — Больше никаких отступлений, я стану мастером пяти колец силы. Это моя жизнь и судьба, — я говорил эти слова и сам чувствовал, как невидимая энергия течет по моим внутренним меридианам. «Все верно, мой мальчик. Мы становимся сильнее с каждым решением, с каждым боем. Вершины мастерства достигаются только в бою, но нет разницы, кто твой противник. Опасный боец, идущий путем колец силы, ужасный монстр или самое опасное в мире существо — ты сам. Дзигоку готовится выплеснуться в этот мир, и наша задача — встретить его во всеоружии.» Что же ты за тварь в моей голове? «Узнаешь, когда придет время, а пока развивайся, маленький братец», — раздался в моей голове издевательский смех.

— Правильные слова для ступившего на путь мастерства, но это не ответ для меня, — его тяжелый взгляд продолжал пытаться проникнуть в мою душу. Да хрен тебе старик! Никто не мог залезть в мою голову на пресконференциях, а там были такие акулы пера, что куда тебе до них.

— Они оскорбили меня, посмели напасть, и я ответил как подобает шан! — я смотрел губернатору прямо в глаза. — После того, как я потерял память, я получил знания о том, как сражаться, и начал оттачивать это искусство, а тут эти выродки решили, что могут безнаказанно оскорблять меня и мою семью. Никто не смеет оскорблять честь моей семьи, — едва сдерживаясь от нахлынувшей на меня ярости, почти прорычал я. Дед смотрел на меня с одобрительной улыбкой.

— Я никогда не видел такой стиль раньше, Хван. Чьи бы знания у него ни проявились, он был настоящим мастером. Может, кто-то из благочестивых духов решил, что моему мальчику пора вступить на путь истинного мастера, и он решил стать его наставником.

— Может, и так, — губернатор снова в задумчивости начал крутить ус. — Держи, — он быстро сдернул с руки тяжелый браслет с зеленоватыми камнями и бросил его мне. Поймав браслет, я покрутил его в руках и посмотрел на деда.

Дед расслабленно смотрел на губернатора, а тот был напряжен так, будто сейчас выхватит клинок из ножен и одним ударом снесет мою голову, но видя, что я спокойно кручу браслет, он словно выдохнул и внутренне расслабился, внешне оставаясь все так же сдержан.

— Прости, старший брат, но я должен был проверить. Родная кровь — слишком сильная связь, чтобы так рисковать, а когда она еще и последняя, то тем более, — извиняющимся голосом произнес Хван.

— Все в порядке, брат. Это было первое, что я сделал, когда узнал о его видениях. Слишком долго мы с тобой были на Стене. Слишком сильно привычки защитников стены впитались в наше естество. Так что это или кто-то из благочестивых духов, решивших направить моего внука, или же один из младших богов, — видя мой взгляд, переходящий с одного на другого, дед начал рассказывать:

— Это браслет из нефрита, освященного в храме, если бы на тебе было проклятие мертвых земель или в твоем теле был бы злой дух, подчинивший твою волю, ты бы не смог даже прикоснуться к нефриту. Нефрит — священный камень Земли и Неба, он воплощает в себе стремление всего мира к балансу, — старик смотрел в задумчивости на меня, продолжая рассказывать. — Ты бы знал, скольких отличных ребят мы потеряли. Скверна меняет человека иногда слишком быстро. И благочестивый должен вернуть братьев и сестер на путь истины любым способом. Даже если, чтобы вернуться им придется умереть. — лицо деда на несколько мгновений изменилось, словно он вспомнил, что-то что он хотел давным давно забыть.

Погрузившись в свои мысли, я не сразу заметил, что ароматические свечи прогорели уже наполовину и на улицу начали опускаться сумерки. Дед и губернатор приговорили уже по паре кувшинов вина и при этом были свежи, словно они ничего не пили. Вслушиваясь в их разговор, я понял, что они обсуждают мое будущее.

— Пойми, Бэй, грядет война. До открытия врат Дзигоку нам дают от трех до десяти лет, и именно поэтому клановые бегают, словно их оса ужалила в задницу, — он снова отхлебнул вина.

— Ты же понимаешь, Хван, что у парня потенциальный талант к управлению кольцами силы. Он сможет стать шугензя и усилить армию Империи.

— Я-то с тобой согласен, но приказ совета регентов это приказ совета регентов. Решай сам, или он идет по пути чести и сам достигнет всего, пройдя, как и мы, через академию и все те сложности подготовки в императорской армии, или же мы заплатим, чтобы он не терял времени и развил свои способности, став шугензя.

Дед взял в руки кувшин и, игнорируя чащу, отхлебнул из горла, наблюдая за тем, как сумерки спускаются на город. А потом пристально посмотрел мне прямо в глаза. Наступила минута неловкого молчания, которую старик прервал первым.

— Вода всегда находит свой путь, так и мой внук найдет свой путь. Мы оставим этот разговор до прочтения указа совета регентов.

— Ты же понимаешь, что после указа цена будет намного выше, — усмехаясь в усы, произнес Хван.

— Прекрасно понимаю, как и понимаю, что в совете не все так гладко, как они пытаются показать на людях. Ян, то что ты здесь слышишь, не должно обсуждаться ни с кем, кроме меня или губернатора. Ты меня понял? — дед вновь посмотрел на меня.

— Прекрасно понимаю тебя, дедушка. И если мое мнение учитывается, то я бы попробовал пройти свой путь путем Чести и следовать по уготованному пути для шан, — да-да, конечно, я прям такой восторженный идиот, что пойду в академию для магов,