Системный Кузнец VI - Ярослав Мечников

А потом — едва заметная улыбка, первая за время нашего знакомства.

— Принимаю, — произнесла Леди. Голос снова стал сухим и официальным, но улыбка ещё не исчезла. — Это… достойная задача.

— И ещё, — добавил. — Может быть… в будущем… могли бы научить меня.

— Научить?

— Зачарованию. Хотя бы основам.

Серафина моргнула — кажется, не ожидала.

— Ты… хочешь учиться?

— Хочу понимать. Каждый инструмент, каждый навык — это преимущество. А я… — усмехнулся, — всего лишь кузнец — мне многого не хватает.

Девушка молчала долго и оценивающе.

— Что ж, — произнесла наконец. Голос был сухим, почти равнодушным, но в глазах что-то блеснуло. — Возможно — если найдётся время.

— Благодарю.

Между нами снова повисло странное напряжение — невидимое, но ощутимое. Я — в теле четырнадцатилетнего подростка, но с разумом взрослого мужчины, она — молодая аристократка, привыкшая держать дистанцию.

И всё же что-то было.

Что-то, чего ни один из нас не мог или не хотел назвать.

— Тогда… — я откашлялся, разрывая момент. — Вы свободны — можете начинать работу.

Серафина кивнула — коротко, по-деловому.

Повернулась и пошла к своей нише — шаги были быстрыми, почти торопливыми. У входа замерла на мгновение и обернулась — наши взгляды встретились, а потом Леди исчезла за поворотом.

Остался один.

Ротонда опустела.

Подошёл к окну своей ниши — прислонился плечом к каменному косяку, глядя наружу.

Солнце висело над горами — яркое, клонящееся к западу. Дело шло к вечеру, но до заката было ещё далеко. Свет заливал долину, блестел на крышах Нижнего Города, превращая грязные улицы в реки расплавленного золота.

Красиво.

Странно думать о красоте, когда где-то в недрах земли ворочается древняя тварь.

Но солнце светило, и это хорошо.

Отошёл от окна, сел на стул у верстака. Поверхность была чистой — инструменты аккуратно разложены, каждый на своём месте. Вздохнул.

— Что ж, — произнёс вслух, хотя некому было слышать. — Начало положено.

Ребята, за 2к лайков будет дополнительная глава!

Глава 3

Работа в Плавильне заняла несколько часов. Плавка прошла гладко — металл тёк в формы ровно, без пузырей и трещин. Система отслеживала температуру с точностью до градуса, и я корректировал поддув, дёргая рычаги мехов. Пот заливал глаза, кожа на лице горела от жара, но результат того стоил — шесть осколков, похожих на серебряные угли с едва заметным стальным отливом.

Когда слитки остыли достаточно, чтобы их можно было брать голыми руками, отправил слугу за Ульфом.

Детина появился через полчаса в чистой рубахе, которую явно выдали в замке. Слуга семенил следом, явно не зная, как относиться к великану с детским лицом.

— Кай! — Ульф бросился ко мне, едва не сбив с ног. — Кай вернулся!

Невольно улыбнулся, похлопав парня по плечу.

— Как ты тут, старина?

Ульф начал рассказывать, перескакивая с одного на другое, размахивая огромными ручищами. Его накормили кашей с мясом, дали кровать — мягкую, с подушкой, похожей на облако и разрешили гулять по коридорам, по двору, и никто не кричал, не бил, не гнал прочь.

— А ещё… — Ульф наклонился ко мне, понижая голос до громкого шёпота, — а ещё там птички были на стене. Маленькие, серые. Они прыг-прыг!

Простая радость: еда, отдых, птички на стене. Для детины это было чудом, а для большинства людей — обыденностью, которую даже не замечают.

— Хорошо, — сказал я. — Это хорошо, Ульф.

А потом мы работали.

Пробивание слитков — процесс, необходимый для подготовки металла к ковке. Нужно разбить литую структуру, создать внутреннее напряжение, которое потом распределится при нагреве и ударах. Для этого требовались сильные, точные удары — кто справится лучше, чем Ульф?

Я укладывал слиток на малую наковальню, установленную в углу Плавильни. Показывал Ульфу, куда бить — сначала в центр, потом по краям, потом снова в центр. Тяжёлая кувалда взлетала в его руках, как игрушка, и опускалась с глухим звоном.

— Сюда, — указывал я. — Теперь сюда. Чуть легче. Хорошо.

Паренек слушал и выполнял, лицо было сосредоточенным — брови сошлись, кончик языка высунулся от усердия. Он бил с тем же ритмом, что и всегда — идеальным, врождённым чувством такта, которому позавидовал бы любой мастер.

Слитки покрывались сеткой мелких трещин, становились податливыми, готовыми к настоящей работе.

[Процесс: «Пробивание заготовок».]

[Статус: Завершён.]

[Внутренняя структура металла подготовлена к горячей ковке. Риск образования скрытых дефектов снижен на 34 %.]

И вот теперь мы шли обратно по гулким коридорам, мимо закрытых дверей и маслянных ламп в бронзовых держателях.

Дверь в Ротонду показалась впереди — тяжёлая, окованная железом. Толкнул её плечом и шагнул внутрь.

Замер.

В Ротонде было людно.

За центральным столом, заваленным чертежами и инструментами, сидели трое мужчин в форме Каменных Грифонов. Стальные нагрудники тускло блестели в свете масляных ламп, на плечах — красные накидки с вышитым гербом: грифон, вцепившийся когтями в скалу.

Гюнтер стоял у дальней стены, скрестив массивные руки на груди — обожжённое лицо было непроницаемым, но заметил напряжение в плечах. Серафина замерла у входа в свою нишу — бледная и прямая, как струна.

Хью не было.

Три пары глаз повернулись ко мне. Физически ощутил оценивающие взгляды, холодные, профессиональные, как у людей, которые привыкли мгновенно определять угрозу.

Первый — широкоплечий мужчина лет тридцати пяти с квадратной челюстью и густыми бровями, сросшимися на переносице.

Второй — худощавый, но жилистый, с острыми чертами лица и глубоко посаженными глазами. Волосы почти белые, собраны в короткий хвост на затылке.

Третий — с круглым лицом, веснушки на носу, но взгляд человека, видевшего слишком много для своих лет.

Быстро отметил: капитана Родерика среди них не было. Это удивило — был уверен, что именно он возглавлял тот злополучный поход.

— Добрый день, — произнёс, входя в зал.

Голос прозвучал ровно, но ощущал себя как под прицелом — три опытных воина смотрели на подростка с кожаным мешком за плечом, и в глазах читалось очевидное: «Это что за щенок?»

Браслет на запястье похолодел, напоминая о себе. «Длань Горы» делала своё дело, приглушая вспышку раздражения.

Выдержал их взгляды — не отвёл глаза и не сгорбился. Просто стоял, ожидая.

Широкоплечий первым нарушил молчание — хмыкнул, едва заметно качнув головой.

— Ульф, — тихо сказал я, повернувшись к детине. — Отнеси слитки в мастерскую и подожди там.

Парень кивнул, бросив настороженный взгляд на солдат. Огромная фигура прошла через зал — воины проводили его глазами, и заметил, как светловолосый слегка подался назад, когда великан прошёл мимо.

Гюнтер откашлялся, отлипая от стены.

— Мастер Кай, — голос лысого прозвучал официально,