Гордость, предубеждение и демон - Вениамин Шер

Хлопок.

Вокруг продолжает играть моя любимая музыка с ужасающей громкостью, а я чувствую, как падаю на твёрдый бетонный пол, одновременно закрывая глаза.

Темнота.

«Странно… Почему жертва стояла?» — не понял я.

Мой носитель находился без сознания. Музыка сразу прекратилась, но кто-то, видимо, бросил на пол гитару, потому как после громкого стука начался невыносимый свист.

«Да отключи же ты оборудование!» — рявкнул я в негодовании.

— Руся! Что с тобой⁈ — услышал над ухом мужской голос на русском языке.

«Хм… — мысленно схватился за подбородок. — Значит я попал в Россию. Классно. Да ещё в Руслана? Ну всё, шашлык, я иду к тебе!»

Однако мне была непонятна одна вещь — они все удивлялись. Меня начал кто-то шевелить, затем поднимать и схватил на руки. Только сейчас пришло ощущение, что я маловат для мужика.

Но почему меня тогда назвали Русланом? Ладно, мне главное, что я очень…

«Близко к шашлыку⁈» — мысленно взвизгнул я.

Меня посадили на какое-то кресло, и я почувствовал отсюда запах свиного шашлыка, прямо как от пирожных из кондитерской «Мясник Дадди».

«Так, надо брать всё в свои руки… Экзорцистов в России практически нет, поэтому, если я слегка пошалю, ничего страшного», — судорожно подумал я, ощущая шило в одном месте.

— Надо скорую вызывать…

— Давай, какой там номер… — услышал я мужские бормотания.

Тут же открыл глаза и начал осматриваться.

Всё было как я и предполагал. Мой носитель — женщина. Вот только я находился в слегка маленьком шоке от непонимания, какой бред здесь происходит. Вызывают демонов обычно в прикованную жертву, но никак не призыватель в самого себя. Либо эта девчушка виртуозный самоубийца, либо кто-то из присутствующих перчиков явный сатанист и обманом вынудил девицу встать в жертвенный круг. Но это как-то неубедительно — чёрных душонок я не чувствую.

— Марусь! Ты как⁈ — подбежали ко мне волосатые парни в чёрных стильных шмотках.

«Ха! Ма-русь-я, значит, ладна-а…» — мысленно стал я тренироваться на русском.

Разговаривать с ними пока не буду, нужно настроить голосовые связки и не ляпнуть что-нибудь на греческом или латыни. И пока мой носитель без сознания, надо пользоваться моментом.

Передо мной стоял небольшой деревянный стол со всяческими съестными продуктами, а на двух пластиковых одноразовых тарелках был навален шашлык. Лучезарно улыбнувшись парням, я показал американский жест — с греческими корнями — пальцами «Окей», и тут же голыми руками накинулся на ещё тёпленький шашлычок.

«М-м-м! Щедрый Сатана, как же это вкусно!» — во всех красках кайфанул я.

Вот он, один единственный, но самый жирный плюс, когда твой носитель женщина — вкусовые рецепторы просто пылают красками.

— Маруся… Да что с тобой такое⁈ — возмутился длинноволосый шатен в чёрной футболке-безрукавке.

Не обращая на них внимания, я в это время уже проглатывал пятый кусок шашлыка. Уж слишком торопился набить своё брюхо, а оттого весь измазался таким вкусным, свиным жиром с дымком.

— Может, она стукнулась головой сильно… — обалдевши проблеял черноволосый в шапке.

Вкусовые ощущения у женщин, конечно, яркие, но вот животы очень маленькие. Уже чувствую, как он вспучился. Ладно, ещё кусочек, и надо будет как-нибудь успокоить этих пацанов.

— Ха-о! С-емляне! — провозгласил я с набитым ртом и поднял замасленную в шашлыке ладошку.

После моих слов все пацаны на меня вылупились, как Иуда на ворота в Рай. Хотя, это наверно из-за того, что я не сильно женственно это сказал. С таким тонюсеньким голоском нужно говорить что-то помягче, допустим: «Приветик, человечишки!»

— Э-э… — отвис высокий чернявый парень с зализанными к затылку волосами. — Ну если прикалывается, то я думаю, всё нормально…

После этого ко мне изумлённо обратился длинноволосый шатен, который, похоже, меня и перенёс к шашлыку:

— Руся, ты чего на шашлык накинулась, как одержимая? — и заломил бровь.

— Что за глупости ты излагаешь⁈ Я не одержимы… мая! — растерялся я, что меня могли так быстро раскрыть.

Но на моё возмущение их градус удивления не снизился, а наоборот — вырос. А тот, что был в кепке и держал в руках бас-гитару, ржанул, как конь.

«Да что я не так говорю-то?» — вскинул я брови в удивлении.

Похоже, надо было больше русских фильмов смотреть, а не жиденькие их блокбастеры средней паршивости.

— Я так понял, ребята, праздник удался. Думаю, надо закругляться, — хмыкнул шатен, качая головой.

«Так… „Закругляться“ — это, по-моему, „заканчивать“. А что заканчивать? Ага! Всё просто — это гараж и тут музыкальное оборудование. Следовательно, эти ребята тут отдыхали, играли музыку и репетировали… с вызовом демона… песней. Что за бред⁈» — моя гениальная логическая цепочка немного не стыковалась в голове.

— Может, сейчас передохнёт, и нормально всё будет? — не согласился чернявый в шапке. — Можно в крайнем случае её на такси отправить.

— Отправляем. Кто с ней поедет? — спросил шатен у всех. — Проводить нужно до двери.

— Да, я метнусь, — пожал плечами высокий и начал накидывать свою косуху.

«Сатанист! Душа носителя просыпается! Так, надо сымитировать обморок и отдать ей управление телом…» — слегка сел я на измену, но быстро сориентировался.

— Ой! Что-то голова закружилась… — театрально пискнул я, хватаясь за лоб и откинулся на кресле, закрыв глаза.

Руки носителя были все в сочном и пахучем свином жирку, но благодаря мне, теперь соки шашлыка были и на лице.

— Да что за нахрен⁈ — прошипел один из них.

— Короче, я звоню в скорую… — сказал другой.

Прошло полминуты и, наконец, она очнулась. Мои глаза снова открылись. Девушка начала быстро моргать и оглядываться по сторонам. Тут же обратила внимание на свои руки, которые были измазаны в шашлыке по самые запястья.

— Ребята… Что… что произошло? — обомлела Маруся. — Почему я в кресле и вся в шашлыке заляпана⁈ — добавила возмущённо, схватила стопку салфеток и начала тщательно всё оттирать.

— Это ты нам скажи, — напряжённо выдал шатен и спросил: — Ты что, ничего не помнишь, что было несколько минут назад?

Маруся удивлённо подняла взгляд и помотала головой, при этом продолжая оттирать с лица следы от шашлыка.

— Ты потеряла сознание от своих дебильных тренировок и диет… — ответил он.

— Да. Жека тебя перенёс на кресло, — ткнул чернявый в шатена. — А ты через минуту проснулась. А потом странно улыбаясь, с бешеными глазами накинулась