Надеюсь, увидимся еще не скоро - Габриэль Коста

Бледная, холодная рука Джихвана ловко заправила выбившуюся прядь за ухо Минджу, слегка пощекотав нежную кожу. Детектив потянулась ладонью, чуть не сталкиваясь со жнецом пальцами. Нельзя допустить прямого контакта, иначе случился бы крайне неловкий момент.

– Увидимся, Мин-Мин… – одними губами сказал он.

Джихван исчез в перламутровом свете и летящих лепестках сливы.

* * *

Джихван окинул взглядом комнату. Такое, к сожалению, он видел уже не в первый раз. Тот факт, что он осуществлял перевод душ из мира живых в мир мертвых только после насильственной смерти, сам по себе подразумевал работу в большинстве своем с убийствами. Так случилось и сейчас.

Неизвестный ворвался в дом и зарезал семейную пару за просмотром телешоу. В этот раз жнец задержался более чем на полтора часа, поэтому полиция уже накрыла тела и собирала улики. Но он не мог понять, почему девочку, вероятно дочь погибших, еще не увели. Ее успокаивали и пытались привести в чувство. Сам Джихван не мог оторвать от нее взгляд. Его сердце, полностью лишенное человеческих переживаний, заныло в давно забытом ощущении – сожалении. Он понимал, что зря пренебрег своими обязанностями и явился так поздно. Воздух словно дрожал. Так душа перерождалась в вонгви, однако у него еще имелось в распоряжении время. Седой отец девочки стоял около своей жены, которая безуспешно пыталась обнять дочь.

– Минджу, дорогая, мама здесь, ты чего плачешь? Мин-Мин, все хорошо! Посмотри на меня, я же тут, я в порядке. – Голос матери срывался. Ее душа уже должна была смириться с тем, что тело умерло, и это облегчило бы переход в иной мир.

– Вы пришли за нами? – Отец девочки посмотрел на Джихвана.

Неудивительно, что он догадался. Высокий мужчина с мертвецки бледной кожей в похоронном костюме.

– Боюсь, мы еще не готовы к… дальнейшему пути.

– Стали готовы в тот момент, как ваши сердца перестали биться. – Джихван заметил, как голос душ и людей начинал дрожать во время обсуждения перехода за черту. – Я опоздал к вам. Ваше новое путешествие должно начаться в скором времени, иначе возможности попасть по ту у сторону вас не будет.

– Это обязательно? – спросила душа отца Минджу.

– Не сказал бы, что у вас есть выбор. Если ритуал не свершится, вы все равно в скором времени потеряете память. Я так понимаю, ваша дочь – главный якорь и причина задерживаться в мире живых?

Отвечая на его вопрос, душа отца кивнула.

– Тогда это размен вечности на мгновения. Скоро процесс станет необратим.

– Но как же она здесь будет без нас? – торговалась тем временем душа.

Джихван сразу понял желание души отца задержать ритуал, чтобы жена могла пробыть с дочерью как можно дольше.

– Как и все те люди, которые рано теряют родителей, братьев, сестер, друзей, – холодно ответил жнец. – У смерти нет подходящего момента. Она случается в предопределенное время, и все на этом. Таково правило этого мира. – Он кивнул головой. – С ней все будет хорошо.

– Вы так уверены? – с недоверием спросила душа.

– Конечно. – Джихван сделал шаг вперед.

Он чувствовал, как воздух вокруг них начал накаляться. Перерождение в вонгви приближалось. К сожалению, жнецу придется пойти на уловку.

– Я обещаюпроследить за ней, пока она не станет достаточно сильной, – сказал Джихван.

– Правда? – Душа мамы Минджу повернулась к нему. – У меня в жизни и не было кого-то ценнее Мин-Мин. Прошу вас… Присмотрите за ней хотя бы до совершеннолетия. Мин-Мин очень хорошая девочка, она заслуживает счастья.

–Конечно, как и любой другой человек, – мягко сказал Джихван. – Я прослежу за ней. Поверьте мне. – Очертания комнаты начали терять цвет. – Но сейчас пришло время начать новый путь. Давайте покинем место преступления, оно еще до сих пор держит вас и не дает начать ритуал.

Услышав его предложение, души кивнули, и, стоило только Джихвану легонько махнуть рукой, они втроем оказались на тротуаре. Вечер, Сеул, легкий дождь и духота. Все как обычно. Жнец посмотрел по сторонам и заметил, как тут и там прямо из асфальта начали пробиваться лютики вместе с китайской розой. Он по привычке выдохнул от облегчения. Гоняться за взбесившимся вонгви – то, чего ему сейчас не хватало. Особенно из-за своей же ошибки.

Цветки, несмотря на капли дождя, продолжали пробиваться и тянуться к небу, чтобы через мгновение засветиться и рассыпаться на лепестки. Оранжевые лепестки лютиков с кроваво-красными лепестками роз под неоновыми вывесками магазинов заставили Джихвана потерять еще пару мгновений. Каждый ритуал – настоящее искусство. В чувство его привела чужая рука. Душа матери дернула его за рукав, утягивая все его внимание. Ее сознание до сих пор не угасло, несмотря на то что ритуал уже вовсю совершался.

– Помните о своем обещании. Помните, иначе моя душа никогда не упокоится, – все продолжала умолять его она. – Моя Мин-Мин, она не может остаться одна…

– Я пообещал вам.Я, Шин Джихван, сдержу обещание. – Он прикрыл глаза на мгновение, так как свет в его груди ярко вспыхнул. – А теперь вам пора отправиться в путь.

– Помните о словах, что вы говорите. Они имеют ценность даже после смерти, – прошептала душа мамы Минджу.

Эти слова что-то тронули в Джихване. Душа женщины так искренне и отчаянно просила его не бросать дочь, что обещание из липового вполне могло стать истинным.

Он поднял руку и ухватился за ткань мироздания, резко сдернув ее, и открыл врата в мир мертвых. Перламутровый свет ударил в глаза, и души в последний раз посмотрели на него, словно снова напоминая о просьбе, и Джихвану не оставалось ничего, кроме как кивнуть.

Лепестки лютиков и роз смешались в один смерч, и пара душ зашагала в сторону врат под печальным взглядом жнеца. Вот такой сильной была любовь матери к ребенку, что даже после смерти она не выпрашивала второй шанс на жизнь для себя, а молила присмотреть за дочерью.

Джихван поднял руку вверх, когда души переступили черту, и резко опустил, закрывая ворота. Дрожь покинула его тело, и звук то ли визга, то ли шипения прекратился: перерождение в вонгви не произошло. Он вытер лоб, словно там мог проступить пот.

– Проклятие. – Он вытер лоб еще раз, понимая, что это капли воды, и немного успокоился.

Джихван обычно