На острие проклятия - Виктория Хорошилова

— Рик, не будь занудой и скажи, сколько тебе лет? Ты ж не девица, чтобы возраст скрывать!

— Ну, я чуть старше Иры. Только если Ируську прокляли, с этим я еще разберусь. Ребус ты мой

ходячий. То я осознанно стал изучать магию и как жить долго и быть сильным. И, кстати,

Тэйлин, я хочу, чтобы Ира поехала на ближайшие соревнования, как раз на третьем курсе будет!

— Я ж не против. Она хорошо владеет мечом и всеми видами холодного оружия. Меня один раз

едва не убила и то испугалась и вовремя остановилась.

— Что?! Серьезно?

— Да, представляешь! Я сам в шоке был.

— Я тоже, — сказала я тихо. — Просто Арчи меня не щадил, и это дало свои результаты. База

хоть и хорошая была, но когда у нас был первый спарринг, я ощутила себя неучем.

— А она до этого сотню лет уже занималась! — сказал Рик.

— Хм. Рик, научи ее делать проекции. Узнаем много интересного.

— Как резерв? — спросил строго Рик Лишкорт.

— Процентов восемьдесят. У меня есть вопрос, магистр, — он кивнул, — по видению магии.

— Я заметил, ты видишь.

— Да, но четко вижу только с переезда. Вы говорили, что Арчи воздействовал, чтобы я ему не

отказала в близости. Но почему тогда я не видела магию, а только ощущала? А когда жила у

Бонса, то начинала видеть. Хотя когда сама скиталась — не видела, наверное. Больше по наитию

действовала.

— Ребус ты мой любимый. Любопытную ты мне задачку подкинула. Возможно, из-за ментального

воздействия ты не видела. По большому счету, ты начала видеть магию, когда осознанно начала

магически развиваться. А этот пройдоха клыкастый искажал твое восприятие. Выбить бы ему

клыки.

— Он не такой уж и плохой, и думаю, жена ему мозг вынесет. Если не решится меня прибить. Да

и что там таить, в постели он был хорош. Только за это не хочется на него сердиться.

— Да ты в него влюбилась! — воскликнул Лишкорт. — Несмотря на воздействие!

— И всё же я ожидала, когда меня пошлют или отошлют. Некая доля садомазохизма

присутствовала.

— Как самокритично, — буркнул куратор.

— Просто не хочу допускать мысли, что я была настолько дурой все эти столетия.

— Ты не была дурой, — рыкнул Ялин. — Он просто тебя использовал.

— А я его, — все опешили. — Мне было страшно уйти. А он нуждался во мне, потому я и

оставалась. Это неприятно — очнуться в пути и осознать, что ты уже несколько дней без

перерыва идешь неизвестно куда. Вы, куратор, говорили про практику летом, а у меня это была

грёбаная практика на протяжении тысячи лет с гаком. Я знаю, как выжить в лесу, поле, болоте,

не имея ничего. И это совсем не то, что хочется повторять. Видимо, поэтому я за него и

вцепилась, и не сопротивлялась. Да, он поступил не очень правильно. Но ему найдётся кто мозг

вынесет. Думаю, его Лизи не зря мне стервой показалась. Ведь о его свадьбе я узнала

накануне, а на следующий день ушла, сразу после знакомства с ней.

— И часто ты по болотам лазила? — спросил медведь.

— Один раз чуть не утонула в трясине. И пару раз переходила вброд.

— Хорошо хоть на практике без болот, — вздохнул куратор.

Да, первая летняя практика была примечательной. Мы блудили по лесу три дня! Потому что

парни возомнили себя самыми умными и не хотели слушать девчонку. Хорошо, что я не завишу от

еды, в отличие от них. Меня стали слушать только спустя три голодных дня. Я им и слова не

сказала, что они дебилы, — они это сами поняли. Но на нужную точку я их вывела. А ночью нас

решили проверить магистры во второй ипостаси. Парни визжали так, что уши закладывало.

— А ну рты заткнули! — рявкнула я. — Добрый вечер, мастер Ялин, остальным тоже желаю не

оглохнуть. Если кто ещё орать будет, придушу до лёгкого обморока!

Парни из группы не успели разбежаться и заткнулись.

— Я спать. Если ещё хоть кто что вякнет, пожалеет, что рот открыл.

Молчали все, даже преподаватели. Разбор полётов устроили только утром.

— Маринира, отлично справилась с практикой, — сказал магистр Ялин и передал мне мясные

лепёшки и пару пирожных. — Это от моей жены, просила передать лично в руки. Ждёт тебя после

практики.

У большинства был не зачёт.

— Я чуть не оглох. Чего так орать-то?!

— Типа первый раз куратора увидели, — фыркнула я парням. — Откуда только силы были так

голосить? Ладно, я привыкла не есть, а эти три дня не жравши — и всё равно орут как резаные.

Моя практика закончилась на следующий день. Я отправилась отдыхать и релаксировать с

пирожными и чаем, а потом работала летом в кафе у Тэяны. На удивление ко мне стал оказывать

знаки внимания молодой офицер. Тэяна начала отпускать меня с работы на пару часов раньше,

чтобы я могла сходить с ним на свидания. Но я замечала, что она хмурится, глядя на парня,

который ухаживал за мной. Он гулял со мной в основном летом после работы, а во время учебы –

только на выходных, тоже после моей смены. Это всегда приходилось на темное время суток.

Тэяна ворчала, что нужно не только по ночам шататься. Я стеснялась сказать ей, что наши

отношения быстро перешли в встречи для секса. После работы меня не по городу водили, а в

гостиницу на часик интима, а потом провожали к академии.

На мои предложения просто погулять он смотрел, как на невероятную глупость, и напоминал,

что днем мы оба заняты работой. Когда я начала отказываться от интимных встреч, Макс

сердился. Тогда он предлагал якобы просто погулять, но тоже только ночью. Меня должно было

насторожить, что он избегает попадаться моим одногруппникам и магистрам на глаза. С ребятами

с курса у меня сложились дружеские отношения, и они намекали, что хотят увидеть моего

кавалера. Макс на такие предложения мило смущался. Он ухаживал нежно, и иногда хотелось

согласиться на его условия. Он стал чередовать встречи: часть из них проводил в кровати,

часть – сначала прогулка, потом все же гостиница.

На третьем курсе я