Пьяный некромант и семейные ценности - Mediocre

– Мужики, – сказал он.

– Что?

– У нас в доме демон…

– У нас в доме княжна, которая не спит и не ест; огневик, который уже тучу лет не может даже спичку поджечь и некромант, который воскресить может только мышь и только с бодуна! Демон – это уже мелочи.

Петр усмехнулся и, покачав головой, пошел в кухню. Я хотел было пойти за ним следом, но Саша меня остановил.

– Ты заметил? Она плакала…

– Заметил, – ответил я. – Это странно. Я думал она чем дальше от меня тем мертвее, а тут на тебе…

Лиза тем временем вернулась: переоделась, видимо, сходила умыться. Фрысу так и держала на руках и животинка, кажется, даже задремала.

– Ей холодно было, – сказала Лиза, садясь в кресло. – А теперь тепло.

Мы с Сашей переглянулись.

– Лиза… – осторожно начал я. – Ты ведь понимаешь, кто она? Это не зверушка. Это тварь из прорыва.

– Понимаю, – спокойно ответила княжна. – Но она не злая.

– Так не бывает, – я сел напротив.

– Тогда, может, она просто другая, – тихо сказала Лиза, и ее голос вдруг прозвучал очень мягко. – Я ведь тоже “другая”, но вы же меня не боитесь?

Ответить мне было нечего.

Фрыса зевнула и снова фыркнула, будто соглашаясь с хозяйкой.

Саша покачал головой, направился к двери.

– Я схожу к Нечаеву, скажу ему что мы Лизу нашли, – пробормотал он. – Пусть хоть выдохнет.

– Подожди, – остановил я. – Уже поздно, утром все ему скажешь.

Но утра, похоже, ждать не придется: уже через минуту в дверь постучали. На пороге – один из новобранцев, уставший солдатик, в шинели занесенной снегом.

– Господин Демидов, господин Альский, – произнес он, вытянувшись. – По приказу генерала-губернатора. Вас обоих ждут в штабе. Вместе с княжной. По делу найденного… гм… существа.

Фрыса подняла голову и тихо фыркнула, словно поняла, что речь идет о ней.

Глава 4

Откосить от разговора с Аркадием Львовичем не удалось. Максимум, что мы смогли – это отсрочить “казнь”, отложив неприятный диалог до утра.

Ночь оказалась долгой, никто толком не спал. Лиза сидела у камина, наблюдая за тем, как спит Фрыса, свернувшись клубком у огня. Мы с Сашей заявили, что спать тоже не хотим и обосновались в гостиной: он – с книгой, я – с бокалом, и в итоге оба всю ночь следили за княжной, опасаясь, как бы ее новый питомец не напал на девушку. Справедливости ради, нужно отметить, что Фрыса вообще не проявляла никакой агрессии – складывалось полное ощущение, что ей вообще все пофиг: тепло, уютно и еду дают, что еще нужно для счастья? Под утро Саша начал ворчать, что генерал-губернатор нас сегодня точно вздернет, мне тоже идти никуда не хотелось, но деваться было некуда – штаб ждал…

Кабинет губернатора встретил нас непривычной тишиной – только тихонько потрескивали дрова в печи да шуршали бумаги под рукой дежурного писаря. В окнах стоял морозный свет, а сам Нечаев сидел за столом, ровный, собранный, в мундире застегнутом на все пуговицы и без единой складки, что не предвещало ничего хорошего. Когда мы вошли, он не поднялся и не поздоровался, просто отложил перо, посмотрел поверх очков и сказал:

– Значит, вы притащили в город порождение прорыва. Правильно я понимаю?

– Не совсем, – тихо сказал я. – Это не совсем демон…

– А что же это тогда, Демидов? – голос у Аркадия Львовича был ровный, без угрозы, но в нем чувствовалось недовольство и усталость. – Это не корова и не курица… Не зверек с ярмарки…

Саша кашлянул, будто пытаясь смягчить обстановку:

– Существо мелкое, мирное. Мы проверили, оно не проявляет агрессии. Княжна… – он замялся, – нашла его во время прорыва и, видимо, каким-то образом подчинила…

– Подчинила, говоришь… – генерал нахмурился. – Хорошо бы вы сначала подумали, что за этим “каким-то образом” может стоять, а уж потом действовали!

Он посмотрел на Лизу. Та стояла спокойно, руки сложены перед собой, подбородок чуть приподнят. Глаза с фиолетовым отсветом очень внимательно следят за губернатором.

– А вы, княжна, – обратился к ней Нечаев, – вы-то хоть осознаете, что натворили?

– Я спасла живое существо, – отрезала нежить. – Он там замерзал…

Мне даже не понадобилось озвучивать генерал-губернатору, что Лиза ответила на его слова – ему в принципе ее ответ был не интересен:

– Мы ее Фрысой назвали… – пробормотал я.

– Из прорыва вышло, значит – это демон. Как ни назови его! – рявкнул Нечаев. – Я, многоуважаемый господин Демидов, много чего на своем веку повидал и спасать мне приходилось много кого: от собак до еретиков. Но я служу Империи, и служу не первый год. Когда мне говорят: “принимай в город некроманта”, я молчу и делаю. Когда говорят: “береги княжну”, – я снова делаю. Но когда мне докладывают, что в моем городе на одной территории с женщинами и детьми живет тварь из прорыва, вот тут уж простите. Кто у огня играет, тот без бровей останется!

– Мы не хотели создавать проблем, – тихо сказал Саша.

– А выходит, что создали, – раздраженно и твердо ответил генерал-губернатор. – Я вас понимаю, правда понимаю. Молодые, сердцем живете, а не инструкцией. Но и вы поймите меня: у меня тут не пансион, а пограничный гарнизон. На западе за границей земли иностранные и иностранные маги, от которых сам черт не знает чего ждать; а за прорывами этот самый черт и есть, там даже не люди, а тьма. И я каждый день отвечаю за каждого, кто находится на моей земле: за детей, за стариков, за город целиком...

Он встал, опершись ладонями о стол.

– Поэтому решение одно: сообщаем в Петроград. Выписываем из города священника. Пусть осмотрит тварь, определит, что это вообще такое.

– Священник? – я шагнул ближе. – Они же все служители Ордена! А если донесут Патриарху? Если он узнает, то все наши усилия пойдут прахом…

– А если не сообщим и не вызовем, – отрезал генерал, – завтра весь север загудит, что Нечаев крышует нечисть. Этого я не могу себе позволить. Кто слухом