Искатель 26 - Сергей Шиленко

— Понятно, — Моркан медленно кивнул. — А что скажете вы, госпожа Шип? И вы, госпожа Ирен? Вы утверждаете, что Безымянная Богиня, Жива, Покровительница Весны, и Гелиора, Богиня Чистоты поддерживают этот так называемый Теневой крестовый поход?

Карина шагнула вперед, крепко сжав висящий на груди священный символ Гелиоры, розу с шипами.

— Малин Медобрук и его картель виновны в чудовищных, непростительных преступлениях против невинных душ, — резко, словно ударяя клинком, произнесла она. — Богини взывают о возмездии и провозгласили Артёма Крылова Мечом Правосудия и Защитником невинных.

Ирен, облаченная в свои жреческие одежды, кивнула. В каждом ее движении сквозила величественная царственная грация и исходила аура неоспоримой власти.

— Люменарианна, которую вы зовете Безымянной, лично призвала к этому Священному Походу. Она благословляет каждый шаг судьи и направляет его клинок, — мягко, но так, что ее услышал каждый в зале, произнесла Ирен.

Бариус выслушал обеих жриц, не изменившись в лице.

— Поддержка богинь имеет вес, — признал он. — Но она не отменяет законов Сул-Саровара и не освобождает смертных от ответственности за последствия своих решений. Ордер на арест судьи всё ещё действует. Пока он не отменён установленным порядком, я обязан напомнить об этом короне.

Я не стал спорить. Советник снова бил не по фактам о Консорциуме, а по нашей легитимности — и делал это достаточно грамотно, чтобы Моркан не мог просто отмахнуться.

Свидетельства союзников подтвердили, что мы не выдумали Консорциум. Но они не ответили на вопрос Бариуса: кто контролирует нас самих.

— Поэтому я не прошу верить мне на слово, — сказал я. — Проверяйте наши сведения, приказы и отчёты. Начните с материалов, связанных с вашим собственным двором.

Я посмотрел на первого советника.

— В документах Конторы есть переводы предприятиям вашей семьи и записи о встречах с посредниками Консорциума. Это ещё не приговор. Возможно, у операций есть законное объяснение. Но скрывать их от короля мы тоже не станем.

В зале повисла тишина.

Бариус побледнел, но не дрогнул.

— Тогда предъявите материалы по установленному порядку, — ответил он.

— Чёрт возьми! — прорычал Моркан Эрастил, с такой силой стиснув подлокотники трона, что у него побелели костяшки пальцев. Его тяжелый, испепеляющий взгляд вонзился в Бариуса. Король Сул-Саровара был в ярости. — Да объяснит мне кто-нибудь в конце концов, что здесь происходит⁈

Селисия Сильварин, сохраняя ледяное спокойствие, достала из своей сумки стопку плотных листов. Бумага тихо зашуршала, когда принцесса Харалдара протянула её правителю.

— Ваше Величество, полагаю, вы найдете это чтиво крайне интересным, — её голос эхом разнесся по замершему залу. — Нераскрытые финансовые активы вашего глубокоуважаемого советника, а также точные даты, время и места многочисленных тайных встреч между ним и лидерами криминального подполья Сул-Саровара. Причем, заметьте, всё это под прямым контролем Консорциума «Шалин Гранд».

Бариус побледнел, но с места не двинулся.

— Я отрицаю измену, — произнёс он после короткой паузы. — И требую, чтобы эти материалы рассматривались не в тронном зале и не под давлением вооружённых чужаков, а королевскими следователями. С проверкой печатей, свидетелей и происхождения каждой записи.

Моркан перевёл взгляд на меня.

— Разумное требование, — сказал король. — Судья, ваши люди передадут копии дознавателям. Оригиналы останутся там, где вы сочтёте безопасным, но должны быть доступны для сверки. До окончания проверки никто в этом зале не будет объявлен виновным.

Мне не понравилось, что добыча не легла к моим ногам сразу. Зато именно так поступил бы правитель, которому я хотел доверить целое королевство.

— Согласен, — ответил я. — При условии, что следственную группу выберете лично вы, и её участники пройдут проверку Чувством правды.

— Проверку проведут мои судьи, — отрезал Моркан. — Ваши жрицы смогут присутствовать как наблюдатели, но не будут выносить приговор.

— Принимается.

В зале зашевелилась гвардия, но клинки остались в ножнах. Двое офицеров встали по обе стороны от Бариуса — не как палачи, а как напоминание, что до завершения разбирательства первый советник тоже находится под властью закона.

Селисия, даже бровью не поведя на весь этот шум, сделала легкий реверанс.

— У нас также имеются письменные показания свидетелей, копии контрактов и других компрометирующих документов, а также координаты мест, где хранятся оригиналы, — продолжила она с хладнокровием истинного дипломата.

Моркан принял бумаги, но не стал читать их вслух. Он просмотрел первую страницу, затем вторую, и подозвал старшего королевского писца.

— Печати?

Тот осторожно взял один из листов, проверил воск, водяные знаки и структуру магического оттиска.

— На первый взгляд подлинные, Ваше Величество. Для заключения потребуется сверка с архивом казначейства.

— Проведёте её сегодня.

Король поднял глаза на Бариуса.

— До окончания проверки вы отстранены от должности. Ваш кабинет, архив и счета будут опечатаны. Вы останетесь в гостевых покоях под охраной и получите право вызвать защитника из королевского трибунала.

По залу прокатился ропот. Моркан повернулся к придворным.

— Аудиенция окончена. Всё услышанное здесь до завершения следствия считается государственной тайной.

Гвардия начала выводить знать из зала. Когда тяжёлые двери закрылись, внутри остались только король, Бариус, несколько судей, личная охрана и наша делегация.

Моркан снова посмотрел на первый лист.

— Здесь указаны суммы, даты и распоряжения, которые проходили через мой совет. Если хотя бы половина подтвердится, речь пойдёт не о взятках, а о государственной измене.

— Именно поэтому я настаиваю на проверке, — тихо ответил Бариус. — И на том, чтобы обвинители также дали показания под Чувством правды.

— Дадим, — сказала Ирен спокойно.

Король кивнул.

— Тогда это будет не представление и не расправа. Это будет следствие.

Король перелистнул ещё несколько страниц и внезапно замер. Лицо его стало неподвижным.

— Здесь есть сведения, которые не могли попасть в отчёт случайно, — произнёс Моркан. — Содержание закрытого совета, состав наследственного фонда вашей семьи и переговоры о браке моей дочери. Всё это знали единицы.

Бариус медленно выдохнул.

— Тогда у следствия будет возможность установить, кто передал сведения, и кому они выгодны.

Он держался достойно, и страх ещё не доказывал вину. На его месте испугался бы любой человек, увидевший собственную жизнь разложенной по папкам чужой разведкой.

— Гвардия проводит вас в покои, — сказал Моркан. — Вы не будете общаться с семьёй и чиновниками до первого допроса. Если попытаетесь передать сообщение или уничтожить документы, это