Город, которого нет 8 - Артемис Мантикор

— Погоди-ка… — до меня медленно начала доходить вся масштабность эксперимента, задуманного Феликсом.

— Они становятся пробуждёнными, — продолжил он. — Повышают уровень инкарнации…

— И Город начинает возрождать их близких, — продолжил я. — А кто дороже всего родителям, чем их ребёнок?

— В точку, — улыбнулся Феликс. — И Город выполнит это желание. Он всегда их выполняет. Вот здесь встаёт наш вопрос, Полярис. Будешь ли это ты, или твоя копия?

— Ты хочешь, чтобы тебя возродила твоя сестра?

— Не совсем, но близко, — кивнул Феликс. — Я не хотел этого всего говорить, чтобы у тебя не было мотивации склонять её к этому. Всё должно быть добровольно. Она сама должна прийти к пробуждению, сама сделать свой выбор. Любой намёк на насилие нарушит чистоту её желания. Но если она пойдёт по этому пути, то рано или поздно она захочет, чтобы Город вернул ей брата.

Он сделал паузу, отпил сок и наконец внимательно посмотрел мне в глаза:

— И тогда уже вопрос к тебе, Полярис. Ты знаешь меня настоящего, знаешь мою историю и сможешь отличить старого циничного химеролога от любящего брата из розовых фантазий Насти.

— Даже если сотрётся твоя память, останутся эмоциональные реакции и триггеры, — понял я.

— Именно. Просто расскажи мне эту историю тогда. Про Элай’Линсдэй и химеролога по прозвищу Живодёр.

— Это гениально, — выразил я своё мнение.

— Спасибо. Услада для ушей учёного. Умереть ради эксперимента — достойный конец для такого, как я. Даже если ничего не получится, будет не обидно.

— Мне ещё как будет, — усмехнулся я.

Феликс хлопнул меня по плечу.

— Значит, договорились. За недельку постараюсь закончить инструкцию по выживанию для нашей подопытной. А дальше… либо «да», либо «нет».

Я кивнул.

— Но ты всё равно не наговаривай на себя. В идеале мы узнаем ответ на этот вопрос как-нибудь в другой раз.

— Идёт, — мы пожали руки. — Тогда сбрось адрес, я утром зайду, поставлю тебе базис восприятия.

— Я хочу поднять больше, если не против. Хотя бы до трёх сотен.

— Как хочешь, — пожал плечами Феликс. — Твоё время. Просто помни, что это разовая акция.

Попрощались мы как хорошие друзья. В сердце была уверенность в том, что нам удастся справиться с нависшей над ним угрозой.

Дома меня ждала записка на капсуле.

«Ушла без тебя.»

Речь про Эфир, — понял я и не сильно удивился. Допив взятую с собой бутылку сока, хотел было сходу присоединиться к Августе в приключениях, но в этот момент на телефон поступил сигнал от Миши.

Михаил Лебедев: ещё одно гнездо, на окраине. Гаражный кооператив на Алферова. Можешь не ехать, там то же, что и везде. Противодействие работает.

Ну не нужно — так не нужно, — плюнул я и всё-таки решил отдохнуть.

Вскоре моё лицо ласкали ветра Триантари. Когда овладеваешь способностями тела и начинаешь перемещаться по гигантским деревьям, как все китанэльцы, мир начинает видеться иначе. Мозг начинает машинально простраивать маршруты передвижения с использованием этих возможностей.

Мы стояли на ветви гигантского древа, и я хорошо видел путь, как можно и дальше скакать по ветвям. Это придавало невероятное ощущение свободы. Не удивительно, что Августа отдавала предпочтение этому миру, чем симуляции массового вторжения ланцетов.

— Внемли, недостойный! — приветствовала меня Августа. — Пока ты прохлаждался и наслаждался бездействием, мы потерпели позорное поражение под Ланкдором. Некроманты Лютера начали вторжение в земли Ферхейма. Анклав в опасности и как никогда нуждается в героях!

После разговора с Феликсом её речь не произвела на меня никакого впечатления. Напротив, подключаясь к ней, я был уверен, что окажусь в сердце сражения с ланцетами.

— Соберись, боевой маг! — она хлопнула меня по плечу.

— Почему не во «вторжении»?

— Если Марта хочет куда-то вторгаться — это её право. А я не буду тратить время впустую, Поляр. Так что меч в руки и идём фармить некров. Или ведаю, что твоя кислая мина не способна убивать нежить, а значит ты бесполезен.

Потребовалось немного времени, чтобы переварить сказанное.

— Вы что… поссорились?

— Мы подруги, но я же не рассказываю ей, с кем ей спать. Вот и она пусть в мой досуг не лезет со своей ответственностью.

— Вообще, ты извини, но я с ней солидарен. Навыки отстрела червей нам бы не помешали.

— Зачем, Поляр? Что ты изменишь этим? Всё решается наверху такими, как Миша. Просто делай свою работу.

— «Просто делая свою работу» можно однажды стать героем, Августа, — сказал я как можно мягче.

— Это рандом, он от тебя не зависит.

— Как минимум, мы можем не доводить ситуацию до того, что кому-то приходится жертвовать собой. Если этот круг, чтобы защититься от хаоса, потребует тебя или меня в виде жертвы, что тогда?

Августа замерла, глядя на меня.

— Ты что-то знаешь, — сощурилась она.

— Угу. Видел ещё одно гнездовье. Они распространяются очень быстро. Прямо сейчас штурмуют уже шестое за сегодня. Похоже, что весь Город ими ужи кишит.

— Но… разве его не предсказывали по расписанию, как положено?

— Я не знаю как, но способности врут.

— У тебя самого же с таймером всё в порядке? Четвёртое сентября?

— Да.

— Способность не может врать у всех сразу.

— А если они никому не будут причинять вреда, а просто полезут в разум? Через паразитов, например?

— Тоже нет. Есть специфические таймеры — до первого агрессивного действия, первой угрозы, первого боевого ранения…

— Да, это тоже меня смутило… Спасибо, что помогаешь нам.

Августа чуть покраснела и буркнула:

— Всё равно это капля в море больших игр.

— Это просто механика. Если мы поймём, как они это провернули, сможем не только защитить Город от Хаоса, но и продлить наш рай на несколько дней.

— Ох… ладно, уговорил. Идём играть в твой вормс с полным погружением… — сдалась Августа.

— Ты, главное, скажи, это хоть на навыки Марты как-то влияет?

— В бою мы думаем вместе. Я перехватываю контроль в ближнем бою и с дальнобойным оружием. Она — когда нужна магия, ритуалистика и прочая мистика.

Я припомнил, как видел её раньше на кризисе с луком. В этом эхо нам повезло всем получить нормальное оружие, но обычно на низком эхо она берёт в руки спортивный лук.