Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Женя как-то… нехорошо. Зловеще. Так, что у потихоньку проваливающегося в топь под ногами младшего Соколова по спине побежали мурашки. — Бесом я бы сделалась со временем, если бы успела с тобой или с Рэксом. Или ещё чего натворила при жизни.

— Тебя воскресили⁈ — встрепенулся Пашка.

— Очень надо! — состроила Женька невообразимую гримасу. — В эти игры пусть без меня играются. Нет, Паш. Но я теперь не просто рядовая бесовка со счётчиком удачных договоров и туманными перспективами. Считаю, что во многом — благодаря тебе. — Он продолжал непонимающе таращиться через вездесущие папоротники. Ноги увязли уже по щиколотки. — Ангелы, идущие против Вседержителя, Паш, они чуть по-другому называются, — проговорила Женя с какой-то странной гордостью в голосе. А потом нахмурилась немного: — Ты только не нервничай. А то образ я себе подобрала по, так сказать, земным пристрастиям. И ты к ним был, помнится, не особенно расположен…

И Пашке, хотя на деле и оказавшемуся никаким не ясновидящем, показалось очень чётко, что сейчас произойдёт что-то кошмарное.

Такое, что он не забудет никогда.

И показалось совершенно правильно!

Она подалась чуть назад, а потом словно бы расправляющаяся пружина, только в замедленной съёмке, стала подниматься вверх, над зарослями папоротника, и Пашка заорал, споткнулся, упал в кусты, с чавкающим звуком вырывая из топи кроссы. И таращась на то, что перед ним предстало.

Предстало на восьми тонких мохнатых лапах, ныряющих в пышные сочно-зелёные кусты под Женей.

Чуть ниже груди её тело уже не было человеческим. Оно обрывалось, словно у инвалидов, которые просят милостыню у вокзала, разъезжая на дощечках с колёсиками. Но уходило притом назад и чуть вверх покрытой волосками круглой паучьей тушкой, из которой торчали кошмарным гигантским веером эти жуткие ноги-палки, тонкая шёрстка на которых шевелилась на летнем ветерке заболоченного леса.

Одето существо было вовсе не в куртку, а во что-то вроде плаща с рукавами, закрывающего впереди грудь и падающего сзади на невообразимое сюрреалистичное тело.

Вопль забулькал в горле у Пашки. Перепуганные птицы сорвались с веток кругом, наполняя окрестности дополнительным антуражем чисто хичкоковского карканья. Ледяная вода намочила на заду джинсы, ладони Пашки утопали в грязи: он давил всем телом вниз, словно бы надеясь провалиться под землю от этого, скрыться, не видеть, пропасть. И кричал, как умалишённый.

— Спокойствие, только спокойствие! — услышал ополоумевший от ужаса Пашка через страшный, нарастающий гул в ушах. Голос Жени теперь доносился сверху, словно она стояла на балконе. Но «она» — была только половиной. — Ты читал же «Карлсона»? Не вопи, всё в порядке! Я не буду к тебе подходить, если ты боишься! Паш! Ну это же я! Прекрати орать! Ну ты чего? Красиво же! Ау! Приходи в себя: нам ещё разбираться с твоими воробьями…

Глава 18

Откровенное наебалово

Пашка сорвал голос, и ор перешёл в скребущий глотку хрип. Она уже подогнула фантасмагорические ножищи и нырнула обратно в кусты, высунувшись только чуть выше груди. И просто ждала.

— Я бы подошла тебя успокоить, но, пожалуй, не стоит, — отметила Женька, когда вопли Пашки заглохли по техническим причинам.

Он забарахтался в вязкой грязюке и чуть отполз назад.

— Да ну ты же бес натуральный, что ты так паникуешь? Я тебе ничего не сделаю! Я помочь хочу! Отблагодарить.

— Па-па-маги…те… — задыхаясь, проскулил Пашка.

— Ну давай, приходи в себя! — прикрикнула Женя. — У меня всё, как никогда, отлично! Честное слово!

— Ты… это… — Он впился полным сакрального ужаса взглядом в скрывший кошмар папоротник.

— Карьеру сделала! — ободряюще подсказала Женя. — Полноценным демоном стала. У меня знаешь теперь, какие возможности! И, кстати, некоторые предрассудки тоже успела пересмотреть. Там, где я уже не работаю, — всё не так катастрофично на самом деле. И многим зайдёт. А кому-то и спасение выйдет. Вообще, мне пока кажется, что раскаявшимся в Раю самое место и договорами их держать от растворения памяти — жестоко и как-то неправильно. Но демон я без году неделя… Рановато и там буянить! — хохотнула она, уже почти что нормальная и привычная, когда стояла в кустах. Почти что получалось смотреть без желания пуститься наутёк через коряги, не разбирая пути. — А наставлять ещё живущих высшим силам с пояснениями — точно дело дурное, — продолжала делиться соображениями Женя, как ни в чём не бывало: будто не торчала из паука-мутанта, а сидела на кухне за ноутом с чашкой ромашкового чайка. — Весь смысл жизни теряется. Человек должен сам определиться, на своём опыте, что ему ближе и как всё устроено. А если где накладки, вроде меня, так они в итоге к лучшему приводят, — сделала она жест вдоль тела куда-то в папоротники, и Пашка опять содрогнулся весь и глубже провалился в топкую лужу. — Вот Демьян Тимофеевич как лучше хотел, а чуть не перекрыл мне наставлениями все перспективы. Короче, ладно. Не о том речь. Это мы с тобой потом когда-нибудь обсудим, если захочешь. Ты как? Оправился вроде? Не хочешь из своей грязевой ванны выползти, замёрзнешь ведь так, — деловито посоветовала она. — Мне надо с тобой поговорить о воробьях с письмами. Услуга за услугу, так сказать.

— Х-хочешь с комиссией добазариться? — шмыгнул носом Пашка. Голос вышел хриплый и приглушённый, чужой.

— Не, с главным членом «комиссии» ты лучше сам договаривайся, — хихикнула Женька-демоница.

— А он вернулся с лыжного курорта? — начал приходить в разум младший Соколов. Паника отступала. Во-первых, чудовищное чудовище не нападало, во-вторых, когда она стояла так вот, в кустах, получалось представить, что там, за листьями, всё в порядке. Как у нормальных людей. Вообще у людей.

Сколько же всё-таки дичи на его бедную голову!

— Паш, а вот тебя не смутило то, что бесовское приложение группу в вк ведёт? — хмыкнула Женька и отломила несколько неудобно торчащих перед лицом листков папоротника.

— Почему меня это должно смутить? — опять шмыгнул Соколов младший и чуть приподнялся, садясь из полулежачего положения. — Я его так-то в интернете и скачал. Кажется, в рекламе в вк и было. Не помню точно. Это к чему ща?

— А вот ты сам голубей ловил и письма отправлял, помнишь? — внезапно пришпилила Женя.

— Блять, — простонал Пашка. — Ну а чё такого, слизал немного. Показалось, что будет наглядно. Дебилов хотел приструнить. И за