"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

Казалось, весь мир объединился, чтобы отравить ему настроение. Включая любимую жёнушку, явившуюся к завтраку в точной копии пеньюара последней супруги орлеанского киномагната Херстла. Интересно, сколько надо стоять у станка токарю высокой квалификации, чтобы купить для своей половины доставленную из Лютеции перламутрово-сиреневую тряпочку? Самое малое – полгода. Причём придётся не тратить ни грошена на еду, не говоря уже о пиве и сигаретах. И в ямочке под шеей уютно примостилась маленькая бриллиантовая капелька, и две такие же блестели в ушах. Ещё зарплат пять на каждую, не меньше!

– Милый, ты правда уходишь в отставку? – прощебетала Ирида, отпивая из чашечки и при этом изящно оттопырив мизинчик. Ведь героиня популярнейшей кандианской мелодрамы «Разбитые мечты» топырила его именно так! – А как тогда с моей ролью в «Тайге томительного счастья»? Ну, где я играю невесту революционера, которая уехала за любимым на каторгу в Тогтарею! Противная толстуха Джикес говорит, что меня взяли лишь из-за твоей должности, но это же неправда?

Ещё и обиделась, когда он на неё наорал. Впрочем, сам и виноват: кто заставлял женился на смазливой дуре?

В рабочем кабинете легче не стало. Демонстративно спокойный Яншич принёс записку с анализом реакции зарубежных газет на позавчерашние события. Одни журналюги предрекали распад Народного Союза в самом ближайшем будущем. Другие приписывали старейшине зловещий план установить диктатуру. Третьи зубоскалили над варварами, которые впервые за всю историю избрали демократический парламент, а тот в первый же день разбежался! Особенно ехидничала наглая Peple Оbservie:

«Когда наша экспедиция второй раз приземлилась на Кандиану, на её полях стояли грубые подобия кораблей Орлеании, построенные местными краснокожими. Дикари были уверены: стоит всего-навсего собрать из брёвен и палок корпус, а его нос украсить звериным черепом позубастее – штуковина обязательно взлетит! О том, что для полета нужен экзеприй, примитивные племена и не подозревали. Точно так же венды не подозревают о политической культуре и гражданском обществе, без которых парламентаризм немыслим».

Грдамич тихо выматерился и, следуя указующему персту главного идеолога, начал изучать материал в Kandian expresse, жирно обведённый красным кругом. Поднял голову и сердито посмотрел на товарища Богуслава. Прочёл заметку ещё раз, внимательнее.

– Они пишут, что готовится переворот? Военные? А почему госбезопасность ничего не знает?

Главный идеолог молча положил на стол несколько листков бумаги.

– Спасибо, хоть в последний момент сподобились… Значит, через пять дней? Командующий гарнизоном Светлоградово Еднич и командир гвардейской десантной дивизии Лабутиц? Вы же сами предлагали перевести их обоих в столицу, потому что они враги ещё с училища…

Яншич развёл руками:

– Видимо, помирились…

– Видимо, у вас там ни хрена не видимо! – зло передразнил его вождь. – Что ни делаете, всё проваливаете! Подсунули мне этого толстомордого царевича Сретана – оказался террористом. Разработали хитрый план дискредитации Зленоваца – сделали его кумиром работяг. Про Невриду и говорить нечего. Даже митинг вчера организовать толком не сумели! …Ладно, кто там ещё в списке? Комфлота Вендии Шкулан? Так вот с чьего голоса поёт эта толстожопая потаскуха?!

Вспомнив, какими словами Десана честила его жену и как вчера назвала его самого евнухом, окончательно озверевший Грдамич схватил трубку телефона прямой связи с министром госбезопасности. Он не знал, что сведения о якобы готовящемся перевороте были скормлены журналисту заранее, а все подлежащие аресту узнали о грядущих неприятностях ещё вчера вечером.

Пропахший средством от моли склад армейских ботинок, штанов и нижнего белья – странное место для подготовки путча, зато беседу двух сидящих на ящиках генералов никто не прослушивал. Вид обоих впечатлял. Если командир гвардейской десантной дивизии походил на предводителя стаи тогтарейских пещерных обезьян, то сидящий напротив напоминал дикого кабана. Особенно когда зверел, и его маленькие глазки, на страх подчинённым, наливались кровью. Неудивительно, что заведующий складом капитан, увидев начальство, едва в штаны не наделал. А услышав: «Пока свободен!», сбежал в подсобку и стучит зубами от страха. Ибо легче встретить на улице легендарного предка императоров Вендии дракона Караджера, чем интенданта без грешков.

Сколько раз Лабутиц с будущим командующим столичным гарнизоном Велемиром Едничем били друг другу морды в курсантские годы? Не вспомнишь и не сосчитаешь. Каждый хотел быть вожаком во взводе и уступать не собирался. Да и потом, пересекаясь по службе, не раз грызлись. Тогтареец считался более способным, но слишком своенравным. Венд, грозный с подчинёнными, начальству никогда не противоречил. Потому уже и корпусный генерал, тогда как соперник – всего лишь дивизионный.

– Ты веришь этому писаке? Они же брехуны все!

Еднич вообще не любил журналистов, как, впрочем, и человечество в целом, а редактор «Рассвета» состоял в приятельских отношениях с соперником и потому заслуживал особого презрения.

– Я и себе не всегда верю… – хмуро отозвался тогтареец. – Но ещё лейтёхой усвоил: лучше перебдеть, чем недобдеть. До сих пор все сведения Нишича подтверждались. Давай исходить из того, что он не врёт и сейчас. Твои действия?

Вражина сопел и молчал, уставившись в пол. Затем поднял голову, потёр низкий лоб.

– Может, к министру обороны пойти?

Лабутиц издевательски загоготал:

– Знал, что ты великого ума мужик, но чтобы настолько… Старый пень прикажет маршировать в камеру и доказывать свою невиновность перед следаками. Да ещё на всякий случай сам велит нас повязать. Он уже одной ногой на пенсии, с хрена ли ему ссориться с гэбухой и «ежом»?

Еднич побагровел, но сдержался.

– Сам-то чего предлагаешь?

– Думаю, нам поможет древняя вендская богиня войны. Красивая такая женщина, в доспехах, шлеме, с двойным топором и большими титьками, – хмыкнул Вукован. Секунду полюбовался на недоумевающую рожу и добавил: – Белина.

Вепреподобный полководец громко икнул. Книг он, кроме устава и учебников, не читал и понятия не имел, что план введения военного положения в столице назван в честь какой-то мифической бабы. Зато прекрасно знал, что «Белина» запускается в случае массовых беспорядков и неспособности гражданской администрации с ними справиться. Согласно плану, войска столичного гарнизона и гвардейской десантной дивизии занимают все ключевые объекты Светлоградово, и власть, впредь до соответствующего приказа, переходит к ним.

Собеседник снова икнул, задумался… Вукован ему не мешал – пусть переварит. Если скажет «нет», придётся… Отставить! Никаких «нет» и быть не может – без гарнизона ничего не выйдет. Там втрое больше солдат, чем в его дивизии.

– Других вариантов нет? – наконец нарушил напряженное молчание Еднич.

– Есть. Я свалю на Тогтарею, к Амневу, а тебя поставят к стенке. Грдамичу позарез нужно отвлечь внимание от своего провала. А тут разоблачённый путч с расстрелянными заговорщиками! Что может быть