"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

Рыжий парень кивнул и, уже не такой уверенный, забрал листок, вернувшись на место. Усевшись, он задумчиво уставился в свой ответ с видом крайней сосредоточенности.

Азимут повернулся к Чернову, собираясь продолжить прерванный разговор, но в этот момент дверь библиотеки бесшумно приоткрылась. На пороге появился слуга.

— Господин, — поклонился он. — Прошу прощения за беспокойство. К господину Чернову посетитель. Человек в церковных одеяниях. Говорит, дело срочное.

В библиотеке повисла тишина. Даже перешептывания детей стихли. Макс замер с печеньем у рта. Лена приподняла голову.

Чернов медленно перевел взгляд на дверь, потом на Азимута. Тот молча поджал губы, и в его глазах мелькнуло что-то тяжелое.

— Я надеюсь, что это тот старец, — пробормотал он, поднимаясь с кресла.

* * *

Священнослужитель стоял посреди прихожей, не снимая шапки. Высокий, сухой, с длинными седыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке. Черная ряса сидела на нем безупречно. Сразу видно — не захолустный батюшка. Скорее привыкший к кабинетам и ковровым дорожкам чинуша.

На груди, поверх рясы, висел тяжелый золотой крест, который он неторопливо и размеренно поглаживал одной рукой.

— Константин Александрович, — произнес он, когда Чернов вышел из библиотеки. Голос с легкой хрипотцой, без тени подобострастия. — Отец Варлаам. Я из Синодальной канцелярии.

Чернов коротко кивнул и прошел вперед, жестом приглашая гостя в гостиную. Азимут, до этого молча стоявший в дверях, не торопясь двинулся следом и сел в кресло у камина. Чаю гостю он предлагать не спешил. Просто сел, сложил руки на животе и уставился на Варлаама, вытянув ноги.

Гость сел напротив Чернова, поправил рясу и неторопливо оглядел комнату. В коридоре, у входа в небольшую библиотеку Азимута, мелькнули тени и раздался тихий, едва слышный шепот. Варлаам сделал вид, что не заметил.

— Вы ведь понимаете, зачем я здесь, — произнес он, переводя взгляд на Чернова.

— Догадываюсь, — ровно ответил тот.

— Посох. — Варлаам чуть наклонился вперед, сложив ладони на колене. — Тот самый, что был передан Серафимом Сургутским вашему… ученику.

— Я знаю, о чем вы.

— Тогда вам известно, что это не игрушка. И не семейная реликвия. Это артефакт Святой Церкви, записанный в реестре еще при дьяконе Трофиме. Триста лет он хранился у нас как реликвия. И мы хотели бы его вернуть.

— Посох принял Макса, — спокойно сказал Чернов. — Шесть колокольчиков уже появились. Это не просто вещь. Это — продолжение его силы. Вы не сможете оторвать его силой от моего ученика.

Варлаам мягко улыбнулся — той самой улыбкой, которая не касается глаз.

— Я понимаю, что мальчик теперь им владеет. И он уже применял его для изгнания демона. Он привязался к нему… И вы привязались. Но ходоки — это церковное дело, Константин Александрович. В отличие от коллегии магов, мы несли ответственность за них. И мы несем ее до сих пор. Поэтому, с вашего позволения, мы заберем посох. Вместе с тем, кому он подчинился.

В кресле у камина Азимут хмыкнул, но промолчал.

Чернов не отвел взгляда.

— Макс — не церковный. Он мой ученик. Он вне вашей власти. И я не отдам его под опеку Синодальной канцелярии, отец Варлаам. Посох — тоже. Он стал учеником до того, как обнаружился дар ходока. В первую очередь — он мой ученик.

— Константин Александрович, — голос священника стал чуть тише, но при этом жестче. — Я вас прекрасно понимаю. Правда. Но артефакт принадлежит церкви. Это не обсуждается. Мы можем пойти разными путями: вы отдаете посох и мальчика добровольно, и я гарантирую мягкий переход. Или мы забираем это решением Синода. С приставами.

— С приставами? — хмыкнул Чернов. — И кто же выдаст распоряжение на изъятие ученика мага? Коллегия магов? Может быть, светский суд?

— Мы найдем, как получить постановление. За это не беспокойтесь. И мы заберем его с соответствующими органами и бумагами. Если потребуется — силой.

— Вы угрожаете моему гостю в моем доме? — вмешался в разговор Азимут и подался вперед. В глазах блеснул едва заметный огонек гнева.

Варлаам поджал губы и поднял руки, показывая ладони и нежелание конфликта.

— Я просто объясняю вам последствия. Я — всего лишь вестник, дабы донести нашу позицию.

— Это официальная позиция церкви? — уточнил Азимут, внимательно наблюдая за лицом Варлаама.

— Это позиция большинства в сенате, — ушел в сторону от прямого ответа священнослужитель. — Простите, это последняя попытка решить все миром. Больше переговоров не будет.

Чернов после такого ответа медленно выдохнул и опустил взгляд на свои руки. Левая лежала на колене, правая — на подлокотнике кресла. Он снял перчатку с левой руки. Медленно, не торопясь, словно это был самый обычный жест. Потом — с правой.

На кистях, поверх старых шрамов, чернели угольно-черные пятна. Они выступали уже не отдельными фрагментами, а сплошной грязью, которая ползла от запястий к пальцам по тыльной стороне кисти.

Варлаам на миг замер. Его взгляд на секунду потерял свою кабинетную уверенность.

— Что это? — спросил он, не сводя глаз с рук Чернова.

— Это мой ответ, — тихо сказал тот.

И тьма потекла…

Она не вырвалась рывком, не ударила. Она просто начала сочиться из пор, из самых кончиков пальцев мага, просачиваясь сквозь кожу, словно густая жидкость. Она капала на пол, тут же превращаясь в черный дым, который не рассеивался, а стелился по полу, подбираясь к ногам Варлаама.

Тьма не касалась его, обтекала, но воздух в комнате стал тяжелым — таким, что даже дышать сделалось трудно.

Чернов даже не пошевелился.

Варлаам открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова не вышли. Он видел темных магов, он знал, на что они способны. Но сейчас происходило совершенно другое.

Спокойная, холодная, без единого лишнего движения тьма подбиралась к нему, но не касалась. Не притрагивалась, словно внимательно рассматривала. Словно собака, что увидела что-то непонятное и принюхивалась, решая, укусить или все же понаблюдать.

— У меня нет желания причинять вам вред, — произнес Чернов, глядя прямо в глаза священника. — Но вы пришли в мой город, в дом моего близкого друга и заговорили о силе. Я показал вам, что такое сила. Это не угроза. Это — информация для размышления. Посох останется с Максом. Вы уйдете отсюда и доложите своим,