Шаг легиона. Часть 1 - Николай Александрович Метельский

кучку, напомнил о завтрашних встречах, среди которых были и генералы армии — два командующих Второй и Третьей армиями, глава стратегического планирования и начальник по тылу. Переносить встречу с ними просто-напросто невежливо, так как они все не в столице обитают и сюда приехали исключительно ради этой встречи. Так, помимо вежливости, я с ними ещё и отношения заранее испорчу. В итоге пришлось переносить поездку в Барбос, благо Вальети уверил меня, что сможет освободить график, но этот и следующий день придётся подождать.

Лично для меня обиднее всего было то, что с генералами не планировалось обсуждать что-то важное, у меня по плану было просто познакомиться с ними. Прощупать почву, так сказать.

Ладно, потерплю.

Тем не менее, раз уж такое дело, решил обсудить с военными и что-нибудь серьёзное. В конце концов, мои планы на тот момент, когда их позвали, сильно отличались от того, что есть сейчас. Соответственно, встретился я со стариками не у себя в кабинете, а в небольшой гостиной, где в центре стоял большой круглый стол, на котором я разложил карты.

Собственно, возле этого стола я и находился, когда в гостиную зашли четыре старика в парадной форме имперских цветов.

Чисто внешне, выделялся только Галус Ульпий — генерал Второй армии, да и то, лишь ростом. Старик был… не карликом, конечно, но очень низким. Примерно по плечо мне. А ещё только у него было меньше семи Звёзд. В свои шестьдесят восемь, Ульпий сумел сформировать только шесть Звёзд. Только, блин… Это на фоне остальных генералов «только», а так, если подумать, у Горано, без моей помощи, тоже должно быть всего шесть Звёзд.

Если же говорить о том, кто выделялся лично для меня, то это был Табус Аезон — глава стратегического планирования, он же начальник штаба, он же высший генерал, он же самый старший из этой четвёрки по возрасту, он же единственный в Атоле восьмизвёздочный воин. Давненько я не чувствовал бойцов сильнее меня. Седой, с короткой стрижкой и длинными усами. А ещё он был заметно выше меня, возвышаясь над коллегами на полголовы. И если так подумать, то он со всех сторон выше других генералов — по должности, возрасту, росту, силе. Хм, разве что род у него не самый старый, около двенадцати столетий Аезонам, насколько я помню. Не чета тем же Валентам, чей графский род ещё Хумбру успел застать. И чей представитель ныне занимает должность начальника тыла армии Атолы.

Ларций Валент обладал семью Звёздами, что в семьдесят семь лет, без костылей в виде Колодца маны, более чем достойный результат. Внешне он ничем не выделялся, обычный старик с короткими седыми волосами. А ещё его предки служили в Третьем легионе. Весельчака Валента, центуриона восемнадцатой манипулы, я помню. Как и другого центуриона, уже сто шестьдесят второй манипулы, по имени Статилий, чей потомок сейчас занимает пост командующего Третьей армии.

Маниуса Статилия, иначе, чем старым мачо, не назвать, уж больно выразительная у него внешность. Пышная седая шевелюра, небольшие усы, ироничное выражение лица… Словами это не описать, но старик явно не одно женское сердце за жизнь разбил.

— Приветствую, господа, — произнёс я. — Проходите.

Прежде чем двинуться в мою сторону, все четверо отвесили короткие поклоны. Синхронно, как будто репетировали.

— Приветствуем вас, Ваше Высочество, — поздоровался Табус Аезон.

Остальные промолчали, словно передавая полномочия вести переговоры самому старшему.

— Рад видеть вас четверых, — чуть улыбнулся я. — Вы уж извините, что отвлёк от дел, но у меня к вам несколько вопросов образовалось, — поднял я руку, указывая на стол с картами.

Бросив взгляд на карты, старики вновь посмотрели на меня.

— Не сочтите за дерзость, Ваше Высочество, но это такие серьёзные вопросы? — спросил Аезон. — Нам пришлось отложить все дела, чтобы приехать сюда.

Как-то быстро он к дерзости скатился. Понятно, что я для него никто, но можно было бы и повежливее быть. Вежливость, это вообще выгодно. Нет, формально они вежливы, я бы даже сказал, по-военному вежливы, но слова, выражение лиц, тон… Может всё-таки стоило в Барбос свалить?

— Генерал, — чуть изменил я тон. — Ты думаешь, мне есть дело ваших дел? Или у вас там война намечается?

— Нет, — ответил он, не сумев, хоть и явно старался, сдержать презрение. — Но армия Атолы, это вам не…

— А у меня тут как раз война, — прервал я его.

— Какой вежливый молодой человек, — усмехнулся Валент.

— Меня буквально вчера прокатили с увеличением бюджета для армии, — перевёл я взгляд на главного армейского завхоза. — Мне вообще не до вежливости.

Технически, армейцы к моим проблемам отношение не имеют, так что и срываться на них я не должен, но не мог же я упустить возможность намекнуть, что, вообще-то, я и для них стараюсь. Не забываю армию и пытаюсь сделать им хорошо.

— Кхм, — нахмурился Валент. — А насколько увеличить пытались?

— Вдвое, — вздохнул я.

— Ох, неопытность молодости, — покачал головой Валент. — Это было слишком много, мой принц. В следующий раз… Кхм. Буду вам очень признателен, если в следующий раз… — не мог он подобрать слова так, чтобы это нагло не звучало.

— Предупреди, — помог ему Статилий. — Пожалуйста. В армии не то чтобы денег нет, просто… их всегда не хватает.

— Тут я с тобой согласен, — покивал я. — Даже если их много, их всё равно мало.

— Ха-а-а… — выдохнул грустно Валент.

— Давайте вернёмся к делу, — произнёс наш восьмизвёздочный генерал чуть ворчливо. — О какой войне вы говорите, мой принц?

— О войне с демонами, — кивнул я на карту.

— Но здесь карты восточного региона Атолы, — не понял Аезон. — Это граница с Исеором, а не с демонами. Стоп. Думаешь, они решат воспользоваться шумихой?

— С какой стати вообще должна начаться война с демонами? — спросил генерал Второй армии хмуро.

— Не наше дело, — посмотрел на него Аезон. — Хотя вопрос интересный. Но всё равно не сходится. Исеор не нападёт, если Восьмой легион где-то там с демонами схлестнётся.

— Если война затянется, — заметил начальник тыла, — у Атолы начнутся финансовые и ресурсные проблемы, которые приведут к социальным…

— Это очень мрачный вариант, — покачал головой Аезон. — Маловероятный. Даже если легион проиграет, мы-то останемся сильны. Только если… — посмотрел он