Бессмертный - Владимир Геннадьевич Поселягин

самые сложные и опасные участки, мы расслабимся. Ну-ну. К слову, командир подчиненного мне отделения мотострелков, пока мы в дороге были, или во время разгрузки, перебрал весь хабар. Часть вещей и формы его солдаты постирали в реке у третьего блокпоста. Тот сам уже в новеньких армейских штатовских ботинках ходил, в таких же, как у меня, та группа снаряжена была неплохо. Рация такая же. Ещё одну пару ботинок взводному отдал, по обмену, как я понял. Да и остальное как-то у того быстро по взводу разошлось. Канал сбыта среди своих имел. Когда мы отъехали от третьего блокпоста на километр, я остановил машину, и, повернув башню, десант уже посыпался на землю, одним выстрелом поразил наблюдателей. После этого попросив взводного, лейтенанта и командира миномётчиков подойти, есть разговор, отправил трёх бойцов собрать мой хабар. Ну и сам выбрался из бронемашины. На запрос с блокпоста, что за стрельба, ответили, что произошёл непроизвольный выстрел.

Пока вызванные подходили, бойцы уже забрались на косогор, где разрыв лёг они видели, и куда бежать знали, так что быстро уходили. Дрон там полетал, пару растяжек среди акаций я видел, но они далеко в стороне. Да и бойцы почти всё время находятся в прямой видимости, прикроем. Это для самоуспокоения остальных, я знал, что нет тут рядом никого. Когда подошли командиры, то я уже ждал у расстеленной на лобовой броне карты. Вот в лоб и сообщил:

– Впереди засада, полторы сотни боевиков, заняли вот тут позицию двумя группами. У них было тут рядом два наблюдателя. Я их уже накрыл, отправил бойцов собрать трофеи. Это священное правило.

– Откуда знаешь, что чечены там засели? – с подозрением спросил взводный.

– Мне об этом сообщили. Я на связи со спецами. Они и сообщили. Это та группа, что меня спасла из плена. Правда, я выбирался к нашим сам, с тремя женщинами, но спасли. Именно они сообщили, где идут две разведгруппы, я всё же через скалы смотреть не могу. А вот у первого блокпоста шестеро, и тут двое, это я засёк. Спросил у спецов не они ли это и, получив отрицательный ответ, накрыл. Вот и всё.

– Почему ты? – спросил лейтенант.

– Тут есть ответ. Кому-то в командовании не понравилась здешняя ситуация с колоннами, что так удачно бьют, вот их и направили. А я им знаком, спасли из плена, случайно, им был нужен пассажир машины, на которой меня везли, уже тут вышли на меня и договорились, что будут помогать. Мы у них как приманка выступаем. Без обид. Это наш шанс выжить. Только сразу говорю, они тут ненадолго, месяц два и уйдут, придётся дальше самим справляться. Надеюсь, к тому времени мы наберёмся необходимого опыта проводки колонн. Тем более сами работать они не будут, а вот наводить нас, да легко. Я у них за место ретранслятора работаю.

– С засадой, что будем делать? – спросил Сабаров.

– Да что с ней делать? Я выведу «БМП», поставлю на виду, и начну расстреливать из пушки, заодно миномёт наводить. Основное тяжёлое оружие у нас – это миномёт, на нём и будет большая часть работы. Чечены, они больше диверсанты, сразу уйдут, раз засада не удалась, будут поджидать на обратном пути. Поэтому постараемся держать их под огнём всё время, пока не уйдут за дальность накрытия минами. Возможно, мы их так ослабим, если даже не уничтожим, на что я лично надеюсь, что о повторной засаде и помышлять не будут. Ну, всё, время я протянул, вон бойцы с трофеями возвращаются, можно продолжить движение.

Я пообщался с миномётчиком, и мы решили, что тот пойдёт за моей машиной, отстав метров на двести, а колонна от него метров на сто, так будет удобнее всем. Мы и направились дальше. Засаду мы сбивали минут двадцать, боевики не выдержали прямого и точного, убийственного огня «БМП», а когда мины посыплись, они уже не отходили, бежали в панике. А мины продолжали падать сверху и вокруг вставали мощные фонтаны земли, и те валились сраженные осколками. Редко бывали прямые накрытия, тогда тела боевиков испепеляло. Чтобы боевики ушли? Не бывать такому. В грузовике осталось три ящика мин, когда я сказал:

– Всё парни, кончились чечены, можете сворачиваться, и цеплять орудие к машине. Товарищ лейтенант, спецы говорят засады больше нет, только шесть фугасов на дороге. Они сейчас подорвут их дистанционно, изувечат, конечно, дорогу, но проехать можно будет. Надеюсь.

– А снять фугасы они смогут?

– Товарищ лейтенант, они разведчики, диверсанты, подрывники, но не сапёры. Не умеют.

– Хорошо, ждём.

На момент обстрела засады, я высадил свой десант за поворотом, и пока миномётчики готовились, выехал в наглую на отрытую часть дороги, начал вести точный прицельный огонь. Недолго, тут же заорал Тимуру, что уже включил заднюю скорость, сдавать назад, когда в нас полетели противотанковые ракеты двух систем «ПТУР». Одна ракета пролетала над дорогой и ушла дальше, взорвавшись метров через четыреста, там и сейчас акация горит, а другая на дороге рванула, но мы уже ушли в мёртвую зону. Дальше я только корректировал огонь. Однако шестнадцать боевиков на моём счету в этой засаде имеется, хорошая у меня пушка, точная, подправлять прицел не нужно, не сбит. А как доложился, я настроил свой планшет на нужную волну. И просветил с дрона сканером оборудование в руках чеченского подрывника, ещё до первого выстрела, и активировал подрыв. Тряхнуло здорово, хотя мы в километре находились, в месте подрыва целые облака пыли и камней поднялись. Лейтенант, посмотрев на это, сказал:

– Как пыль уляжется, двинем дальше.

– Товарищ лейтенант, там полторы сотни боевиков лежат, с оружием. Неужели бросим это? Подберут другие и против нас используют. Да и доказательства нужны.

– Согласен. Полчаса можно выделить. Машины свободные есть.

Потом был дикий шмон, в своих машинах остались только экипажи «БМП», остальные, включая водил, лезли наверх, и собирали вооружение и амуницию, всё ценное, там Сабаров командовал, сам хотел глянуть. Миномётчики тоже все были, включая их водителя. На свою работу посмотрели, впечатлились, и проблевались. Так как это их добыча, вроде те хозяева, но сержант не стал жадничать, разрешил брать шмот. Я взводному шепнул, чтобы про лейтенанта не забыли, ему целый трофейный ранец забили, кобура с иностранным пистолетом туда, иностранные армейские пайки, фляжка чудная, термос, комплект формы целой его размера подобрали, амуницию, обувь. В общем, полный рюкзак, к нему в машину отнесли, в кабину убрали.