Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

тяжело. Даже если я смогу попасть на экзамен и каким-то образом окажусь в числе сдавших, мне всё равно будут доверять только мелкую работу. Носить сумки, прикрывать тылы. Говорят, что в некоторых особо опасных регионах таких, как мы, и вовсе используют в качестве пушечного мяса. Выжил — хорошо, возможно, получится дожить до повышения. Не выжил? Что ж, не ты первый, не ты последний.

Обмениваясь планами на будущее, мы и не заметили, как добрались до небольшой поляны, что находилась на самой вершине холма.

— Отлично! — обрадовался Третьяк. — Хорошее место. Здесь можно разбить лагерь. Если кто на нас полезет — сразу увидим. Это куда лучше, чем прятаться в дебрях.

— Согласен с тобой, — кивнул я. — Но стоит учитывать, что и мы тут как на ладони. Если в этом лесу всё же есть опасные существа и если действуют сообща, то смогут нас окружить.

— Хм, об этом я не подумал. Ну… Зато у нас есть Зорька! — Третьяк потрепал собаку по голове. Та одобрительно гавкнула. — Если что, она должна почувствовать приближение хищника.

Не хищники наша самая главная проблема. Я ведь узнаю эту опушку. Много раз видел её во снах, но я не понимал, что это за место и почему оно порождает в моём подсознании такую тревогу. Видимо, именно здесь мы с отцом столкнулись с тем существом.

Здесь я получил эти полосы, которые некогда были шрамами.

Мы скинули сумки на землю, а затем разделились. Третьяк остался готовить костёр. Остальным было поручено собрать ветви и листья, чтобы организовать пару шалашей. Дождь вроде не намечается, но будет лучше, если у нас всё-таки окажется запасное укрытие.

Зорька на этот раз увязалась за мной. Мы прошли через поляну к большому валуну. Я забрался на него, чтобы осмотреться. С высоты было не трудно увидеть, где лучше собирать всё необходимое для постройки нашего убежища.

Через пару минут Зорька начала скулить. Затем выскочила из-под валуна, посмотрела мне в глаза и несколько раз гавкнула.

— Что случилось? — бросил я. — Белку какую-нибудь нашла?

Если в этой собаке действительно есть кровь охотничьей породы — ничего удивительного в поведении Зорьки нет. Возможно, нашла чью-то нору и решила показать её мне.

Нужно проверить. Может, там где-то притаились кролики. Эти животные стараются избегать густых лесов и чащ. Обычно обитают в местах с пересечённым рельефом и кустарниковой растительностью. Эта поляна на холме — самое то!

А раз уж нам нужно чем-то питаться, можно попробовать сцапать пару кроликов.

Я неспешно спустился вниз к основанию валуна и обнаружил, что Зорька всё это время указывала на нору. Нет… Чёрт меня раздери, так это же не нора! Под валуном небольшая пещера. Хотя, скорее всего, камень просто имеет неровную форму, поэтому между ним и землёй образовалось небольшое пространство.

Вот только я сомневаюсь, что там живут кролики. Уж больно высокий проём. Туда даже я могу пролезть, практически не нагибаясь.

Собака зарычала на темноту под камнем, затем снова загавкала. На этот раз Зорька не пыталась привлечь моё внимание. Она показывала агрессию по отношению к тому, что находится внутри.

Но не спешила заходить в пещеру. Неужто испугалась?

— Тише-тише, — прошептал я. — Что ты там учуяла? Внутри кто-то есть?

Зорька, разумеется, не понимала, о чём я её спрашиваю, но всё же дала мне ответ. Жалобно заскулила.

Я оказался прав. Она боится. Не хочет лезть дальше. Но я не чувствую присутствия монстров поблизости.

Однако это не означает, что пещера безопасна. Как вариант, там могли поселиться волки. Их самки часто выбирают укромные места для выведения потомства.

Нехорошо. Лезть туда пока что точно не стоит. Лучше предупредить Третьяка. В охотничьем деле я не разбираюсь от слова совсем. Если наш лидер действительно получил дельные наставления от своего отца, возможно, он сможет как-то прокомментировать эту проблему.

— Пойдём, Зорька, — я позвал собаку за собой, в другую сторону — к лесу. — Мы туда не полезем. Давай для начала соберём всё, что нужно для лагеря.

Она пошла за мной, но всё равно продолжила оглядываться на пещеру. Чёрт знает, что её так испугало. Но проверять пока что я не хочу. По крайней мере, в одиночку. Нет смысла так рисковать.

Пока я собирал всё необходимое для шалаша, мне выдалась возможность немного подумать обо всём, что произошло за последние дни. Как бы я ни старался оставаться собой, а жизнь в этом мире всё же вынуждает измениться.

Я всю жизнь проработал врачом. Помогал людям и никогда никому намеренно не вредил. И уж тем более не убивал.

Но, вспоминая то, что случилось с охранниками Харитона, я понимаю, что теперь назад дороги нет. Мне пришлось заманить в ловушку одного из них, чтобы защитить себя и своего отца. Он попался в лапы кусачей, потому что именно я решил его туда загнать.

И что самое удивительное, я не сожалею о произошедшем. У меня не было другого выхода. Этот мир так устроен. Если прогибаться под окружающих — навсегда останешься в рабстве. Или просто умрёшь.

Семён был той ещё сволочью. Преступником. Горевать о нём никто не будет. Но это не значит, что я теперь должен лишать жизни каждого, кто мне неугоден. Мне придётся измениться, очерстветь, но старым принципам я изменять не стану.

Я готов лишить человека жизни, но только в том случае, если он угрожает мне, моим близким или представляет опасность для большого количества людей. К таким решениям нужно подходить очень осторожно.

Система и баланс Эссенций постоянно подталкивают меня к этому. Но убивать людей ради восполнения баланса или собственной выгоды я не стану. Только по веским причинам. Когда нет иного выхода.

Баланс важен во всём. Важно выжить и устроиться в новом мире. И при этом не изменить самому себе. Вот что я понял за эти дни.

Именно поэтому я и собрался вступить в Скитальцы. Как ни крути, а Эссенции Смерти мне понадобятся. Но, как показала практика, их можно спокойно добывать из монстров. Причём, думаю, из них этих Эссенций получается гораздо больше, чем из людей.

В лагерь я вернулся одновременно с Резаном. Радко задерживался, и это начало меня беспокоить.

— Ну наконец-то! — обрадовался Третьяк. — Сваливайте всё сюда. Сейчас сооружу нам укрытие. Одного часа мне с головой хватит. А Радко куда запропастился? Никто его не видел?

— Он пошёл на восток, — Резан указал на густую чащу. — Примерно там мы с ним и разделились.

— Это плохо. Не хватало ещё, чтобы он там заблудился. А он, между прочим,