"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 - Макс Вальтер

- Тебе будет казаться, что ты владеешь магией. Будет казаться, что ты повелеваешь стихиями, по твоему слову и жесту рушатся горы и разливаются океаны. Но ты не обладаешь магией наяву, а значит, во сне будет не она, а твоё представление о ней. Я могу лишить того, что есть, но не смогу даровать то, чего нет. Помни – каким бы реалистичным не казалось сновидение, сны – всегда фальшивка. Настоящий только опыт, который ты в них получаешь. Если, конечно, не забудешь содержимое сна. Поэтому, давай оставим сну то, для чего он предназначен. Отдых и исцеление уставшего разума.

Я молчал, пребывая в глубокой задумчивости. Затем поднял голову и твёрдо встретил взгляд моей госпожи.

- У сна есть ещё одно свойство. Кое-что, чего я желаю больше всего на свете.

Ирулин протянула руку и дотронулась до моей щеки. В глазах её светилось понимание.

- Ты хочешь проснуться.

Глава 8. Сила сомнений

Нриз так и не понял, что именно изменилось, но чем бы оно ни было, время не стало подходящим лекарем. Каждое утро, когда он вставал с кровати, его голову наводняли странные мысли и идеи. Он словно слышал тихий шёпот, слова которого не мог удержать памяти. Всплывали ужасающие образы, словно он свободен, словно рядом с ним нет Хозяина, словно он предоставлен самому себе. Иногда странные мысли предлагали заснуть, погрузиться в сон, остаться там навсегда.

Шёпот обещал ему мир, где Хозяин его любит, где ценит совершаемые им поступки, где Нриз может обладать магией и стать Хозяину правой рукой. От картин, рисуемых воображением, сладко ныло в груди. Он представлял, как помогает господину с каждым ритуалом, каждым исследованием. Как они вместе путешествуют как по миру Итшес, так и по другим мирам и вселенным, познают новые тайны и совершают замечательные открытия. Его собственный голос манил, давал щедрые обещания и каким-то образом Нриз понимал, что каждое слово – истинная правда. И это правда манила и пугала.

Чтобы хоть как-то привести в порядок свои мысли, Нриз бежал к Хозяину. И при виде господина, его недовольного и сурового взгляда, наваждение отступало. Он становился способен превозмочь душевный раздрай и собраться с мыслями.

Приходило понимание, что ему нужно быть только здесь – в Цитадели, и что пусть Хозяин никогда не будет его ценить и любить, но именно такой он – суровый, резкий и непреклонный – является настоящим.

Нриз знал, что Хозяину не нравятся разговоры о сновидениях, поэтому держал язык за зубами. Но иногда утренний голос был настолько силён, что не уведомить господина стало бы предательством. А предательство являлось поступком, противоречащим самой основе его существа.

Узнав направление через запрос Цитадели, Нриз ворвался в личные термы Хозяина и остановился, опершись руками на колени, чтобы немного перевести дыхание. Он бежал так быстро, что Тааг-18 даже немного отстал и смог нагнать его лишь через три секунды.

Он уставился на Хозяина, который плыл в бассейне, совершая гребки плавными сильными движениями. Увидав Нриза, Хозяин прекратил заплыв и с нескрываемым раздражением зыркнул на Нриза.

- И что опять у тебя стряслось? – выдержав паузу, спросил он.

- Хозяин! Мне опять снился сон! – сообщил Нриз. – И этот сон был ужасным! Я не слишком хорошо помню, что там происходило, но мне кажется, что это стоит вашего внимания.

- Итак, ты дёргаешь меня каждое утро вот уже на протяжении третьей недели, верно? – неожиданно ласковым голосом спросил Хозяин.

- Да, у вас прекрасная память! – подтвердил Нриз.

- И каждый, каждый раз не можешь вспомнить ничего конкретного, - мягко продолжил господин.

- Да, это так! Кроме того, что это очень-очень важно!

- Ты сообщал мне о своих снах за завтраком, находил меня в кабинете, лабораториях и мастерских. И вот теперь ты нашёл меня здесь. Поправь, не ошибаюсь ли я?

- Хозяин, вы никогда не можете ошибаться!

- И что будет дальше? – голос Хозяина превратился почти в шёпот. – Отхожее место? Ворвёшься ли ты в туалет, например, когда я буду срать?

- Хозяин, но вы же не справляете нужду! Вы же говорили, что настоящий маг может справиться с естественными потребностями организма менее вульгарным способом!

- Да не в том дело, идиот! – не выдержав, повысил голос Хозяин. - Ты меня уже окончательно достал! Каждый день бубнишь и бубнишь о своих дурацких снах, словно они волнуют кого-то кроме тебя самого! Я обследовал тебя, проверил, всё ли в порядке! Потратил время и силы! Так когда же ты, наконец, уймёшься?

- Хозяин, но вы сами говорили, что…

- Я говорил, сообщить, если дело касается меня или Цитадели. Пока что я слышу только невнятное бормотание! Может тебе стоит поменьше жрать, чтобы ночью желудок не давил на твои заплывшие жиром мозги?

- Хозяин, если вы желаете, я сяду на саму строгую дие…

- Я желаю, чтобы ты заткнулся! Желаю, чтобы больше не беспокоил меня своими дурацкими снами! Чтобы обращался только по делу, причём, чтобы этих дел у тебя было как можно меньше. Понятно?

- Хозяин… - Нриз поднял руку, чтобы украдкой стереть льющиеся по щекам слёзы.

- Я спросил, тебе понятно? – жестко повторил Хозяин.

- Да, господин.

- Ну а раз так, убирайся и постарайся ближайшие пару дней не попадаться мне на глаза. И спасибо за испорченное утро.

Нриз развернулся и выбежал прочь. Сдерживаться не оставалось смысла, поэтому он зашёлся в бурных истеричных рыданиях.

***

Мой план являлся вершиной простоты и надёжности. Его исполнение не требовало ни запредельных усилий, ни сложных средств, ни глубоких психологических знаний, ни даже особого ума. Как и говорила госпожа, никто не знает лучше Нриза, чем я сам, а значит, никто лучше меня не может надавить на его болевые точки.

Разумеется, я провалился.

О нет, сначала всё шло очень хорошо. Каждое утро в тот краткий промежуток, пока мы становились одним целым, я нашёптывал ему сладкие речи. Как мне бы ни было противно и мерзко, но я рассказывал ему, обещал и сулил. Я знал, о чём он мечтал, знал каждую его затаённую мысль, поэтому он не мог сопротивляться этим обещаниям.

Быть вместе со своим хозяином. Стать ему полезным. Превратиться из побитой собаки, жмущейся к его ноге, в партнёра друга и помощника. Обрести, наконец, магию.

Казалось бы, что может пойти не так? Как оказалось, всё.

Мои слова