"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

руках отнес меня в свои покои, и я не смогла устоять перед его обаянием. Я предложила ему свои снадобья и свою невинность… В ту же ночь мы соединили наши тела и души. Ах, об этом не стоит говорить вслух, но прежде я не встречала столь деликатного и благородного человека, довольно искусного в постели.  Я принадлежу ему вся без остатка и надеюсь, что скоро, ну, конечно, не очень скоро, а в положенный срок - подарю  наследника Тарлей.

 Марина говорила быстро, горячо, убедительно… Она прижимала руки к груди и закатывала глаза, словно кающаяся монахиня. Хильда слушала сей страстный монолог с огромнейшим интересом, то и дело прикрывала пышным веером  розовый ротик и округляла глаза.

 «Эта курица хоть что-нибудь поняла?»

Словно в ответ на мысли Марины рядом раздался приглушенный голосок Хильды:

— Какая вы откровенная! Я бы хотела побеседовать с вами еще наедине. Вы кажетесь старше и опытней, наверняка, дали бы мне пару ценных советов. Понимаете, супруг совсем мало обращает на меня внимания. Он был любезен всего пару месяцев после  свадьбы, а потом снова занялся охотой, к нам стали часто съезжаться гости, и Морис стал покидать Борнхолл, несколько дней от него даже не бывало вестей. Я так волнуюсь, что уже успела  надоесть…

Марина устало вздохнула, а что тут скажешь - мужчины они в основной своей массе одинаковы. Интересно, а Дагмар тоже бы стал к ней равнодушен, поселив у себя и вдоволь наигравшись.

Она не выдержала и снова посмотрела туда, где прежде стоял ее «сладкий сон», но рыцари уже окружили постамент Райнбока, толкались и задирали друг друга, шумно что-то обсуждали, подтверждая свои слова бросанием монет в начищенный до блеска медный таз.

"Должно быть, так у них проходит голосование, вот же средневековые дикари! Хотя и в некоторых современных парламентах случается всякое, даже депутаты дерутся в прямом эфире, чему же здесь удивляться… тоже мне  - сказочный мир…"

— И ваш супруг находится в этой свалке?

Марина небрежно кивнула в сторону шумного мужского собрания, и Хильда скорчила унылую гримаску.

— Морис любит покричать, привлекая внимание. А еще обожает славные пиры и танцы… хм…  мясистых деревенских красоток.

Теперь соседка вовсе закрыла пунцовое лицо веером, и Марина  сердито фыркнула, «было бы от чего страдать по большому счету…»

— Ну, о чем теперь сокрушаться? Хильда, слушайте… Он все-таки мужчина, не может вечно возле вашей юбки сидеть, это ему по статусу не положено! Остались одна, так найдите себе приличное занятие!

— Я не люблю вышивать, я пробовала и только исколола себе пальцы,  к тому же это невероятно скучно… - хныкала собеседница.

— Господи! Я же не заставляю вас сидеть за прялкой или пяльцами, в конце-то концов! Неужели больше заняться нечем? Книжки читайте, рисуйте на стенах, да хоть битву при Ватерлоо… ну, то есть какую-нибудь вашу битву, может, супруг, наконец, оценит.

Начните моделировать одежду, придумайте новый фасон шляпки или веера, может, станете законодательницей новой моды и откроете в столице бутик… я бы вам даже подсказала пару деталей… Я, например, всегда мечтала о магазинчике детской одежды. Ах, Хильда, я  очень люблю детей, так хочу маленького… ммм… крошка моя! Сами ляльку себе родите, кто вам не дает! Как у вас тут дело обстоит с… вообще, вы сейчас предохраняетесь? Какие-то меры принимаете или вовсю планируете малютку?

— Это… это значит, сколько раз в неделю меня посещает супруг, да? - наморщила гладкий лобик Хильда, силясь понять суть вопроса новой знакомой.

 «М-да… как же им далеко до прогресса!» - вздохнула Марина, энергично потирая ладони.

— Я только хочу сказать, что вам совершенно не нужно скучать в отсутствии мужа, пусть себе ездит по гостям, зато вернувшись домой он увидит, что вы ничуть без него не страдали, а занимались… детьми, книгами, музыкой, спортом, ремонтом, нарядами, садоводством, подругами… Много у вас подруг? Созовите их на пижамную вечеринку, устройте себе праздник, выгоните мужчин… ну, хотя бы на ночную охоту, а сами всласть обсудите все их достоинства и недостатки, сообща вы непременно придумаете как разнообразить свою однообразную жизнь.

Хильтда из Борнхолла широко раскрыла глаза, жадно внимая новым веяниям далекого феминизма.

— Вы такая… такая… удивительная! Я непременно должна вас познакомить с Мирандой, она говорит что-то похожее, но у нее очень грозный супруг. Харост Косматый ее никуда не пускает, держит чуть ли не под замком, хотя она даже пару раз от него убегала…

Тут Хильда вспыхнула, как маков цвет, наклонилась к самому уху Марины и захихикала, вспомнив что-то весьма пикантное:

— У них очень странные отношения с Харостом. Он будто бы даже сквозь пальцы смотрит на ее проделки, позволяет улизнуть из замка, а потом ловит ее в лесу или на постоялом дворе и… ведет себя так, словно они совсем не знакомы. Будто бы его жена  - это бедная  поселянка и он может брать ее, как господин… ох, у меня даже язык не повернется все пересказать… Миранда прислуживает ему, словно простая коровница, выполняет все пожелания, даже самые непристойные. А потом…

— Что же бывает потом? - Марина давилась от смеха, искренне сожалея, что у нее нет веера под рукой, чтобы прикрыть  лицо.

— Потом они будто бы меняются ролями! И Харост сам ведет себя, словно слуга… Миранда как-то сказала, что он разрешает ей бить себя плеткой, которой погоняют лошадей… Но я в это, конечно, не верю! Видели бы вы Хароста! Он же давно не мальчишка, а очень опытный воин и никому не уступит на поединке, все это знают… и как он может позволять женщине подобное обращение… не понимаю.

Марина только покачала головой, глубокомысленно заметив:

— Возможно, даже закаленному в боях воину хочется порой почувствовать на своей шее ярмо из нежных женских ручек… ну, или ножек… лишь бы все по согласию.

— Что вы говорите? О, леди Марин, вы невероятная женщина! А кто этот славный юноша, не друг ли рыцаря Медведя? Они сейчас оба смотрят сюда. Вы их знаете?

Марина с досадой стиснула зубы, кинув испепеляющий взгляд в сторону несносных