Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

Пусть сначала научится вежливо разговаривать, а потом связывается по телефону. Как, кстати, он выключается? Я попыталась напрячь мозги. Мозги сопротивлялись.

— Жду от вас заявление на увольнение…

Так. Зелёная скобка телефон включила. Значит ли это, что красная — отключит? Я нажала. Получилось. Ух ты! Ай да я! Умница. Так быстро и во всём разобралась.

Я рухнула на постель, проваливаясь в тяжёлый сон.

— Здесь лапы…

Протянула руку, подобрала телефон с пола, тыкнула в зелёное.

— Добрый день.

— Алис, что случилось? — шёпот незнакомой девицы. — Ты решила уволиться? Ты всё же решила простить Артёма, да? Ивановна то рвёт и мечет…

Я покосилась на светящуюся поверхность. Машенька. Гм. И симпатичная девушка. На глазах — круглые стёкла.

— А я сразу тебе говорила: нечего такими мужиками раскидываться. А ты: «призвание», «карьера», «независимость»…

— Извините. Не могу сейчас беседовать, — ворвалась я в сумбурное тарахтенье и ткнула в красную скобку.

— Здесь лапы у елей…

— Алиса Романовна, я жду вас в кабинете. Вы уволены, но две недели по закону отработка. Начало учебного года! Вы срываете план! Это возмути…

Да они мне вообще спать дадут? Я нажала на красную скобку, рухнула на постель и накрылась подушкой. Так… Дрэз говорила об источниках энергии, верно? Значит, и в этой штуке такой есть. А если так, нужно его найти и… Вынуть. Точно. Надеюсь, это работает именно так. У человека, например, источник энергии — сердце. Если его вынуть, то человек перестаёт работать. У моей паровой машины — котёл. У печки — дрова…

Сбросив подушку, я снова взяла телефон и внимательно его оглядела, пытаясь увидеть где там у него источник энергии.

— Здесь лапы…

— Да сколько можно⁈ — завопила я, ткнула зелёную скобку. — Да, я уволена. Да, в кабинете. Не сегодня. И вообще… идите к горным гномам, тролль вас раздери!

— Лиса?

Я замерла. А этот чего хочет?

— С тобой всё в порядке? Что с голосом?

— Артём, — простонала я, — давай хотя бы ты не будешь меня мучить?

— Ты заболела? Ты температуру мерила? Надо вызвать врача.

Мне стало смешно, и я рассмеялась. Артёма было слышно плохо, почему-то кроме его голоса в телефоне гремела какая-то музыка и были слышны ещё голоса, но что они кричали, я не слышала.

— Сама оклемаюсь. Врач мне не по карману. Мне просто нужно отлежаться.

— В смысле не по карману? Ты в скорую звонила? Сейчас ходит новый штамм короновируса…

— Артём, — прошептала я, — иди в пень.

И ткнула в красную скобку.

А потом провалилась в красное марево. Я гребла и гребла сквозь кровавое море, тряслась от его ледяных волн и никак не могла выбраться. Кто-то коснулся моего лба, что-то полилось в моё горло. Я открыла глаза и увидела склонившееся надо мной полное лицо в ореоле рыжеватый волос.

— Госпитализироваться будете? — уточнило оно ватным голосом.

Госпиталь?

— Что?

— В больницу поедете? Я врач. Вы больны, у вас высокая температура.

— Нет, — прошептала я и закрыла глаза.

— Хорошо, — легко согласилась женщина и сказала в сторону: — Больше на ОРЗ похоже. Но на всякий случай выпишу курс антибиотиков.

— Да, пожалуйста, — ответил Артём.

Они что-то гудели, я натянула одеяло до ушей и снова заснула.

— Алис, это надо выпить. Можешь потом спать, сколько пожелаешь.

— Почему ты такой милый? — уточнила я подозрительно.

Открыла глаза и посмотрела на него. Парень сидел на краешке моей кровати и держал в руке стакан с водой и маленькие белые шарики.

— Я тебя люблю, — пожал он плечами.

Вздохнув я взяла шарик из его руки, надкусила. Фу, какая мерзость!

— Ты чего? — ошарашено выпялился на меня Артём. — Их глотают…

Я проглотила. Запила водой. Мне становилось легче. Лихорадка медленно отступала.

— Если ты меня любишь, почему мы расстались?

— Ну… — он отвёл взгляд. — Давай об этом не сейчас? Да, я понимаю, что накосячил и виноват, но…

— В чём?

— То есть, ты уже лучше себя чувствуешь? Отлично. Тогда ответь: почему ты мне солгала насчёт телефона? Ты сказала, что потеряла его, но вот он, пожалуйста. И ты бы снова не взяла трубку, если бы не директор школы, где ты вкалываешь учительницей? Судя по всему, ты даже не поняла, что это был от меня звонок…

Я снова закрыла глаза. Неудобно как-то, да. И странно, что до сих пор нет настоящей Алисы. Куда она подевалась-то⁈

— Может, это вообще не мой телефон?

— Смеёшься? — угрюмо уточнил он. — Ладно, Лис. Я не сержусь. Ты имела право на меня злиться. Но неужели ты и завтра не собиралась идти со мной и только пообещала, чтобы я отстал?

— Собиралась. А с телефоном… Я думала, что я его потеряла.

Фу, как неприятно лгать! Артём задумался.

— Ты правду говоришь?

Ему, очевидно, очень хотелось мне верить. И мне стало ещё противнее.

— Либо я думала, что его потеряла и не специально не отвечала на твои звонки, либо я вообще не Алиса, а… Рапунцель из другого мира. Из королевства Эрталия. Одно из этих утверждений совершенно точно истина.

Он повеселел.

— Ты мне простила, малышка?

— Я не знаю, — я осторожно отодвинулась.

— Но у меня есть шанс всё вернуть, чтобы было как прежде?

Я задумалась. Ну… С точки зрения вероятности вещей… Пожала плечами:

— Конечно. Если исходить из математической логики…

Он вдруг сгрёб меня в объятья и коснулся губами моих губ. Я резко отстранилась. Блестящие от возбуждения глаза заглянули в мои. Его лицо оказалось слишком близко.

— Я тороплюсь? — прошептал он и посмотрел на мои губы.

Как-то очень жадно посмотрел.

— Не то слово, — хмыкнула я. — Было бы очень неплохо, если бы ты перестал меня сжимать и отпустил.

Артём захлопал глазами, но всё же разжал руки. Усмехнулся горько:

— Алис, ты иногда такая… стерва.

Он встал и взъерошил русые волосы. Отошёл к окну. Заиграла какая-то нежная мелодия, Артём вынул из кармана телефон, прижал к уху:

— Да? Да, верно. Да, сейчас открою.

И вышел.

Я задумалась. В принципе, парень был неплохой. Заботливый. Добрый. Смущало лишь три вещи: он был слишком навязчив, это раз. Он против моего образа жизни и считает, что я слишком бедна. Вчерашний (или сегодняшний?) разговор не выходил из моей головы. А я ужасно не люблю, когда мне что-то пытаются навязать. А ещё он в чём-то очень сильно провинился перед настоящей Алисой. И, раньше, чем прощать, неплохо было бы узнать, в чём. Ах да, и четвёртое, самое главное препятствие: он жених другой девушки. Я ведь не Алиса. Или я стала об этом забывать?