Тёмный Хогвартс. Третий курс - ВеенРок

На некоторое время всё моё внимание заняли эти двое — если одного из них я мог держать на расстоянии и отгонять вспышками света, то вот двое, особенно если они приближались с разных сторон, норовя окружить… Было непросто. Однако Уэнсдей показала истинные чудеса скоростного обучения заклинанию через непрерывную практику в боевых условиях и смогла-таки пульнуть в одного из дементоров свою первую вспышку света.

— Отлично! Давай смещаться к проходу, — сказала обрадованная подруга. — Может, они останутся здесь.

— Если останутся, могут поцеловать близнецов, — я указал палочкой наверх, где всё ещё висели братья Уизли. — Если бы кто-то их прогнал…

Не успел я закончить фразу, как огромное помещение Главного Холла залило ярким светом. Когда вспышка окончилась, а я проморгался и вновь смог отчётливо видеть, то лицезрел мать его огромного дождевого червя, сотканного из световой материи! Он быстро перемещался по воздуху и отгонял дементоров от студентов!

Это был телесный Патронус! Но чей же он…

— Проблема решена? Тогда ноги в руки и в подземелье! — сказала Уэнсдей и быстрым шагом направилась в сторону прохода.

Я последовал за ней, однако ступить на лестницу, ведущую вниз, мы так и не успели.

— Голден, Аддамс, а ну стоять! — рявкнул на нас Грозный Глаз Грюм, что быстрым прихрамывающим шагом шёл в нашу сторону. — Куда намылились? Сдохнуть захотели?

— Профессор Грюм, мы…

— Меньше слов. Уводи свою подружку отсюда, Голден, — проворчал Грюм. — И этих оболтусов забери, если заняться нечем, — с этими словами он направил палочку в сторону близнецов Уизли.

Сдерживающие их путы растаяли, калечащая нить исчезла, а сами они стали падать прямо вниз, и лишь в последний момент Грюм подхватил их новым заклинанием, смягчив жесткую посадку хотя бы немного, и не позволив тем самым близнецам переломать все кости.

После сказанного и сделанного профессор бодро отправился в проход, дверь за ним с грохотом закрылась, и, кажется, замуровалась. Телесный Патронус в форме червя окончательно прогнал дементоров если не из замка. то уж точно из просторного помещения, в котором мы находились, после чего последовал за своим хозяином в подземелье.

— Отлично сходили, ничего не скажешь, — проскрежетал я зубами.

Вот стоило Грюму обломать мне такой шанс! Я ведь нутром чуял, что иной возможности у меня попросту не будет… Школа хорошо охраняет свои секреты, однако в происходящем бедламе я мог бы их выведать… Мог бы…

Что же там сейчас происходит в подземелье? И почему дементоры аж из самого Азкабана летели именно в Хогвартс? Как я и подозревал на летних каникулах…

Тем временем некоторые студенты выползли из своих уголков, где прятались ранее, и сбежали. Близнецы с гримасами боли на лицах помогли друг другу подняться и стали останавливать кровь, что пустила им злосчастная нить. Заклинания они применяли невербально — волей-неволей научились, за целый-то год немоты.

— Спасибо, Кайл, что остался и отвадил того дементора, — в воздухе появился призрачный рот, что голосом одного из близнецов сказал это. — Мы у тебя в долгу.

— Не за что, парни, — ответил я нервно, всё ещё поглядывая на замурованную в подземелье дверь. — Давайте, что ли, убираться отсюда…

В этот момент со стороны верхних этажей что-то громыхнуло и я подумал, что оставаться здесь — в месте без дементоров — не такая уж и плохая идея. По крайней мере до тех пор, пока учителя и директор не исправят весь этот бардак и не решат проблему со вторжением.

Если каждый преподаватель обладает хотя бы Патронусом или теми странными чарами, коими бросалась МакГонагалл, то защитить Хогвартс не должно быть слишком сложно. И уж тем более, если в весь этот творящийся бедлам вмешается директор…

Пока я всё это обдумывал, то заметил, что близнецы подошли к бездыханному телу профессора МакГонагалл и, не взирая на боль, заулыбались.

— Вот же чёрт… Она умерла? — спросил я у них.

Уэнсдей тем временем наклонилась прямо перед профессором, прощупывая пульс.

— Не дышит, — был её беспристрастный вердикт.

И прямо в этот момент улыбка у братьев Уизли померкла, а сами они с ужасом посмотрели прямо мне за спину.

— Опять дементоры… — вздохнул я, беря палочку на изготовку и оборачиваясь навстречу угрозе.

По Главной Лестнице шагала фигура. Одетая в тёмно-зелёный наряд, она медленно спускалась, посматривая в сторону нашей компании.

Близнецы не сговариваясь отошли на два шага назад. Уэнсдей что-то слишком долго копошилась внизу над телом, но и она вскоре встала за моим левым плечом.

— П-проффесор МакГонагалл, — я сглотнул, когда точная копия той, что прямо сейчас лежала у меня под ногами, подошла к нам вплотную.

Она ничего не ответила. Только посмотрела на свой собственный труп, задержала на чёрной продолговатой ране взгляд, поразмышляла несколько секунд о чём-то, и, не говоря ни слова, двинулась прочь в сторону правого прохода.

— Кайл, — дернула меня за руку Уэнсдей. — Нет времени объяснять, так что доверься мне, ладно? Нам позарез нужно идти прямиком за ней, — она указала рукой в сторону удаляющейся МакГонагалл.

— Но как она… Что она…

— Кайл! Живо!

— А, — я хотел было обдумать всё произошедшее, но понимал, что просто не успеваю. — Да, хорошо. Идём.

Я обернулся на шокированных близнецов, кивнул им, после чего вместе с Уэнсдей поспешил следом за профессором.

Она была мертва. Но одновременно с этим и жива. Я знаю только один способ быть в двух местах, а следственно и в двух состояниях одновременно. Но как тогда… Но ведь…

— Вон она, — шепнула Уэнсдей, что подобно детективу двигалась за МакГонагалл по следам.

Она не оборачивалась, и, казалось, не обращала никакого внимания на преследующих её третьекурсников. Шагала профессор быстро, а когда ей на пути встретился один из дементоров, то она, даже не останавливаясь, мимоходом взмахнула палочкой и обожгла его теми чарами, что использовала её копия.

Дементор противно взвизгнул и улетел, а мы, переглянувшись, продолжили преследование.

— Она идёт к корпусу, где находятся комнаты преподавателей, — вдруг понял я, и сообщил об этом Уэнсдей.

— Да, и теперь я многое начинаю понимать… — произнесла Уэнсдей.

— Что, например?

— Не сейчас. Расскажу, если окажусь права своих догадках, — отмахнулась она.

Пока мы шли, с нами внезапно что-то произошло — нечто необъяснимое. Я с болезненным ощущением схватился за свою грудь, так как из меня внезапно будто бы выкачали весь воздух. Уэнсдей подверглась этому же непонятному явлению.

Насколько быстро и неожиданно это началось, настолько же и закончилось — миг, и вот я уже стою как ни в чём не бывало и ни капли не чувствую никаких схожих ощущений,