Рожденная заново. Тень нефритового кольца - Виктор Постоенко

— Мне не за что Вас прощать. Вы лекарь, и тем более спасли жизнь и мне, и нашему ребенку. Я считаю, Ваше Величество, что лекарь Гон заслуживает особой награды. Вот уверена, что если бы здесь были лекари королевской больницы, то никто из них даже в мыслях не рискнул бы силой ворваться в покои, где рожает супруга Вашего Величества. И тем более сделать то, что сделал он. Да они мой пульс через тряпочку-то пытались почувствовать — глаза в потолок, лоб наморщат, и гадают. И боюсь, что мои глаза не увидели бы сейчас этот свет.

Посторонние потихоньку вышли из покоев, остались только я, он и наш малыш.

Глава двадцать девятая

Я настояла на том, чтобы лекарь Гон был назначен моим персональным лекарем. И теперь каждое утро в моём дворце звучали смех служанок и его раскатистый бас. В первый же день он, только войдя в покои, успел сделать не ожидавшей от него такого Чхве Ю Ри «козу» двумя пальцами в бок, выгнал всех, кроме Мин Су, и только после этого тщательно меня осмотрел.

Я утром сразу же сказала Мин Су, что полностью ему доверяю. И поэтому она не выказала никакого удивления, когда я разрешила ему осмотреть меня полностью. Он прописал оживляющие мази, потом мы с ним долго разговаривали на темы материнства. Будучи мужчиной, он разбирался во многих вопросах получше многих дворцовых дам.

На мой вопрос о кормилице он ответил, что у меня сейчас, по его наблюдению, достаточно своего молока. Но когда ребёнка отдадут кормилице, мне придётся столкнуться с явлением, называемым «Юон», а в народе «чотмомсаль», или попросту с маститом. Избежать этого было невозможно, так как по законам королевства наложница не имела права кормить сына своим молоком.

Связано это было с тем, что она не должна потерять физическую форму и привлекательность, но самое главное — не допустить привязанности принца к матери. Исключение составляли первые три недели, так называемые семь по семь, или «Самчильиль». Наложница должна была передать через своё молоко часть своего иммунитета ребёнку, да и сама восстановиться. Но это делалось не всегда.

Для себя я уже всё решила. Поэтому кормить ребёнка я начала с первого же момента, как только он закапризничал. Сидевшая на моей постели Мин Хва помогла мне своими советами, я сцедила несколько капель малышу прямо в ротик, и он сразу потянулся к моей груди. Вообще после рождения ребёнка у меня с утра собирались все королевские супруги, даже Сон Соён. Первый раз она вошла следом за Ян Соый, согнув спину и смущённо сцепив пальцы рук внизу живота.

Самое главное поздравление после короля и королевы я получила от деда и всей моей огромной семьи. Братья пришли со своими супругами и детьми. У всех было по двое, а у Мин Хека даже трое детей. Они окружили большую кровать, где лежал младенец, и смотрели на него с непередаваемым восторгом. А я смотрела на них с грустью — ведь они выросли каждый под полой своей мамы, а мне предстоит передать сына на воспитание другим женщинам, таков закон королевства.

Я впервые увидела их жён, которые мне очень понравились. Если бы я не жила в стенах дворца, то, наверное, мы бы сдружились намного крепче. Я попросила их навещать меня хотя бы иногда, и даже можно с детьми. Соответствующее распоряжение будет дано в Управление Дворца.

А через две недели после рождения сына был оглашён королевский указ о присвоении мне титула Го Сук Бин, что означало «Чистая и добродетельная Бин из рода Го». Вторым указом Ян Соый получила титул Гвиин Ян, заняв мою позицию, что усилило влияние Северной партии. Чо Сукпий стала Чо Соый, поднявшись на высшую вторую степень.

Её Величество не стала вспоминать прошлое и в ознаменование рождения наследника повысила ранг Сон Соён до Сон Сукпий, сделав её супругой младшего второго ранга. Мин Хва и Сон Совон были повышены до звания супруг младшего третьего ранга, став Мин Хва Сукён и Сон Сукён. Тем более лекари объявили и об обнаружении беременности у Сон Совон. Прямо кучно пошло.

Не были забыты и верные слуги: управляющий Ли получил второй ранг, который до него во дворце имел только Главный евнух господин Лим. Подарки и поощрения получили главы всех ведомств дворца, старшие наин всех отделов. В ознаменование события по велению Его Величества двадцать самых отличившихся служанок из рабского сословия мусури получили низший девятый ранг и стали наин.

Отдельным указом королева поощрила моих слуг и служанок. Нам Му Ёль поднялся до старшего пятого ранга и получил титул санхо, Мин Су заняла самую верхнюю позицию среди наин, став сангун высшего пятого ранга. Выше только королевские супруги. Это не просто следующий по сравнению с прежним титул табеля о рангах, это и увеличение содержания и ежемесячных подарков от трона.

Особо была отмечена Чхве Ю Ри, которую, несмотря на ворчание и протесты некоторых министров и чиновников, Её Величество по указу короля назначила ответственной за проверку подаваемой мне еды и присвоила старший восьмой ранг. Король помнил свои обещания.

По моему рисунку дворцовый столяр сделал небольшую кроватку-качалку с ручками для переноски. И мы с малышом в солнечные дни выходили «подышать свежим воздухом» во второй двор. Ему и спалось на улице лучше, да и мне можно было погулять среди беседок. Заботу о ребёнке в это время брала на себя Им Су Ян.

Прошло две недели. Жизнь во дворце шла своим чередом, и я постепенно возвращалась к делам. После первого после родов посещения утреннего собрания у королевы я осталась, и у нас с нею состоялся разговор.

— Ваше Величество, через неделю заканчивается Самчильиль, но я ребёнка им не отдам. Пока не встанет твёрдо на ноги — никаких юмо я не приму.

— Но Ён У, так положено согласно Закону.

— А какого закона? Когда и кем он принят? Людьми, которые жили сотни лет назад? Но мир-то изменился. У меня