Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

— Я там таких не видел, — усмехнулся я. — Так что сегодня вечером мы не будем спускаться в подземный мир. По крайней мере, я надеюсь…

Кто-то задел меня за плечо, я и обернулся. Рядом с нами стоял пожилой мужчина, который выделялся среди собравшихся на премьеру. Вместо дорогого костюма с гербом семьи на нем был старый выцветший сюртук, на котором были видны потеки засохшего клея и мелкие стружки.

— Простите, мастер. Ох уж эта моя неуклюжесть, — морщинистое лицо старика расплылось в странной искусственной улыбке.

— Ничего, — ответил я. — Все в порядке.

Незнакомец поправил очки в толстой роговой оправе, а затем обернулся к Нечаевой. И на секунду я заметил в его холодных выцветших глазах неподдельный интерес. Незнакомец даже рот приоткрыл от удивления. И от этого взгляда Арина Родионовна вздрогнула. Впрочем, через долю секунды выражение лица собеседника стало прежним:

— Добрый вечер, мастер, — произнес он, обращаясь к спутнице, и склонил голову. — Прошу меня простить.

А через долю секунды незнакомец растворился среди гостей. Будто бы его и не было.

— Странный человек, — задумчиво произнес я, глядя на собравшихся гостей, среди которых пропал наш собеседник.

Нечаева не ответила. Просто рассеянно кивнула:

— Идемте, Павел Филиппович, — произнесла она и потянула меня к дверям зала. Словно стараясь как можно быстрее покинуть оживленный холл.

Зал был уже почти полон. Люди занимали свои места, шепчась и смеясь, а в воздухе витал легкий аромат духов и горячего воска. Мы нашли свою ложу, обтянутую бархатом глубокого синего цвета, и заняли ее. Нечаева аккуратно поправила складки платья, а я вынул из кармана телефон, отключил звук и откинулся на спинку кресла, стараясь расслабиться. Но из головы почему-то не шел образ того чудного старика, которого мы встретили в холле. Было в нем что-то чужеродное. Но мои размышления прервал усиленный голос церемониймейстера.

— Его Величество Император Станислав Викторович с семьей, — прозвучало в зале, и зрители встали, приветствуя Императорскую семью.

Станислав Викторович шел впереди, держа под руку женщину средних лет. За ними следовали двое детей. Вокруг императорской семьи не было кольца охраны. По старым правилам император должен быть сильным и храбро смотреть в лицо опасности и возможных покушений. На то он и Император. Этим часто пользовались фанатики в начале двадцатого века. Они совершали нападения на повелителя и раз за разом не преуспевали в злодействах. Но традиция так и не была отменена.

Император проследовал в ложу. Оттуда поприветствовал присутствующих, а затем свет в зале погас, и занавес открылся.

Премьера была хороша. Яблокова оказалась права, и спектакль был стоящим. В какой-то момент я совсем позабыл о настоящем и наслаждался преставлением. В моей ладони оказались пальцы спутницы, и я коснулся их губами. Девушка сидела так близко, что аромат ее духов окружил меня невесомым облаком.

Вдруг в углу зала я заметил еще нескольких призраков в театральных костюмах. Призрачные зрители стояли неподвижно и тоже с интересом наблюдали за спектаклем. Их голоса, тихие и отдаленные, доносились до меня, словно шепот ветра. Они обсуждали игру актеров, хвалили или критиковали, но их слова были наполнены тягучей ностальгией, будто они сами когда-то играли на сцене этого театра.

— Вы видели, как она произнесла последнюю реплику? — произнес один из призраков, мужчина в старинном фраке. — Совсем не так, как это делала Мария Ивановна в наше время.

— Да уж, — ответила его спутница, женщина в платье с кринолином. — Но времена меняются, и искусство тоже. Хотя какое это искусство.

Она недовольно поджала губы и хотела было что-то добавить, но в этот момент подняла взгляд, и, заметив в ложе меня, прекратила разговоры. И шикнула остальным, призывая к молчанию. Я коротко поклонился компании мертвых, благодаря за проявленное уважение.

Когда занавес закрылся для антракта, свет в зале снова зажегся. Зрители начали выходить в фойе, обсуждая спектакль и делясь впечатлениями. Я встал и предложил руку Нечаевой.

— Пойдемте, немного разомнем ноги.

— С удовольствием, — ответила она, но в ее голосе звучала легкая неуверенность.

— Что-то не так? — с тревогой уточнил я.

Девушка на мгновение замерла, словно обдумывая ответ, а затем мотнула головой:

— Ничего. Идемте, Павел Филиппович.

Мы вышли в фойе, где уже собрались гости. И я повел было Арину Родионовну к буфету, но в этот момент из толпы гостей появились двое неприметных людей, которые подошли к нам. И по их взглядам, манерам и повадкам держаться, я безошибочно определил, кто перед нами:

— Добрый вечер, Павел Филиппович, — поприветствовал меня один из незнакомцев.

— Здравствуйте, — ответил я, пытаясь сообразить, зачем мог понадобиться кустодиям. Неужели Вальдоров решил мелочно свести счеты?

— Не могли бы вы уделить нам пару минут? — с дежурной улыбкой произнес второй. — С вами желает побеседовать один человек. Наедине.

— Охотно, — легко согласился я. — Идемте.

— Все хорошо? — настороженно уточнила моя спутница.

— Вам не о чем беспокоиться, — уверил ее я. — Скоро вернусь.

Один из кустодиев направился к залу. Второй же остался с Ариной Родионовной.

* * *

Признаться, я ждал встречи с Вальдоровым. И даже был готов к этому. Но кустодий смог меня удивить. И вместо красивого разговора с последующим поединком на подмостках театра, как это обычно бывает в фильмах, кустодий провел меня в Императорскую ложу. И едва я вошел, кустодий исчез, оставив меня наедине с мужчиной, который расположился в широком кресле. Правитель сидел, закинув ногу на ногу, и смотрел на занавес, который скрыл от нас сцену.

— Добрый вечер, Павел Филиппович, — начал Станислав. — Очень рад видеть вас в добром здравии. Наслышан о том, что вы смогли осмотреть Романовскую резиденцию.

Я кивнул. Прошел и сел в кресло рядом с Императором, не дожидаясь приглашения. И негромко сказал:

— Этим делом занималось ведомство Фомы Ведовича. Я только помогал ему в качестве консультанта.

Мужчина удивленно поднял бровь:

— Какая поразительная скромность. Не зря про вас говорят…

— В последнее время про меня говорят слишком много, — осторожно перебил я собеседника. — На улицах любят сочинять небылицы то про святого некроманта, то про защитника угнетенных, который собирается строить карьеру политика и поэтому помогает людям на добровольных началах.

— Разве это не так? — уточнил Император, прокручивая на запястье браслет из мутных зеленых камней.

Я ощутил слабую волну силы,