Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

Раньше Витэль никогда не употреблял при ней мата, и Осень вдруг поняла: парень пьян.

— Это Сеня — моя девушка, — представил её он остальным.

— Привет, красотка! — отозвался один из гостей.

Ему было лет около двадцати, не меньше.

— Я… Мне пора, — пискнула девочка. — Отпусти меня, пожалуйста.

— Отпущу, конечно, если ты хочешь, — шепнул Витэль, — но сначала вина?

— Н-не надо. Я не пью алкоголь.

— Как же не выпить за именинника? Обидишь, — заржал чубатый и отложил гитару.

Осень в панике обернулась к любимому парню.

— Витэль! — в голосе её зазвенел страх. — Я хочу домой. Меня ждут, тут, недалеко. Я сказала, что…

— Да чё ты паникуешь, как маленькая? Выпьешь бокал и всё. За моё здоровье. Я потом тебя провожу. Нормальные ребята тут. Все свои. И я с тобой же.

Чубатый уже наливал вино. Не в бокал, в покоцанную белую кружку. Осень с ужасом посмотрела на его волосатую руку. Нервно облизнулась.

— Давай, за здоровье Вити и с днём варенья, — улыбнулся ей кучерявый и протянул кружку.

Чувствуя, как вся трясётся от страха, Осень взяла эту кружку, плеснула вином. Рука дрожала.

— Не бойся, — шепнул Витэль.

— Ну? — кучерявый кивнул.

Ей очень не понравилась его улыбка. Какая-то хищная, словно чего-то ждущая.

— Я выпью, и ты меня отпустишь? — пролепетала Осень.

— Конечно, малыш. Я никого не держу, кто не хочет держаться.

Девочка зажмурилась и принялась пить вино мелкими глоточками. Оно было мерзким, горько-кислым. Осень закашлялась.

— До дна! До дна! — заорали парни вокруг.

Допив, девочка пошатнулась, но Витэль удержал. Мир закружился, к горлу подкатила тошнота.

— Пусти. Ты обещал.

— Не так быстро, крошка, — рассмеялся кучерявый. — Мы только познакомились.

— Витэль, ты обещал!

— Он — хозяин своему слову: захотел — взял, захотел — забрал. Дружище, ты же не против?

Одноклассник отбросил Осень в сторону «гостей», девочка вывернулась, но две пары рук тотчас схватили за свитер.

— Отсосёшь и отпустим, — пообещал чубатый. — Сложно что ли? От тебя не убудет.

— Витэль!

Одноклассник — красный, как варёный рак — отвернулся.

— Кам, может, давай это…

— Что⁈ — закричала Осень и рванулась.

Её дёрнули за свитер обратно. Чьи-то руки легли на холмик груди.

— Ну давай, не кочевряжся, шлюшка, — прохрипели на ухо. — Мы тебе даже заплатим… Не обидим.

Из темноты коридора выступила Камилла, остановилась в дверях. Посмотрела на Осень надменно и холодно. Безупречно-прекрасная, элегантно одетая.

— Влейте в эту дрянь водки, — приказала, брезгливо морщась. — Пусть все видят, как она, пьяная, трахается со всеми подряд.

— Ты рехнулась? Ты совсем рехнулась⁈ — Осень всё же вырвалась, бросилась на обидчицу и вцепилась ногтями в её лицо.

Но это был лишь миг краткого торжества. Её тотчас оттащили, подсечкой повалили на колени, схватили за волосы. Голову пронзила острая боль.

— Кам, ну в самом деле, попугали и будет, — пробормотал смущённый Витэль.

— Заткнись, — прошипела та. — Мальчики, не забудьте всё это заснять. А мы пошли. Хорошо отдохнуть, Осень. И да, не стесняйся, получай удовольствие. Ты этого достойна. Именно этого.

— Витэль! — завопила Осень, но её сжимали, тискали, тянули за волосы, запрокидывая голову лицом вверх.

Дверь хлопнула. Кто-то из парней зажал пленнице нос, в зубы скользнуло холодное стекло. Язык обожгло. Пришлось глотать, захлёбываясь. Водка заливала подбородок, хлынула через ноздри. Осень забилась в их руках, увидев, как один из парней расстегивает ширинку.

Что-то тускло блеснуло слева от двери.

Зеркало.

Вернее — кусок разбитого зеркала. Грязный, мутный, забрызганный чем-то белым. И, не помня себя, Осень завопила:

— Эй!

Кто-то снова зажал девочке нос, не давая выкрикнуть «спаси меня», но сердце продолжало кричать.

— Тут все совершеннолетние? — вдруг прозвучал странно весёлый голос. — Ну, кроме девчонки?

Железные пальцы отпустили её нос, парни обернулись, и Осень увидела… Эйя. Парень из зеркала стоял позади насильников, вполне реальный, и жизнерадостно улыбался, засунув руки в карманы голубых джинсов. Он был самым низкорослым из всех, едва ли дотягивая до метра семидесяти. Светло-русые волосы топорщились над затылком забавным хохолком.

— Мудила, ты ещё тут откуда? — изумился чубатый.

— Ты всё равно не поверишь, малыш, — подмигнул ему Эй.

А затем ударил стремительной молнией, кулаком в место стыка рёбер. Чубатый сложился, захрипев. Чьи-то руки выпустили волосы Осени. Четверо мерзавцев разом ринулись на неожиданного защитника. Мир завертелся, живот девочки скрутило резкой болью. Осень согнулась, и её вырвало.

Истошный вопль. Рёв. Стон.

Один из парней катался по полу, держась за ногу, и громко выл. Эй по-прежнему жизнерадостно ухмылялся, как-то криво. Вдруг кто-то выхватил пистолет и выстрелил в зеркального парня почти в упор. И всё равно промахнулся, а в следующий миг Эй сломал нападавшему руку. Тот заорал. Двое оставшихся врагов попятились. Они грязно матерились, поскуливая.

— Добавочки?

— Эй, забери меня отсюда, — заплакала Осень, пытаясь подняться. Мир плясал.

— Вам повезло, — хмыкнул зеркальный ангел, шагнул к ней, подхватил, закинул на плечо.

Один из насильников ринулся было на него, видимо, пытаясь воспользоваться ситуацией. И встретил носом кулак. Рухнул на пол, громко, по бабьи голося.

— Ты тоже хочешь? — вежливо уточнил Эй у последнего, длиннолицего.

Тот замотал головой и зажмурился.

— Жаль, — честно признался «ангел» и вышел в окно, выбив ногой стекло вместе с рамой.

Осень обхватила его шею, вжалась лицом в мягкие волосы, задыхаясь. Эй посадил девочку в седло мотоцикла, видимо, принадлежавшего кому-то из насильников, взял её лицо в ладони, заглянул в глаза.

— Эй, — шепнул и подмигнул ей. — Я же с тобой. Со мной никого больше бояться не надо. Просто держись за меня крепче.

Затем оседлал байк, Осень вцепилась в его пояс, трясясь от пережитого, и они рванули в ночь.

* * *

Они мчали на запредельной скорости, и огни фонарей сливались в светящиеся полосы справа и слева. Девочка прижималась к спасителю. Ей казалось, что она умерла. Совсем. Было холодно и пусто. И даже слёзы уже перестали течь по щекам. Распахнутая куртка Эйя трепетала кожаными крыльями.

Когда они наконец остановились, Осень не могла разжать рук. Парень осторожно снял девочку с седла, взял её ладони и растёр их.

— Испугалась? Надо было сразу меня позвать. Зачем тянула до последнего? Ну же, успокойся. Всё позади. Отвезти тебя домой?

— Н-нет, — она ткнулась носом в его вязанный свитер.

— Тш-ш, было б из-за чего пугаться, — рассмеялся он. — Хочешь, я их всех убью?

Осень замотала головой, всхлипнула.

— П-п-почему он-ни…

— Потому что козлы. Я же предупреждал.

Эй обнял девочку, поставил её ступни на свои кроссовки и попятился, раскачиваясь, словно в танце. Подул в волосы.

— Хэй, люди вообще мудаки. Не парься. Будь как я.

— Я его любила.

— Ну