Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

что отец, что брат были против наших отношений и отказали. Ты не смогла устроиться по специальности и пошла работать в школу учительницей. И так получилось, что последний наш год меня не было дома практически целыми сутками. Ты была одна, тосковала и…

— Решила утешиться?

— Ну… Не кори себя, малыш. В последнее время у нас было много проблем, мы часто ссорились, а я, идиот, не понимал, что тебе просто не хватает меня. Мне казалось, ты мне выносишь мозги и устраиваешь истерики, я злился и уходил из дома. То, что случилось, то случилось. Но…

— … в этом я виноват. Я поняла. Так что в итоге я сделала?

Я отвела ладони от лица и прямо посмотрела в лицо Артёма. Тот нахмурился и отвёл взгляд. Губы его чуть подрагивали от напряжения. Ладони сжались в кулаки.

— Вы всегда были дружны с Русланом. Ещё с универа. Я, признаться, даже ревновал. Да, был дураком, сознаюсь. Просил тебя перестать общаться с тем, в ком видел соперника. Ты, помнится, лишь посмеялась над моей ревностью и заявила, что любовь — это любовь, а дружба — это дружба. Ну и… Не удивительно, что, скучая по мне, ну и обижаясь на мои реакции, ты сблизилась с…

— … другом?

— Да. И…

— А потом сблизилась сильнее?

— Слушай, может не стоит? Лиса, я вижу, как тебе тяжело. У тебя сейчас лицо такое… Давай всё это забудем просто?

— Нет. Я хочу знать.

«Мари, зачем⁈ — завопил мой рассудок в моей голове. — Это была не ты! Не ты, это другая женщина. Какой тебе дело до её грехов⁈». И он был прав. Но почему я чувствую себя так, словно всё это натворила я?

— Ну да. Может, выпила. Может… Я тебя не виню.

— И как… — я откашлялась, закусила губу, преодолела комок в горле и попыталась выровнять голос, — … как ты узнал, что я тебе изменила?

— Так ты мне сама сказала, Алис. Мы поссорились, я на тебя наорал, что ты меня допекла до печёнок, хлопнул дверью и ушёл. Бухать. А утром, когда вернулся… ну, я попросил у тебя прощения, а ты сказала, что уходишь. И что переспала с Русланом. И что между нами всё кончено, — его голос осип. — «Я больше не буду допекать тебя до печёнок» — сказала ты. И ушла.

Мы молчали. В голове гудело, и больше всего мне хотелось открыть глаза и проснуться. «это была не я», — снова попыталась напомнить самой себе, но вышло так себе. Подавальщик принёс нам какие-то блюда, расставил, разложил приборы. Когда он ушёл, Артём зашептал:

— Лиса, дай мне шанс. Пожалуйста. Я всё исправлю. За этот год я всё осознал, переосмыслил. Сначала ненавидел тебя, проклинал. А потом понял, что сам неправ.

— Твой брат…

— К дьяволу Германа! Лис, мне плевать что он там думает. Я люблю тебя.

Я встала. Он схватил меня за руку, заглядывая в лицо снизу-вверх.

— Хорошо, — прошептала я. — Хорошо. А сейчас отвези меня домой. Пожалуйста.

Артём вскочил.

— Официант, дайте мне счёт…

Наша еда осталась нетронутой. Плевать. Я вышла на широченную шумную улицу и вдохнула прохладную морось. Глаза защипало. Я не могла отказать Артёму в праве на надежду.

— Надо найти Алису, — прошептала себе и зажмурилась. — Это не моя жизнь. Не моя судьба. Не… Это не я.

А если всё не так? Если Алиса — это всё же я? Просто действительно потеряла память и… Всё то, что было с Мари мне пригрезилось? Я попыталась вспомнить всё, что пережила в Эрталии, но прошлая жизнь вспоминалась смутной и таяла при попытке рассмотреть какой-либо эпизод детально.

Башня. И коса, которая росла в волшебном растворе. Матушка-колдунья. Вечный замок. Что если всё это — лишь игры сознания, пережившего клиническую смерть? Кажется, так это называлось в фильме?

* * *

Когда вернулась сестра, Осень читала параграф химии, устроившись на кровати с ноутом на коленях. Алиса подошла, заглянула.

— Это твой компьютер? — спросила безжизненным голосом.

— Тебе жалко? — угрюмо уточнила Осень, вытащив из ушей наушники. — Мне тоже нужен ноут. Даже больше, чем тебе, между прочим. Потому что я учусь, а для учёбы нужно столько всего искать! Но вам же с мамой плевать, да⁈

— Да нет, не жалко.

Сестра упала на кровать. Выглядела она как-то странно.

— То есть, я могу поработать? — осторожно уточнила школьница.

— Да. Если нужно, работай.

— Я, кстати, твои таблетки положила тебе в тумбочку. Ты неважно выглядишь.

— Таблетки?

— Ну да. Которые тогда Артём купил.

— Артём? Как ты относишься к нему?

Девочка пожала плечами:

— Нормально. Хороший парень. Добрый. Всегда к тебе приходил с цветами и подарками. Кстати, не только для тебя, но и мне, и маме и соседкам тоже приносил. Весёлый.

— А ты… помнишь нас как… пару?

— Ну да.

— И… как я выглядела со стороны?

— Нормально. Счастливой. Вы вообще классной парочкой были. Жаль, что расстались.

— А почему расстались, знаешь?

— Не-а. Ты же мне ничего не говорила. Но я догадалась, что это было твоим решением. Потому что Артём потом всё помириться пытался, а ты пошла в отказ и запретила ему появляться. И очень жаль.

— Осень, а Руслана помнишь?

— Это который староста был в вашей группе? Зануда. Они постоянно с Артёмом ругались. Даже как-то подрались.

— Почему?

Осень пожала плечами. Откуда ей знать? Алиса повернулась набок и внимательно посмотрела на сестру.

— Мы с Артёмом решили попробовать ещё раз, — сказала дрогнувшим голосом.

— Ну и отлично. Пусть тогда он тебе ещё один ноут купит, а этот подари мне. Там у меня столько файлов и фоток! Кстати, мать там борщ сварила, будешь?

— Там это где?

— На кухне. На нашем столике стоит. Ну не у соседей же.

— Пойдём со мной, — жалобно попросила сестра. — Я не хочу одна есть.

Осень вздохнула, положила ноут на кровать.

— Ладно. Мне тоже стрёмно одной на кухню ходить. Мало ли…

Уже засыпая, девочка вдруг услышала звук сообщения. Смахнула с экрана заставку — котика со скошенными друг к другу глазами — и увидела сообщение от Витэля. Сердце подпрыгнуло.

«Привет, — писал парень, словно ничего между ними не произошло, — у меня в субботу др. Будет весело. Приходи. Можно без подарка. Камиллы не будет». И геолокация.

Осень нажала «удалить сообщение». Судорожно отменила удаление. Перевернулась на спину и уставилась в потолок, покрытый сетью трещинок. Он вообще нормальный? А где хотя бы: «прости меня, я был неправ»? Ну или что-то такое…

Плинь.

Девочка зажмурилась, решив игнорировать. Она тоже себя не на помойке нашла. И