Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

— Ты чего? — спросил парень изумлённо, открыв дверь со стороны водителя.

— Они одинаковые, — заметила я, выпрямившись, и принялась искать ремень безопасности. — Как ты их не путаешь?

Артём рассмеялся.

— Ты чудна́я. Нет, ну поначалу все путают…

— А, — догадалась я, — просто одна всегда справа, другая слева? Ты их не различаешь, ты просто запоминаешь где какая, верно?

— Лиса, ты явно переработала. Тебе что, больничный не дали? Вроде вчера врачиха со скорой обещала направить инфу в поликлинику. Или нет? Надо тогда позвонить, разобраться…

— Я не была в поликлинике.

Парень помог мне пристегнуться ремнём. Машина тронулась с места. Плавно и осторожно, словно понимала: везёт живых людей.

— Я взял билеты на комедию. Ничего? Знаю, ты предпочитаешь драмы…

— Ничего, — осторожно ответила я.

Хоть снова возвращайся в библиотеку.

— Алис, я хотел поговорить… Но лучше после фильма, да?

— Можно и сейчас. Только у меня нет для тебя хороших новостей. Видишь ли, я тебя не люблю и…

Машина чуть не врезалась в ту, которая ехала спереди. Артём стиснул челюсти.

— Ладно, — пискнула я, — поговорим после.

Ох уж эти впечатлительные мужчины! И как с ними обсуждать более серьёзные проблемы, если такая ерунда вызывает почти полную потерю внимания?

— Ты вот так запросто говоришь мне об этом после того, как… Алис! Мы были вместе пять лет! Пять! Прекраснейших лет! Ты говорила, что любишь меня. И что? Один косяк, один-единственный проступок, ничтожная слабость с моей стороны, и всё? Прошла любовь, завяли помидоры⁈ И вот это «видишь ли…».

— Кстати, а какой проступок? — кротко уточнила я.

— Что?

— Чем именно ты передо мной провинился, Артём? Твой брат вот считает, что это я виновата, что я тебе изменила и…

— Мой брат? — он резко обернулся, но затем снова посмотрел на дорогу. — Ты с ним разговаривала? Это он настаивает, чтобы ты со мной рассталась, да? Вот же!

Он снова помянул псовых. Я догадалась, что это было первомирское ругательство. Не понятно только, почему здесь ругались собаками. Не то, чтобы я часто имела с ними дело, но как-то Бертран заявился мне с королевской сворой. Вполне себе милые зверюшки.

— Так ты с ним разговаривала? И что он тебе наплёл?

— Артём, ответь сначала на мой вопрос. За что ты просишь у меня прощения? Видишь ли, я… у меня амнезия. Я не помню ничего до вчерашнего дня.

Автомобиль дёрнулся, останавливаясь на красном светофоре. Видимо, для машин действовали те же правила, что и для пешеходов. Артём обернулся ко мне, всматриваясь с видом крайней озадаченности и недоверия.

— Что, правда?

— Да. И я буду очень признательна тебе, если ты прояснишь ситуацию. А ещё поймёшь, что сейчас ты для меня незнакомый, чужой человек, который ждёт от меня того, что я ему дать не могу.

Мы снова поехали. Артём молчал, переваривая мои слова. Открыл рот он только, когда мы остановились. Вышел, обошёл машину, открыл мне дверь.

— Так что? Расскажешь мне? — уточнила я со вздохом.

— Конечно, малыш. Прости. Я не знал. Вёл себя, как полный идиот и мерзавец. И, наверное, очень напугал тебя своей экспрессией, верно? Но сеанс уже скоро начнётся. Давай посмотрим кино, а затем обсудим всё в ресторане? Я не буду больше на тебя давить, обещаю.

Глава 9

Игры сознания

Любите ли вы, когда вас называют «малыш», «малышка», «детка» и в этом роде так, как это ненавижу я? Честно: мне захотелось развернуться и уйти. Если я правильно понимаю, то с Артёмом мы — ровесники. Какой я ему «малыш»? Может быть, кому-то и нравятся такие именования, но я в них вижу попытку унизить женщину и напомнить ей о мужском господстве. Бр-р-р.

Сдерживая раздражение, я вошла в высокие двери.

Что меня искренне поражало в архитектуре Первомира, так это умение строителей обходиться без арок и колонн.

Сначала я решила, что это храм Мельпомены, и мы будем смотреть комедию с обычными актёрами. Амфитеатр с мягкими креслами перед белой стенкой. Похоже на анатомический или драматический театр, но скорее, увы, второй. Когда свет погас, а на экране загорелись картинки, я не то чтобы удивилась. Потом решила, что это и правда представление, но быстро поняла, что тут что-то не так. Это не были живые актёры, это явно мелькали живые картинки, вроде тех, которые я видела у рыжего мальчика рядом со школой. Я попыталась было подойти, чтобы посмотреть вблизи как это устроено, но на меня со всех сторон зашипели, что я мешаю смотреть.

Пришлось сесть и сложить руки на коленях.

От мелькания цветных светящихся пятен у меня довольно быстро заболела голова. На стене показывали обычную жизнь обычных людей. Зрители периодически смеялись, и мне было непонятно: над чем? Впрочем, признаться честно, и эрталийский театр я не особо жаловала. Было странно, что люди, изобретшие бензиновые машины и электричество, смеются над человеком, больно шлёпнувшимся с лестницы. И всё же мало по малу кино меня захватило. Оказалось, что в нём достаточно много полезных вещей. Например, о том, как зажигают плиту. То есть, здесь дровами не пользуются? Неплохо. А тогда за счёт чего горит пламя? Ещё довольно откровенно показали, как женщина одевается. И я поняла наконец для чего на полке лежат небольшие смешные одёжки, похожие то ли на чепец, то ли на до предела укороченные панталоны. Дальше смотреть стало легче, потому что интересно.

— Ты не смеялась, — грустно заметил Артём, когда свет вспыхнул и мы встали, чтобы выходить. — Извини, мне надо было догадаться, что фильм тебе не понравится.

— Почему? Очень даже понравился. Было полезно, спасибо.

А мысленно сделала заметку, что нужно будет завтра спросить чудо-машину-компьютер о том, как именно делают кино. Раз уж тут нельзя подойти и потрогать своими руками. Артём покосился на меня, а потом широко улыбнулся:

— Поехали в ресторан? Заодно и поговорим…

Рестораном, как выяснилось, он называл нечто вроде трактира. Дверь нам открыл человек, одетый не как первомирец. Я даже замерла, соображая, не спросить ли его про Вечный замок. Внутри трактир сверкал зеркалами и пафосом. Я поморщилась. Хорошенькое «поговорим»! Столько посторонних людей.

— Артём, а нет места поспокойнее?

— Хочешь, поедем ко мне?

Я застыла, снова ощутив себя в чужом мире. Тут так нормально? Ну то есть, «поедем ко мне» в понимании первомирцев это прилично или нет? Как на такое предложение должна адекватно отреагировать первомирская девушка? Пощёчиной или «да, поехали»? Не будет ли странно, если